Край ледника (ЛП)

Мать Биртин была рядом с Миз'ри достаточно долго, чтобы увидеть ложь такой, какой она была. Она не думала, что порочная женщина лжет, предлагая пощаду, но цель этого нападения была совершенно очевидна для Биртин: Матери Жиндии нужна победа, чтобы произвести впечатление на своих потенциальных союзников, включая два могущественных Дома, стоящих перед ней прямо здесь, в ее часовне. С помощью захвата столь ловким финтом Мать Жиндия показывала Матери Миз'ри, и более того, Матери Мез'Баррис Армго, что она, а не Дом Бэнр, одержит победу. 
– И что же нам остается? – спросила она.
– Ты и твои дочери останетесь нашими пленниками. Действительно, этот комплекс станет тюрьмой для всех вас, включая волшебников и твоего внука, когда они вернутся с Донигартена.
Айдиана и Биртин обменялись взглядами.
– На нашей стороне благословение и взор Ллос, Мать Биртин, – сказала Миз'ри. – Конечно, ты это понимаешь.
– Итак, вы хотите, чтобы мы присоединились к вам в вашей борьбе против Дома Бэнр, когда до этого дойдет? – спросила Айдиана Фей.
– Нет, мы просто надеемся, что нам не придется убивать вас. Когда мы избавимся от Бэнров и Ксорларринов, которые осмелились присвоить фамилию великих еретиков! – и от тех Домов, которые оказались достаточно глупы, чтобы присоединиться к ним, мы хотим восстановить Мензоберранзану его законную славу.
– С Жиндией Меларн в качестве Верховной Матери?
– Верховной Матерью Мез'Баррис, – хрипло ответил Малагдорл, прежде чем Миз'ри успела это сделать.
– Давно пришло время перемен, особенно после богохульства, совершенного двумя жрицами Бэнр в Верхнем Мире. Да, Мать Биртин, включая твою глупую внучку.
– Которая была благословлена самой аватарой Ллос в утробе матери, – напомнила ей Биртин.
– И все же Ивоннель выбрала неправильный путь, – сказала Миз'ри. – Такая досада. И теперь ты должна выбрать. Мы надеемся, что нам не придется оставлять тебя и твоих оставшихся дочерей мертвыми на полу Дома Фей-Бранч. И не придется убивать Зекнара Фея, волшебников и твоего драгоценного внука, когда они беспечно вернутся в свой Дом.
– Если только они не вернутся с армией Богохульства и Бэнрами, – сказала Биртин, но Миз'ри только рассмеялась.
– Мы прибыли так быстро, что никто не знает, Мать Биртин. Ни огней, ни магических призывов о помощи.
Она махнула рукой позади себя, и вереница жриц вошла в часовню в сопровождении грозных воинов Баррисон Дель'Армго и волшебников по крайней мере трех других Домов, включая Второй и Четвертый.
– Выбирай, – приказала Миз'ри.
Мать Биртин посмотрела на своих дочерей и кивнула, затем снова повернулась к Миз'ри и подняла руки в знак капитуляции.
  
Глава 8
 
Контрудар
 
В городе было тихо.
Минолин Фей вместе с дочерью смотрела вниз с выступа на фермерский район пещеры, на озеро Донигартен и Остров Рофов.
– Они не придут, да? – заметила Сарибель, так как свет Нарбондель давно прошел половину колонны.
– Я должна пойти к Матери Биртин, – сказала Минолин Фей.
– Нет, не должна, – немедленно ответила Ивоннель и прижала пальцы к губам, переваривая произошедшее.
Она вспомнила бой у Дома До'Урден, прокручивая в голове все донесения, которые поступали к ней от разных участников, включая Сарибель. Враг был разбит, но потерь оказалось на удивление мало. Когда засада ударила по их левому флангу, вся атакующая группа, как один, пустилась в бегство, прямо в убежище в Храме Куарвелшаресс.
Ивоннель взглянула на собравшуюся перед ней армию: пятнадцать сотен воинов, десятки волшебников и жриц.
Она бросила взгляд на юго-запад, к Нарбонделлину, теперь более светлому из-за свечения часов, к Дому Фей-Бранч, тихому – настолько тихому, что вспышки, которые она видела раньше, показались ей неважными.
– Правление Матери Биртин, вероятно, закончилось, – сказала она рядом стоящим женщинам.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Минолин Фей. – Мы должны идти.
Мы должны... Только эти слова застряли в мыслях Ивоннель в этот трудный момент. Она знала, что должна делать, если ее подозрения верны, и Дом Фей-Бранч действительно  захвачен, пока глаза Бэнр были обращены к пустому месту.
 
