Фантош (СИ)

— Маша, — конечно же, соврала я.
— Машенька, — повторил сосед и опять уставился на меня синими глазищами. И теперь в нем явно была заинтересованность и доброжелательность.
— А вас?
— Тебя. На «ты», — коротко поправил меня синеглазый. — Меня зовут Евгений. До встречи, Маша.
— Ага, — кивнула я уже в спину. Он даже не ждал от меня подтверждения, сразу отвернувшись, уходил в сторону парковки.
Значит, не инопланетянин. Я очень много времени посвящала изучению мимики и училась писать портреты с разными эмоциями. Ведь очень важно чтобы на картине можно было понять чувства изображенного человека. Но самым главным учителем стал мой папа. Он считает, что манипулировать людьми это самый простой и интересный способ добиваться от них того, что нужно тебе. Наверное, поэтому он и лидер в своей группировке. Он знает каждого наизусть. И сильные стороны, и все слабые места, уязвимые. Знает, как вывести человека, чтобы он не смог скрыть истинные чувства, как бы он ни старался и что бы ни говорил. Настоящий Карабас Барабас, дергающий за ниточки кукол в своем театре.
Меня посетила странная мысль, что Евгений очень хорошо контролирует свои эмоции и показывает лишь то, что он сам хочет. Поэтому он казался роботом. Нажал на кнопочку — взгляд поменялся, смягчился. Но, наверное, это в моей голове всякие глупости после папочкиных мозгопромывательств, замечаю то, чего нет, и всякая чертовщина мерещится.
Уже в половине седьмого я была неподалеку от ресторана. Конечно, я не собираюсь торчать у входа и ждать его. У нас же не свидание, а деловая встреча. Значит, прослежу, как он приедет, и приду сразу. Нельзя опаздывать на встречи по делу. Это моветон.
— Маша… Мария… Машенька, — кто-то за спиной звал какую-то Машку. Я обернулась посмотреть, что там за непоседа непослушная, и увидела в трех шагах Евгения. Черт! Маша — это же я! Вот поэтому ненавижу врать, я такая рассеянная, забываю через пять минут, что насочиняла!
— Добрый вечер, Евгений
— Да. Пойдём, — он галантно предложил мне локоть, и я воспользовалась этим, конечно.
Хоть я и нацепила подаренное папой платье, в котором хоть в театр, но все же под руку со спутником входить в ресторан гораздо комфортнее. Ну и полапать его хотелось, конечно. Интересно, же какой этот Аполлон на ощупь. Оказался твердым. Может, и правда киборг. Железяка с имитацией кожного покрова?
В ресторане все вопросы были стандартными. Какую кухню я люблю, где учусь, давно ли пишу и всякое такое. Хорошо, про родителей не спросил.
— Маша, может, десерт? — предложил Евгений после ужина. Наверное, я переборщила со скромностью. Заказав немного, чтобы он не удрал от обжоры.
— Нет, спасибо. А когда можно будет вас… тебя рисовать? Тут будешь позировать?
— Машенька, а ты не против, если я буду позировать у себя дома? Освещение там можно выставить любое.
Он опять выглядел спокойным, доброжелательным, и вроде для паники нет причин. Но в моем воображении над его головой уже истерично мигала надпись «Опасность». Но когда это меня останавливало? Да и не догадывается, что я не Милашка, как он меня назвал, за ужином.
— Конечно. Как тебе удобно, — ответила я, подумав, что и мне удобно. До чердака за две минуты потом добегу.
Заказав с собой еще одну бутылку вина и рассчитавшись за ужин, мы вышли из ресторана. И оказалось, что он на машине. Неожиданно. Он ведь подошел ко мне на другой стороне дороги от заведения. На тротуаре. И он ведь пил вино. Или только я пила? Какая же я рассеянная! Я не обратила внимания, что он пьет.
— Я не пил алкоголь, — сообщил мне Евгений, видимо, заметив мои сомнения ехать с нетрезвым водителем, и открыл мне пассажирскую дверь автомобиля.
Я, конечно, бесстрашная, но рисковать так глупо не стала бы. Хорошо, что он не пил. Только вот я о чем думала, когда хлебала винишко? Как писать-то теперь? Как Ван Гог? Ухо на заднице? Искаженную реальность? Ну ладно, может, и получится шедевр.
