Стрекоза и Муравей (СИ)
— Ты её закрыла?
— Кто же ещё? Удачно получилось: она туалет искала, я дверь подсобки распахнула, говорю, мол, вам сюда. Ксюха вошла я и захлопнула, как раз снаружи защёлка была. Думала, она будет назад ломиться и быстро выберется, хорошо музыка орала, не сразу услышали. И Юра не стал долго ждать, пошёл по залу, на поиски. Только я не ожидала, что ты с ним вино пить будешь.
— Я тоже не ожидала. Кстати, с кем ты резвилась в стиле ретро? Ну, мам, ты даёшь, скакала как девчонка!
— Между прочим, я ещё очень даже молода, — сердито заметила мама. — Последние двадцать лет молодости, которые мне остались…
— Как? Там ёще чего-то осталось? — поразилась Лиля.
— Двадцать лет! — припечатала мама. — До семидесяти женщину нельзя назвать старой.
— Тебя и до девяноста не назовёшь, — засмеялась Лиля. — Пришла в затрапезном виде и отхватила себе кавалера.
— Он мой бывший одноклассник, когда-то встречались. У нас это называлось «ходили». Мне самой удивительно, что узнал через столько лет, подошёл, обрадовался, как родной.
— И вы решили вспомнить былое, — заключила Лиля.
Живот опять скрутило, и она тихо застонала. Закончится это мучение когда-нибудь?
— Мам, ты сколько бальзамчика плеснула? — пропищала она.
Мама достала из сумки пустой флакончик. До чего предусмотрительная женщина, даже тару с собой унесла, чтобы никаких следов!
— Здесь шесть доз, получается, вам с Юрой по три каждому досталось, — призналась мама. — Да не кривись мы, половина уже точно того, на выход ушло, осталось совсем немного.
Немногих остатков Лиле хватило до утра. После обеда, окончательно придя в себя, она неожиданно обнаружила, что изрядно похудела. Всё же от бальзама была какая-то польза, хоть и сомнительного качества — Лиля легко влезла в узкие джинсы, а старая юбка, которая давно висела в шкафу в надежде на уменьшение веса, села на талии как влитая.
От вчерашнего недомогания не осталось и следа, Лиля с удовольствием пообедала и открыла сайт с предложением работы. Мама права — нечего ныть и жалеть себя, пусть она не сразу найдёт подходящую работу, но ведь какую-то всё равно найдёт. Руки-ноги есть, умная голова тоже, что ещё надо красивой девушке для полного счастья? Честно говоря, лично Лиле не хватало для счастья Юры, но не женится же он на Ксении в ближайшее время, а значит, ещё не всё потеряно.
Позвонила Соня, подруге не терпелось поделиться новостями и девушки договорись встретиться вечером в парке, прогулять, поболтать и выпить в уличном кафе по чашке чаю с пирожными.
— Ничего у неё не получается, — злорадно сообщила Соня. — Новенькие работу не знают, всяких тонкостей тоже, а Тамара Ильинична секретами не делится. Все между собой ругаются, только Ксюху боятся. Она у нас теперь королева, ходит, пальцы гнёт, ценные указания раздаёт всем подряд.
— Как Юра, ты его видела?
— Он сегодня в офис не приезжал, говорят, приболел немного. Ксения недовольная ходит, как думаешь, может они вчера поссорились?
Лиля вспомнила прошедшую ночь и недоумённо покачала головой. Вчера Юре точно было не до отношений с Ксюхой, состояние не то. Разве что она обиделась, если кавалер не проявил должного внимания и рванул домой, оставив её в ресторане?
Телефон Сони то и дело пищал сообщениями.
— Кто там у тебя очень нетерпеливый? — спросила Лиля.
Соня мило смутилась:
— Мой австралиец, Дик.
— Не даст поболтать спокойно, напиши, что ты занята, или не можешь ответить. На ногти пришла, например.
Соня быстро напечатала текст. Ответ не заставил себя ждать — австралиец явно не выпускал телефона из рук.
— Он заботливый, переживает за меня, всё спрашивает, как у нас теперь в офисе дела, — похвасталась Соня.
Лиля вместе со стулом придвинулась к Соне и заглянула в её телефон.
«Ок, я тебя жду. Очень соскучился, пришлёшь новую фоточку?» — писал Сонин кавалер.
— Скажи, что позже, — сказала Лиля.
«Дик, сейчас не могу, попоже», — ответила Соня.
