Босс, засос и прочие неприятности (СИ)
– Не сдавайся. Ты можешь стать королевой. Только позволь себе раскрыться, – тихий шёпот на ушко убаюкивает расшатавшиеся нервы. И становится, наконец-то, тепло. И душой, и телом.
– Вы что здесь устроили? – и снова грозный рык Барса.
Он что тут вообще делает? У него Виктория батьковна по графику.
– Руслан Амирович, – Остап хочет ответить, но Барсову не нужны ничьи оправдания, он зол.
Спиной даже это чувствую, а попа вообще предвещает приключения. Ну, почему он так не вовремя зашел? У него же часика на полтора красавица Вика. Вот на нее пусть и рычит, а я, вообще-то, свободная девушка и видов у меня ни на кого нет, могу позволить себе дружеские обнимашки.
– Злата, в приемную, живо. Мне нужно срочно скорректировать график, а вас нет на месте. Кто вам вообще позволял покидать рабочее место?!
Ого. Вот это ор. Я даже вздрогнула и захотелось прочистить ушки, их неплохо так заложило.
– Так вы же сами сказали пойти в столовую…
– Похоже, вы недостаточно хорошо изучили меня. Мы с вами об этом поговорим позже. Сейчас идите к себе, я подойду чуть позже, – говорит мне, а сам волком смотрит на Фирсова.
Да что вообще происходит? Вроде бы до весны еще далеко, значит агрессия не должна была начать обострятся. Совсем недавно ведь босс был в прекрасном расположении духа, а сейчас, как подменили. Не понимаю, что могло его так вывести из себя.
Ладно, нет смысла. Захочет, сам скажет. Нет, я скорее мозг себе сломаю, чем выберу один из возможных вариантов.
– Спасибо, Остап. До встречи, – благодарю парня и клянусь, слышу, как барс утробно рычит.
Коллега кивает и подталкивает меня на выход, но не гонит, а скорее в качестве доброго ускорения. Понятно, мальчики будут сейчас разговаривать. Точно! Поняла. Неужели босс подумал, что между нами роман и я могу так быстро в декрет уйти, а ему снова помощницу искать надо будет.
Как сразу не догадалась. Какие же начальники все одинаковые. Пашите, лошадки, луна еще высоко, а когда солнце, так вообще грешно говорить об усталости. Ладно, надо будет успокоить его, что мы только общаемся, больше ничего, а то так и будет кукситься ходить.
Через пять минут после меня в приемную возвращается и барс. С порога начинает на меня кричать, едва за ним закрывается дверь.
– Амина, вы что себе позволяете? Здесь модный журнал, а не черти что!
– Да хватит вам коверкать мою фамилию! Сколько мне еще раз это повторить? Зовите по имени, раз не можете запомнить, – нападаю в ответ, чтобы не воспринимал, как ту, что будет прогибаться.
Вон, для подобного самоутверждения пускай вызовет Викторию. Думаю, она с радостью перед ним будет лебезить и трястись от страха. Не могу сказать, что последнее я сейчас не делаю, но ведь внешне держусь. Пока.
– Сейчас речь о вашем поведении. Мало того, что не соответствуете внешне на эту должность, но ладно, закрываю глаза, ведь хотя бы работаете, так вы позволяете себе оставлять рабочее время для того, чтобы пообниматься с коллегами. Уволю, если еще раз подобное повториться.
– Да пожалуйста, хоть сейчас!
И тут мы зависаем оба. Никто не ожидал подобного с моей стороны. Ну, и ладно. Сказала «А», пора и «Б» говорить.
– Мне вообще ничего нельзя. Ни цветов, ни комфортного рабочего места. Я итак подстроилась под ваши дурные требования. А вы в ответ что? Сначала собрались заниматься безобразиями в кабинете, отправили меня подальше из приемной, а потом еще и кричите, обвиняете непонятно в чем. Да если не уволите, я от такой вашей биполярности сойду с ума.
– Знаете, что, – схватившись за край стола, нависает надо мной так, что хочется откатиться на стуле назад, но я не шевелюсь, – идите вы сегодня домой. Завтра решим, что делать дальше.
И, резко сорвавшись, скрывается в кабинете.
Вот и отлично. Закончилась моя работа здесь. Но я уйду гордо. Не дам ему себя уволить. Завтра насолю ему по полной. Будет знать, как отыгрываться на бедненькой мне. Потом отдам заявление на подпись. Точно, именно так и сделаю.
