Королевство остывших морей

– Стоп! – кричит Дариус и поднимает правую руку вверх. – Она своя.
Дариус идет мне навстречу и спрашивает:
– Что ты тут делаешь?
Не спуская с себя маску, смотрю на него и тихо говорю:
– У меня есть срочные новости… Они о моей маме.
Глаза Дариуса округляются. Он что-то приказывает своим людям, а потом разворачивает меня и отводит в сторону.
– Что значит, о твоей маме?
– Вот, – протягиваю ему письма, которые взяла с собой. – Прочти.
Дариус хмурится, сдвигая брови. На нем, как в и прошлый раз, черные доспехи. Он берет письма и аккуратно разворачивает самое первое. В лесу темней, чем в городе, из-за густых ветвей. Кидаю взгляд на людей, которые стоят и перешептываются. Один из них распрямляет плечи и кидает презрительный взгляд. Я отвожу глаза и наблюдаю за тем, как Дариус внимательно читает письмо. Затем он разворачивает второе. Слышится трель какой-то птицы, которая эхом отдается где-то в глубине леса. Замечаю, как кучка людей в темных доспехах оборачивается, чего не скажешь о Дариусе. Он один раз отвел взгляд в сторону, будто бы прислушиваясь к посторонним звукам, а потом вновь уткнул взгляд в письма. Я сложила руки на груди, но не успела сделать вздох, как Дариус говорит:
– Кто тебе это дал?
– Угадай.
– Раум?
Тон вампира понижен, будто бы он зол. Я молча киваю головой, понимая, что посторонним ушам не нужны лишние слухи.
– Я прошу тебя, – Дариус возвращает мне прочитанные письма и стискивает ладонями мои плечи, – не выходи за пределы академии. Адамс Руди тебя защитит…
– Ты понимаешь, что это и моя война? – говорю как можно тверже. Но Дариуса, по-видимому, это не волнует.
– Я уже дал тебе слово, что мы обязательно найдем твоего отца. И я сдержу это слово!
– Я тоже хочу участвовать в битве, – твердо заявляю я. – Если бы не эти письма, то, возможно, я бы осталась сидеть смирно в академии. Но я не хочу там сидеть!
– Аврора! – повышает на меня голос Дариус. – Это приказ!
– Я не подчиняюсь твоим приказам, – огрызаюсь и тычу пальцем ему в грудь. – Я предлагаю тебе помощь, потому что мне нужно знать правду! Правду из уст самого Бруно!
– Аврора! Это не какая-то игра, а настоящая война! Я не позволю тебе участвовать в ней!
– Я уже в ней замешана, – ощущаю, как глаза наливаются слезами, но сдерживаю их. Сдерживаю боль, которую чувствую. – И что бы ты ни говорил, я имею право узнать всю правду о том, что было в ту ночь!
– Аврора….
– Хватит называть меня немощной и слабой!
Краем глаза замечаю, что из-за моего крика на меня обратили внимание мужчины. Один из них усмехнулся и что-то шепнул второму на ухо.
– Я не называл тебя слабой!
– Но ты так думаешь, да?
Вампир молчит. И я понимаю, что права. Дариус не считает меня сильной, а значит, и значимой. На руинах не построить счастья. На руинах можно построить боль, что и сделала богиня Хаоса.
– Я же дал слово, – распрямляет плечи вампир, возвышаясь надо мной как орел. – А значит, я сдержу его.
Его глаза полны разочарования. Я вижу это по янтарно-темной каемке радужки. Мне ничего не остается, как согласиться с ним. У меня нет сил спорить с ним и ссориться. Моя глупая попытка напроситься в его отряд провалилась с треском. Но я все еще лелею надежду, что он передумает.
– Значит, это правда, что тебя ослепила мысль о мести, да?
– Не начинай…
– А то что? Что ты мне сделаешь? Ты хочешь совершить дворцовый переворот лишь потому, что у тебя отобрали семью и ты хочешь вершить правосудие?
Зрачки Дариуса сужаются. Он протягивает ко мне руку, но я делаю шаг назад.
– У меня тоже отобрали семью. И я так же, как и ты, имею право на правосудие!
– Это опасно для тебя. Я не хочу, чтобы ты пострадала…
– Я уже пострадала! – кричу во весь голос. – Как ты этого не видишь?! Я разбита, как фарфоровая тарелка. На моих осколках можно сжечь кости!
– Я все равно не соглашусь на такое, – вампир старается сохранить самообладание, но я вижу, что он держится из последних сил.
– Ты же знаешь, что я не буду тебя спрашивать об этом!
 
