Стрекоза и Муравей (СИ)

Пока их с Юрой поднимали на мост, Лиля, любуясь прекрасным видом, попутно придумывала месть.
Глава 6
После пережитого ужасно захотелось есть. Первым по пути к морю они увидели кафе с громким названием «Цветущая сакура», намекающим на японскую кухню.
— Юра, ты суши любишь? — от предвкушения вкусной еды Лиля довольно облизнулась.
— Нет.
— Как нет? Ты не любишь суши? Вкусно же?
— Что вкусно? Рис с сырой рыбой и острым перцем? — удивился Юра. — Хочешь, зайдём, уверен, там найдётся что-нибудь более съедобное.
Ожидания Юру не обманули, кроме традиционных и разнообразных суши меню предлагало салаты, горячие блюда и даже борщ. Лиля заказала несколько разных видов суши, взяла палочки и поставила рядом зелёный чай. В стилизированных кафе она любила соблюдать принятые условности, в японском с удовольствием ела суши палочками, в восточном плов ложкой. Тогда еда становилось не просто насыщением, а интересным увлекательным ритуалом, даже мысли текли как-то по-другому, неторопливо, в национальном духе.
Пока Юра с аппетитом поглощал борщ и оливье, Лиля, отпивая из чашки маленькими глоточками чай, вкушая один ролл за другим. Чуть обмакивала в соевый соус, наносила сверху капельку васаби и отправляла в рот. После ролла с красной рыбкой Лиля съела кусочек маринованного имбиря, зажмурилась, ощущая его терпкий кисловато-острый вкус.
Месть для Юры была готова, и теперь Лиля обдумывала детали. Она повезёт его кататься на водном мотоцикле. Опыт и навыки есть, в прошлом году, на море, она оценила удовольствие водных прогулок. И, разумеется, нечаянно, сбросит в воду — пусть побарахтается немного вдали от берега. Потом она его подберёт, но не сразу, вроде как не заметит, что он свалился.
Красивая месть. Быстрая, как падение камня и острая, как укус дикой пчелы!
От поэтического сравнения Лили захотелось сложить хокку, но вредный стишок никак не складывался в нужное количество слогов. Тогда она заказала ещё порцию суши, на этот раз с креветками.
— Неужели так вкусно? — спросил Юра.
— Очень. Кстати, мы же на пляж собираемся, я после воды всегда есть хочу, давай с собой купим?
— На пляже и купим, зачем лишнее нести? Жарко, испортятся, ты можешь отравиться.
— Заботник, — усмехнулась Лиля. — Ты мне первую помощь окажешь, вон как быстро с давлением разобрался.
— Лиля, я сын военного. Правила оказания элементарной медицинской помощи знаю с детства, и настоящий обморок от вымышленного отличу.
— У меня было предобморочное состояние! Вдруг бы я от разрыва сердца умерла? Бросил девушку за борт, Степан Разин фигов!
— Не ругайся. Всё же нормально закончилось, правда?
— Отлично, — фыркнула Лиля.
Про памперс говорить не стала — не пригодился и хорошо.
На пляже они взяли по топчану, Лиля окунулась и легла загорать на солнышке.
Юра достал книгу, устроился в тени, под зонтом. Как можно читать на пляже? Как вообще можно читать, когда вокруг столько неохваченных развлечений?
— Юраааа, — протянула Лиля. — Закрой книгу, у меня от твоего умного вида изжога начинается.
— Зайди вечером в аптеку, — не поднимая головы, посоветовал Юра.
— Ты отдыхать собираешься или нет? — не отставала Лиля.
— Я отдыхаю. А ты мне мешаешь, между прочим.
— Разве читать — отдых?
— Ещё какой. Знаешь, как редко мне удаётся спокойно, не спеша и не глядя на время, почитать хорошую книгу? Не специальную литературу, не то, что я обязан знать по роду работы, а просто интересную книгу.
— Про работу на отдыхе вообще надо сразу забывать, ты что! Нет здесь никакой работы. Есть море, солнце, мясо на шампуре и приятная компания.
— Твоя?
— Моя, конечно, чья же еще. Юра, ты всегда такой серьёзный? Ты расслабляться умеешь? Веселиться, с девушками гулять?
— Умею. Ты не могла бы немного помолчать?
— Нет, не могу, мне скучно. Вот о чём ты думал, когда мы молча спускались к пляжу? Неужели опять о работе?
— Да. Понимаешь, я хочу многого добиться в жизни. Карьеру хочу, хороший дом, но не ипотечный, сразу свой. Хочу не думать о завтрашнем дне и о старости, потому что деньги решают много проблем, хоть и не все. И работать хочу много и с удовольствием.
 