Встаю и собираюсь домой. На пути к лифтам заглядываю к Остапу, чтобы попрощаться, но его нет на месте, поэтому ухожу вот так.
Иду по заснеженной улице, и так жалко себя. Я ведь знала, куда пришла, понимала, что такое предвзятое отношение из-за внешности неизбежно, знать одно, получить – другое. Я банально оказалась не готова к такому. И слова Остапа, что с мышкой проще и она лакомая. Неужели придется играть по новым правилам хотя бы в столице? Потому что я искренне сомневаюсь, что в любой крупной компании отношение формируется иначе.
Если так, то мне и правда пора делать шаг вперед.
«Твой стиль»
По пути домой цепляюсь за красивую вывеску салона красоты, которую раньше не замечала. Может, это знак? Да, скорее всего. Набираю полную грудь воздуха и захожу внутрь.
Здесь все шикарно, дорого. Дух захватывает от увиденного. Все выполнено в черно-золотой гамме, и явно из дорогого мрамора. Даже стойка администратора так оформлена. Мрачно, но вместе с тем роскошно. Ценник мне влепят приличный, но на карте до сих пор болтается неприлично большая сумма на преображение, которую Барсов перевел в мой первый рабочий день.
Подхожу к девочкам за стойкой и жду, когда они закончат разговаривать по телефону.
– Добрый день. Что вы хотели? – снисходительно спрашивает одна.
– Мне бы прическу новую и маникюр, – и параллельно достаю корпоративную карту «Ирбис стайла», увидев которую, они резко меняют выражение на своих мордочках. – Оплата картой будет. У вас сначала услуга или оплата?
– Проходите, у мастера причесок есть окно, но маникюр вы сможете сделать часа через три, не раньше. Оплата после.
– Хорошо.
Киваю им, и меня провожают в зал к Ирине. Милая рыженькая девушка приветливо улыбается. Похоже, она любит свою работу и относится ко всем одинаково. Что ж, хоть что-то хорошее за сегодня.
– Добрый день. Меня зовут Ирина. Какую стрижку вы бы хотели? И только стрижка, или поухаживаем за волосами? – распустив мой пучок, она перебирает чуть волнистые пряди.
– На ваше усмотрение, лишь бы никто не сказал, что я невзрачная мышка.
– Ох, ну, с этим они явно погорячились. Но я вас поняла. Сделаю все в лучшем виде.
Мы киваем друг другу, и я отдаюсь во власть мастера, несмотря на страх. Так надо.
Глава 10
Злата
– Эти документы необходимо подписать очень срочно. У нас может сорваться крупная поставка фурнитуры. Можно мою папку самой верхней? – довольно тактично говорит девушка из отдела закупок, что раньше относилась если не с превосходством ко мне, то с нотками высокомерия.
Неужели Остап прав, что и вещи, и внешность делают свое дело? Скорее всего. Даже охранники при входе впервые за это время потребовали пропуск, чтобы пропустить через турникет. Минуты три они смотрели на новую меня и пропуск.
Не могу сказать, что кардинально изменилась, но разница заметна. Вчера Ирина не стала менять меня полностью. Я ожидала, что волосы срежут в одну из новомодных женских коротких стрижек, чтобы был стильный вид, но нет. Некоторые пряди она окрасила в медовые оттенки, и в свете тамошних лам я словно светилась, как янтарь в лучах рассветного солнца.
Длина почти не изменилась, максимум пять сантиметров срезано. Но этого хватило, чтобы волосы стали другими. Более пышными, кудряшки перестали вытягиваться и красиво завивались от середины длины. Девушка показала даже несколько нехитрых манипуляций с заколками, чтобы не прятать «роскошь», как она выразилась, в жутких прическах.
Мы в целом с ней неплохо поговорили. Не знаю почему, но я вывернула ей всю душу наизнанку. Не поняла, как, но рассказала и про отчима, и про мать, и неудачи на работе. Иногда мне казалось, что на нервах она отрежет мне лишний клок волос. Но нет.
Максимум, что я от нее слышала, аналоги крепких словечек.
– Вот же гадюки.
– Да что она за мать такая? Бегает за кобельком, лишь бы не ушел. Совсем с ума сошла.