– Аврора…
– Я сказала свое слово, – сухо отрезаю и делаю шаг назад. – Просто имей его в виду.
Разворачиваюсь, не обращая внимания на то, что говорит мне в спину клыкастый. Делаю глубокий вдох и телепортируюсь.
Я очутилась рядом с «Холодной сталью». Иду медленно в соседнем переулке, который ведет как раз к самой таверне. Подумываю о том, что стоит развеяться и снять с себя всю ярость, выполнив какой-то контракт. Клинки разом вылетают из ножен и начинают кружиться около меня.
– Вы чего? – спрашиваю у них, но те как будто изолируются от меня. Я чувствую, что теряю с ними связь.
– Дреги? – говорю я им, но они, по-видимому, меня не слышат. Пытаюсь сосредоточиться и установить с ними связь, но вместо этого чувствую, как кто-то сковал мою правую ногу. Оборачиваюсь и вижу темную фигуру человека, который приближается ко мне. На голове виднеется очертание капюшона, а за спиной развевающийся длинный плащ.
– Кто ты? – кричу ему, пытаясь сообразить, как вытащить ногу из ловушки. Поворачиваю голову и вижу, что между мной и клинками какой-то прозрачный купол, который проявляется четче с каждой секундой.
– Не подходи ко мне! – кричу и без предупреждения выпускаю небольшие молнии. Черная фигура с легкостью отражает их и все ближе ко мне подходит. Я набираю побольше воздуха в легкие и пытаюсь сделать купол, но… У меня не выходит. Оглядываюсь по сторонам, стараясь снова воссоздать купол, проговаривая в уме заклинание. Поблизости будто бы все вымерли. В окнах не горит свет, даже ветер не дует. Не воют гиены, не летают птицы. Страх постепенно закрадывается в мое сердце. Чувствую, как перестала слушаться вторая нога. Она будто бы врастает в землю. Я не могу пошевелиться. Чувство скованности разрастается по телу, пока я пытаюсь создать хоть какую-то защиту.
Фигура в сумерках двигается ко мне. Все ближе и ближе. Я кидаю еще одну молнию, которую противник отражает лишь одним взмахом руки.
– Да что тебе от меня нужно? – кричу, пытаясь создать еще несколько таких молний, которые пускаю точно в цель. Но фигуре все равно. Она практически доходит до меня и поднимает правую руку вверх. Мою шею что-то сжимает, я бросаю попытки защититься, хватаясь за невидимую цепь на ней. Перед глазами все плывет, будто бы стелется туман. Слышу, как клинки бьются о защитный купол. Я не понимаю, что происходит. Я растеряна…
– От… пусти… меня… – хриплю, жадно глотая воздух. Фигура опускает капюшон и последнее, что я вижу, – это пепельные волосы и кривая улыбка алых губ.
  
Часть четвертая. Буря тьмы
   
Глава 1
 
Чувствую приступ тошноты. Меня кто-то дергает за руку: грубо, со всей силой. Глаза словно слиплись от меда, их режет от света. Я ощущаю, что мое тело не слушается меня. Звуки, доносящиеся с разных сторон, не дают сосредоточиться. Слышатся мужские баритоны, как гром среди ясного неба, и от этого моя голова раскалывается сильней. Кто-то подхватывает меня под локоть, сильно сжимая руку. Я издаю глухой хрип. Моя голова, словно мячик, откидывается назад. Кто-то поднимает меня на ноги, которых я практически не чувствую.
– Давай шагай! – рычит низкий баритон мне в ухо. Я морщусь от аромата гнили и затхлости. Ноги не слушаются меня, отчего заплетаюсь в них и чуть не падаю. Однако это не дает сделать крепкая мужская хватка. С разных сторон доносятся вопли и шипение. Звон цепей где-то недалеко. Меня еще раз дергает крепкая рука, и я распахиваю глаза. Приглушенный свет, каменный сводчатый потолок. Опускаю голову и пытаюсь проморгаться. Сквозь пелену и головокружение вижу, что на руках светятся зеленым металлические цепи, которые и издают приглушенный звон. И в этот момент я будто бы прозрела. Дергаюсь, стараясь вырваться из крепкой хватки. Рядом со мной идет гвардеец, но стоит мне только дернуться, как сзади что-то тяжелое бьет между лопаток. Меня будто бы пронзает мощный всплеск, который я чувствую в жилах. Кровь бурлит в моих венах, и мне становится больно.