Но меня ожидал сюрприз. Мы приехали не в квартиру, где он живет, а в какой-то дом за городом. Евгений припарковал авто и, повернувшись ко мне, протянул руку, чтобы отстегнуть мой ремень. Он наклонился так близко, что я чувствовала его дыхание на лице. Щелкнув кнопкой, он не отпустил ремень, а проводил его до гнезда в своей руке и задержал ее там, глядя мне в глаза. Его взгляд притягивал и дурманил еще больше. Сердце мгновенно ускорило бег, повышая температуру тела и учащая дыхание. Он не дотрагивался до меня, но это не спасло, а наоборот — усугубляло. И со мной такого прежде не случалось. Даже голый Сашка в душе не вызвал такого бешенного желания, занывшего внизу живота за какие-то пару секунд.
 
В глазах Евгения теперь четко читались его намерения. Синие глаза потемнели, зрачки почти перекрыли радужку. Конечно, в темноте у всех зрачки увеличиваются, но в этих глазах я отлично видела страсть. Как будто он намеренно мне показывает это настолько явно, что сомнений быть не может.
Я все больше путалась в мыслях. Все ускользало из сознания. Промелькнули и мысли, что я зря поехала с незнакомым человеком непонятно куда, и то, что он действительно альфа-самец, от него пышет жаром и силой, он подавляет и гипнотизирует. Точно!!! Он, наверное, меня гипнотизирует! Этой догадке удалось зацепиться за мой бестолковый мозг, и я решительно отвела взгляд. Сразу почувствовав облегчение, постепенно успокоив дыхание, осторожно покосившись на него, спросила:
— Евгений, а я же говорила, что позировать нужно в полный рост, обнаженным?
Евгений быстро закрыл глаза и отвернулся, выходя из машины, и, пока я приходила в себя от этой необычной ситуации, он уже обошел машину и открыл мне дверь, подав руку, опять не произнося ни слова. Странный тип.
— Это твой дом, — решила я прервать неловкое молчание. Хотя неловко было только мне. А ему — непонятно. Кажется, он не ощущал дискомфорта. Может, он интроверт? Необщительный, немногословный. — Ты здесь живешь?
— Мой. Иногда приезжаю, — очень тихо сказал странный тип.
Забрав мои вещи с заднего сиденья, он жестом пригласил меня идти с ним по дорожке к дому. Мрачному из-за темного фасада, облицованного серо-черным камнем, и ни в одном окне нет света. Логово маньяка или отшельника. Что хуже, интересно? Дом под стать хозяину, Женя тоже в рубашке цвета антрацит и черных брюках, и таких же черных ботинках.
Едва мы зашли в дом, Евгений включил управление на мониторе около двери. Если правильно помню, такие штуки называют «Умный дом». Нажимая на сенсорный экран, он включил освещение, отчетливо прозвучали щелчки входной двери. Запер. И это напугало меня немного, но Евгений заметил мой взгляд на дверь и спокойно сказал:
— Это для безопасности. Все окна и двери заблокированы, если захочешь уйти, просто нажми вот сюда, — ткнув пальцем, показал он значок замка двери на экране.
В двери опять щелкнуло, и я решила проверить, нажав на ручку. Действительно открыто.
— Если ты передумала, я могу тебе вызвать такси, — все так же тихо предложил Женя, чуть склонив голову, как будто изучал меня и мою реакцию.
— Евгений, а где самая светлая комната?
— Женя, — опять поправил меня он, третий раз за вечер. — В гостиной восемь вариантов освещения, думаю, ты найдешь для себя подходящий. Проходи.
Вот опять не могу угадать. Он рад, что я осталась, или ему все равно? Что за человек такой. Меня это начинает раздражать. Ох, чую, натворю я дел!
— Женя, я бы хотела начать писать, раздевайся.
— Хорошо.
Киборг, блин. Ни один мускул не дернулся. Пока я располагалась со своими красками и альбомом на кофейном столике, Евгений совершенно спокойно раздевался. Блеснув черными камнями в запонках, небрежно бросил их на полку бюро… вот это да… у него есть бюро! Как в старых фильмах. Пока я зависла, разглядывая явно антикварную мебель в этой комнате, Женя уже снял рубашку и тоже застыл, глядя на мои краски и листы.
— Маша, а почему ты не взяла с собой мольберт?