Стрекоза и Муравей (СИ)

— Вернуть немедленно. Пошли машину к ней домой, пусть едет сюда, я сам поговорю.
— Лиля никого не слушает, сказала, мол, надоела ваша богадельня. Зарплата копейки, а требуете по полной программе. Давно хотела уволиться, тем более у неё есть место получше.
— Какое место? — напрягся Юра.
— Она не говорит, но я догадываюсь, не зря же он постоянно ей звонит, — Ксения усмехнулась и закатила глаза. — Кстати, дома Лили нет, наверное, сразу к нему поехала.
— К кому — к нему? — взвился Юра. — Ты можешь не говорить загадками, нормально донести информацию, без ужимок?
— Я? Я с ужимками? — Ксения нервно всхлипнула, закрыла лицо ладонями и зарыдала. — За что ты меня? За что?
Юре стало стыдно: довёл девушку до слёз, совершенно ни в чём не виновную девушку. Он присел рядом с Ксенией, взял за руку, попытался успокоить.
— Извини. Ксюша, прости, пожалуйста. Я погорячился, конечно, ты сделала всё что могла, я понимаю.
— Юрааааа…
Ксения плакала, плечи тряслись, причёска растрепалась.
— Ты сказал с коллективом корректно, ты сказал — постарайся никого не обидеть. Я старалась! Я все филиалы обзвонила, уговаривала кадровиков найти места получше, чтобы и добираться удобно, и оклад, чтобы коллеги ничего не потеряли. Нашла тех, кто их заменит, пока Тамару Ильиничну оставила, возникнут у новеньких вопросы — она объяснит. Все меня поняли, а она!
Ксения заплакала ещё сильнее.
— Она разозлилась, сказала, мне ваши с Юрой тупые идеи надоели до колик, делайте что хотите, я пошла.
— Так и сказала? — поразился Юра.
— Можешь у наших спросить, пусть подтвердят. Позвать сюда Пашу, или бухгалтеров?
Ещё не хватало! Юра будет проверять достоверность слов начальника отдела, кто что кому сказал и как ответил, нонсенс!
Ушла Лиля и ушла, скатертью дорога, он не собирается её задерживать. Но куда?
— Так кем, говоришь, она теперь будет работать? — ледяным тоном уточнил Юра.
— Кем не знаю, наверное, у Осипова найдётся для неё место, раз уволилась со скандалом. Я до неё всё равно дозвонюсь, по закону она обязана отработать две недели.
— Не надо. Где заявление, я подпишу.
Ксения положила на стол листок, Юра молча подписал.
— Я ужасно себя чувствую, — призналась Ксения. — Как будто лично её оскорбила. Юра, налей мне воды, пожалуйста.
Юра налил из кувшина воды, поставил перед Ксенией стакан. Он чувствовал себя не лучше Ксении: пусть Лиля взбалмошна и принимает необдуманные решения, но уйти к Осипову? Из-за того что он расформировывает отдел, она смешала личное и рабочее, решила немедленно ему насолить и убежала. Или она решила не сегодня, а намного раньше? Ксения говорит, что Осипов часто звонил Лиле, возможно, её увольнение было делом решённым, только Юра, как муж в анекдоте, всё узнал последним. Вчера Лиля кокетничала с ним, целовалась и таяла в его руках, а сегодня, как ни в чём не бывало, написала заявление об уходе. Где логика? Где, мать вашу, логика у беззаботной, любящей весь мир стрекозы?
Он совершенно не разбирается в девушках, вот в чём дело. Сначала Даша, которую он считал надёжной и верной подругой, будущей матерью его детей. Теперь Лиля… Он повёлся на её оптимизм, на внешность, за постоянное весёлое, искрящееся, как новогодний бенгальский огонь, настроение. Лиля рьяно взялась за поиск информатора, и Юра решил, что дела фирмы ей не безразличны, что их притяжение обоюдное, и он нравится ей не меньше, чем она ему. Опять ошибся.
— Юра, телефон, — робко сказала Ксения. — Тебе звонят.
Менеджер ресторана уточнила меню, вежливо извинилась за беспокойство.
— Ксюша, пойдёшь со мной в «Империю»?
— Ты приглашаешь меня в ресторан? — у Ксении разом высохли слёзы, словно их и не было. — Мне очень приятно.
— Тогда жду тебя сегодня вечером, — вздохнул Юра.
— Договорились. Будешь за мной заезжать, не звони в домофон, он не работает, заходи сразу.
Ксения выпорхнула из кабинета, а Юра открыл нормативные документы и попытался сосредоточиться. Получалось плохо.
Загадочное «оформление три» оказалось оформлением стола для романтического вечера. От обилия всех оттенков красно-розового у Юры зарябило в глазах: скатерть посыпана розовыми лепестками, красные свечи возле каждого прибора украшали гирлянды из миниатюрных алых цветов, на спинках стульев бело-розовые фигурки хорошо упитанных ангелочков с луками. Апогеем дизайнерского искусства стала розовая посуда — вся в форме сердец и сердечек разных размеров. Официант загадочно улыбался, записывая заказ в розовый блокнот. Из кармана фирменного фартука торчал ещё один, коричневый. Наверное, блокнот поросячьего цвета тоже входил в список необходимых атрибутов «оформления три».
 