Но верны ли ее подозрения? Стоило ли рисковать?
Она посмотрела на часы, которые теперь светились почти на три четверти. Она посмотрела на Браэрин, расположенный к западу от нее. Улицы казались обычными для этого времени суток.
Враг не приближался. Не здесь. Не сейчас.
Ивоннель перевела взгляд в другую сторону, на Донигартен и Остров Рофов. Она видела стада скота на берегу озера и на острове, а также громоздкие и волосатые медвежьи фигуры рабов-квагготов Дома Ханцрин. 
– Ты возьмешь остров, – приказала Ивоннель Сарибель.
– Я думала, мы здесь только для осады. 
– Многое изменилось.
– Потому что они не пришли?
– Потому что они ушли в другое место, – пояснила Ивоннель.
– Фей-Бранч, – прошептала Минолин Фей, ее глаза сузились от страха и гнева.
– Сколько тебе понадобится? – спросила Ивоннель у Сарибель. 
– Чтобы захватить его или удержать?
– Чтобы захватить, – сказала Ивоннель. – Убей любого, кто сопротивляется, будь то кваггот, гоблин или дроу. Но предложи пощаду тем, кто сдается, особенно Ханцринам.
– Ты хочешь, чтобы я взяла в плен Ханцринов? – Сарибель, казалось, не испытывала особого энтузиазма по поводу вступления в войну с могущественным Одиннадцатым Домом города, который во многом служил нуждам всех других Домов.
– В течение нескольких часов они не будут использовать это имя, – пообещала Ивоннель. – Ты возглавишь силы До'Урден и часть Фей-Бранч – и позаботься о том, чтобы волшебники Матери Биртин и особенно ее Мастер Оружия находились в максимальной безопасности – а я предоставлю шесть десятков воинов-богохульников, чтобы укрепить ряды. Захвати остров и удержи позицию, и убедись, что нет никаких магических путей или туннелей к Дому Ханцрин. Если они есть, развей их или обезопась.
– Мы должны отправиться в Фей-Бранч! – настаивала Минолин Фей, когда план Ивоннель стал ясен.
– В свое время, – сказала Ивоннель. – Недостаточно вернуться в прежнее состояние. Мать Жиндия заплатит за это. – Она повернулась к Сарибель. – Я сообщу тебе телепатически, когда мы будем в Истмире. Ты начнешь битву. Иди быстрее, собери войска.
Сарибель бросила настороженный взгляд на Минолин Фей, которая нервно переминалась с ноги на ногу.
– Ты разжигаешь огонь войны, – сказала Минолин Фей.
– Она уже началась, – ответила Ивоннель, изо всех сил стараясь не выдать сомнений. – Дом Фей-Бранч захвачен.
– Мы не можем этого знать, – сказала Сарибель. – Если ты ошиблась...
– Иди, быстрее, – повторила Ивоннель.
– Я должна поговорить с Матерью Зирит.
– У нас нет времени. – Ивоннель подошла к выступу и начала спускаться по лестнице. – Наш момент сейчас и только сейчас. И да, если я ошибаюсь, то, без сомнения, будут последствия. – Она посмотрела прямо на свою мать. – Я не думаю, что ошибаюсь.
– Я тоже это чувствую, – призналась Минолин Фей.
– Будьте смелее, сестры, – сказала Ивоннель. – Сейчас наш момент. Прямо сейчас, именно сейчас.
– Убивайте столько, сколько необходимо, – наставляла Ивоннель сотни воинов, когда они оказались у цели в Истмире.
– Обездвиживайте, подавляйте, убивайте только тогда, когда это необходимо. – Она лукаво улыбнулась и добавила. – И знайте, что милосердие в этом нападении еще больше разозлят Ллос.
Воселли и другие командиры Богохульства кивнули на последнюю фразу, и она была рада это видеть. Они хотели битвы, жаждали крови после столетий мучений, но больше всего они хотели отплатить Ллос. Ивоннель не хотела здесь кровавой бойни, как из-за собственного отвращения к массовой резне, так и потому, что внутри оставалась капля сомнения.
Она могла ошибаться. Она не знала наверняка, что Дом Фей-Бранч пал. Это было интуитивное чувство, подкрепленное скудными доказательствами. И если она ошиблась, то чем больше окажется мертвых Ханцринов, тем труднее будет исправить ошибку.