— О, нет! — простонала Лиля, вытягиваясь на топчане. — Ты зануда, каких поискать, извини, конечно. Вокруг столько всего интересного, а ты в отпуске о карьере думаешь.
— О чём думаешь ты? Чего ты хочешь?
Лиля села, достала из сумки масло для загара. Домой она обязана вернуться обязательно с хорошим загаром, чем темней, тем лучше, а без масла шоколадного цвета кожи не добьёшься, сколько не плавься на жаре.
Она неторопливо намазала одну ногу, затем другую. Отпила из бокала коктейль, который они купили по дороге в пляжном баре. Полюбовалась собой — всё-таки у неё очень красивые ноги, только ботан Юра может не обращать внимания на этакое совершенство.
— Хочу всего и сразу, но точно не пахать, как раб на галерах. Хочу жить легко, весело, работать поменьше, отдыхать побольше. Когда пойму, что пора заводить семью, найду себе такого как ты трудолюбивого муравья.
— И сядешь ему на шею, — продолжил Юра.
— Что значит сядешь? Муж должен обеспечивать жену, разве нет? У нас будет по принципу: папа работает, мама красивая.
— Ты совсем ничего не хочешь добиться? Вообще?
— Зачем? Жизнь хороша сама по себе, совершенно неважно, много я зарабатываю или мало, если будет, кому зарабатывать для меня. У меня, кстати, оклад небольшой, но на жизнь и тряпочки вполне хватает. Потому что одна. Выйду замуж, переложу почётную обязанность содержать семью на супруга.
— Ты работаешь? Я думал, родители содержат.
— Работаю. Но не так, как ты, я работаю чтобы жить, а ты живёшь, чтобы работать, чувствуешь разницу?
— Устаёшь, наверное, бедняжка, — иронично спросил Юра.
Лиля ещё отпила из бокала. Пина коладо был вкусный, жаль, быстро согрелся, и сока можно добавить побольше. Надо бы ещё за одним сходить, но потом, после её страшной мести.
— Ой, у нас всё схвачено! — улыбнулась она. — Слушай, они сок, что ли, экономят?
Лиля допила коктейль:
— У нас парень из расчётного отдела пина коладо лучше делает.
— Вы выпиваете на работе? — поразился Юра. — А если узнают?
Лиля обрадовалась возможности поболтать: Юра закрыл книжку и смотрел на неё.
— Кто? Мы, между прочим, великие конспираторы, — сообщила она.
— Но ингредиенты надо где-то хранить, точнее, прятать.
— А технический бокс? Закуток, в котором всякие трубы и провода, туда же никто никогда не заглядывает.
Кроме технического бокса у коллектива офиса были и другие места, где можно спрятать от глаз начальства всякие запрещённые на работе вещи. В небольшой комнате, приспособленной под архив, девушки хранили дамские журналы — где ещё, как ни на работе, почитать новые рецепты, обсудить антивозрастные крема, гели и молочко для снятия макияжа. Нитки и спицы, коробки с алмазной вышивкой для офисных рукодельниц скрывались под полкой с подшивками прошлогодних накладных. В углу, под старым компьютерным столом со сломанной ножкой, стояла коробка с бокалами, нарядными бумажными колпаками, флажками и свистульками — на случай празднования дня рождения или другого радостного события.
— И вы ни разу не попадались? — не мог поверить Юра. — То есть если шеф ушёл, уже сто процентов больше в офис не вернётся?
— Понимаешь, у нас за стенкой редакция местной газеты. Там всего четыре работника, отличные парни, заводные и весёлые. У нас с ними общий балкон, разделен пополам металлической решёткой. Внешне она как будто в цемент утоплена, а на самом деле просто берёшь её за прутья и убираешь в сторону.
 
— Не вижу связи.
— Наш офис на третьем этаже, внизу, как положено, охранник, тоже свой человек. Если вдруг кто-то из начальников внезапно пришёл, он позвонит. Мы быстренько в редакцию весь компромат утащим. Заходит шеф — красота! Все по местам, работа пищит, компы гудят, народ производственные проблемы решает. Это если шеф. А если его зам, мы вообще не напрягаемся, парни даже курят в окно.