Ксения восторженно ахнула, Юра с трудом сдержал стон. Что она теперь подумает? Что он готов немедленно сделать ей предложение?
— Я заказал белое вино, не возражаешь?
— Нисколько. Юра, как тут шикарно! Я была в «Империи» года три назад, у папы на юбилее, но тогда всё проще было, спасибо, что ты пригласил меня именно сюда.
Юра налил Ксении вина, подумал и заказал себе немного коньяка — настроение соответствовало тому, чтобы напиться как следует, в хлам и до отключки, но Юра умел держать себя в руках. Не хватало ещё всерьёз переживать из-за глупой девчонки! Лиля — всего лишь короткий этап в его жизни, в её увольнении Юра нашёл много плюсов. Во-первых, он сразу хотел её уволить. Во-вторых, она отвлекает его от дела, чего уж там, надо быть с собой честным и признаться, что в последнее время он больше думает о Лиле, чем о проблемах производства. В третьих расхолаживает коллектив и везде, где появляется, создаёт ненормальную праздничную обстановку. Юра мог придумать и в четвертых и в-пятых, но надо было развлекать Ксению.
Обсудили несколько рабочих вопросов, и Юра понял, что говорить не о чем.
— Тебе нравится моё платье? — кокетливо спросила Ксения.
Платье, изумрудно-зелёное, длинное, красиво подчёркивало фигуру и высокую грудь. В другое время и под другое настроение Юры обязательно оценил Ксюшины достоинства, но сейчас смог выдавить только пару банальных комплиментов.
— Великолепное! Тебе очень идёт, ты самая красивая девушка в зале.
Он окинул взглядом зал, как бы подтверждая свои слова. Через столик от них сидели две странноватые тётки в жутких тряпках. Да уж, на фоне их Ксения выглядела королевой красоты, Юра не соврал. Одна из тёток явно их разглядывала, но заметив Юрин взгляд, быстро отвернулась и уткнулась в тарелку. Что-то неуловимо-знакомое показалось в повороте головы, в жесте, которым она поправила унылую причёску, в движении плеча. Они знакомы? Не может быть, скорее всего встречались случайно в здании офиса или вместе ехали в лифте.
Глава 47
Белые хризантемы, как и всё остальное, Ксения приняла с удовольствием и восторгом. Прижала к лицу, посмотрела на Юру долгим счастливым взглядом и пальцами нежно перебрала цветочные головки. Что она там ищет, коробочку с обручальным кольцом?
Балбес, почему он не догадался их отменить? Пусть бы оставили цветы себе или подарили любой из женщин в зале, хоть тому любопытному чучелу за столом. К стареющей красотке, которая сидела рядом с ней, подошёл мужчина и тётки повели себя ещё более странно — быстро затащили мужчину за стол и стали что-то торопливо говорить.
— Юра, тебе нравится музыка? Я хочу танцевать, — кокетливо улыбнулась Ксения.
Он встал, протянул ей руку и повёл на танцпол — надо как-то пережить этот нескончаемый вечер, хорошо хоть он больше не заказал никаких сюрпризов.
После танца Ксения смущённо сказала:
— Дорогой, я на минуту.
 
И скрылась в другом конце зала. Уже и дорогой… Если так пойдёт, после горячего он станет милым, потом любимым, и что с этим делать? Из-за Лили он оказался в дурацкой ситуации, Ксения подумала, что у них романистическое свидание и объяснить всё как есть — незаслуженно обидеть и оскорбить девушку. Она считает, что Юра за ней ухаживает, а что ещё можно подумать? Начальник приглашает в ресторан, окружает сердечками и ангелочками с намёком, дарит цветы. Впрочем, не стоит загоняться, ресторан не ЗАГС, а если уж у них романтический ужин, то пусть будет романтическим до конца. Вечером он красиво проводит Ксению домой, поблагодарит за незабываемые минуты и постарается больше не совершать глупых ошибок.