— Нет такого слова: «попоже» — поправила Лиля. — Есть словосочетание «по позже».
Соня послушно исправила.
«Долго ждать? Ты под лампой уже?» — спросил Дик.
Что-то неправильное было в этом простом вопросе, что-то, что царапнуло Лилю, как неудачная нота в знакомой музыке. Она задумалась, не мешая Соне продолжать переписку.
— Ты с ним пообщайся, я пока быстро до угла дойду, куплю маме журнал, — сказала Лиля.
Ей надо было выйти, пройтись одной вдали от шума кафе, подумать.
На углу она купила маме толстый глянцевый журнал по рукоделию. Нести журнал в руке Лиля не захотела и заодно купила пакет: ярко-жёлтый, с рекламой кофе. Что же её напрягло? Лиля мысленно перебирала прочитанные в телефоне фразы. Лампа! Откуда мужчина знает, что ногти надо сушить под специальной лампой? Лиля была совершенно уверена, что ни Юра, ни Паша, ни Женя, ни кто другой из её знакомых мужчин понятия не имеет, как гель-лаком делаются ногти, а ведь он имел ввиду именно гель-лак, иначе зачем лампа? Обычный лак сохнет без каких-либо приспособлений. Ещё Лилю сильно удивила ошибка в Сонином ответе, слово простое, но Соня написала его неправильно и отправила бы, если бы не Лиля. Как она отчёты делает? Любая орфографическая ошибка в документе карается немедленно — впервые строгим взысканием, потом премией как минимум.
Соня так и сидела, уткнувшись в телефон. Лиля сделала сердитое лицо, насупилась и нахмурила брови, демонстрируя недовольство. Подруга спрятала телефон в сумочку.
— Соня, как ты проверяешь свои отчёты? На ошибки, опечатки?
— Как все, текстовым редактором.
— И только? Редактор не панацея и мы все это знаем, если ты опечатаешься, но слово существует, редактор его пропустит. Ещё как?
Соня недовольно сморщилась, взяла со стола чайничек, долила себе чаю:
— Чего пристала? Подумаешь, ошиблась один раз, с кем не бывает, не вижу проблемы.
Она разорвала над чашкой пакетик с сахаром, потом ещё один, помещала и добавила третий. Соня нервничала, не хотела продолжать неприятный разговор.
— Ты могла бы присылать мне для проверки, — предложила Лиля.
— А ты видела у меня в отчётах ошибку, ну хоть одну? — вскинула голову Соня. — Нет! Не видела! Знаешь, почему?
Лиля догадывалась, но хотела услышать ответ от подруги.
— Потому что мне Дик проверяет, у него же абсолютная грамотность! — радостно сообщила глупышка. — Я ему по электронке скидываю, он проверит и быстренько мне назад.
— Потом ты эти письма сразу удаляешь, — продолжила Лиля.
— Конечно удаляю, я вообще стараюсь нашу переписку всю удалять, вдруг программисты в мою учётную запись залезут, новую программу установить или комп почистить.
Лиля схватилась за голову. Они подозревали каждого в отделе, следили, вынюхивали, подслушивали! А Сонька, дурочка, скидывала неизвестно кому готовые договора! Пусть не все, только те, что проходили через её руки, но сколько клиентов фирма потеряла от утечки информации?
Глава 49
— Ты понимаешь, что ты делала? — зашипела Лиля. — Соня, ты каким местом думала? Секретные документу — постороннему человеку!
— Лилечка, чего злишься? — искренне удивилась подруга. — Где Дик, а где наши документы? Он вообще на судостроительстве работает, мало того, он в Австралии работает! И не понимает в этом ничего. Для него наши договора — набор слов, а не информация.
— Это он тебе так сказал?
— Да. Лиля, не пугай меня, пожалуйста, и не выдумывай то, чего нет. Я Дика знаю лучше тебя, у нас отношения, пусть и виртуальные. Он порядочный, пунктуальный, ответственный…
— И знает, как делают ногти, — перебила Лиля. — Вставай, пошли, прогуляемся.
— Куда? Я не пойду, и вообще, я не хочу больше гулять.
— Подожди меня здесь, — сказала Лиля.
У девушки за стойкой она попросила несколько листов обёрточной бумаги.
— Вам с собой надо что-то упаковать? У нас есть контейнера, давайте уложу, — предложила девушка.
— Мне только бумагу, я куплю, сколько?