Стрекоза и Муравей (СИ)
— Начинаем, — скомандовал Паша.
Женя и Соня, на четвереньках, принялись внимательно осматривать полы и плинтуса.
— Жека, плинтус лучше снять, если под ним спрятано, не заметишь.
— Угу, может и ламинат оторвать? — уточнил Женя.
— За плинтусом ничего не слышно будет, — предположила Ксения, ползая по регистратуре.
— Слышно, ещё как. Я в кино видела как прослушка в прихожей стояла, а герои в комнате разговаривали, — вспомнила Екатерина Васильевна.
Женя принёс из архива отвёртку, которая валялась там, на подоконнике, с незапамятных времён, и начал отдирать плинтуса.
Екатерина Васильевна и Тамара Ильинична внимательно осматривали мебель. Тамара Ильинична, вздыхая и постанывая, подтянула вверх юбку, опустила своё тяжёлое тело и полезла под стол.
— Кать, включи фонарик на телефоне, в углах не видно ничего, — попросила она. — Ой!
— Что случилось, Тамарочка? — заволновалась Екатерина Васильевна.
— Я волосами к чему-то приклеилась! Вот пропасть, не отцепить! Паша, засранец, твой стол, за каким хреном жвачку под столешницу прилепил?
— Ильинична, я же не знал, что ты под него полезешь? — оправдывался Паша. — Хочешь, я под твой заберусь?
— А!!!! — раздался ещё один вопль из-под стола. — Пашка, я тебя удавлю!
— Что, Тамар, ещё одна? — испуганно спросила Екатерина Васильевна.
— Прядь на шуруп намоталась! Кто такие столы делает, под ними же невозможно передвигаться!
— Кто же знал, что вы там ползать надумаете, — философски заметил Паша.
— Сейчас выберусь, тебя туда засуну, — пообещала Тамара Ильинична.
Паша присел и ловко, одним движением, вскинул Лилю к себе на плечи:
— Меня нельзя, я с грузом, — сообщил он Татьяне Ильиничне. — Лилёк, поехали вентиляцию смотреть.
Лиля испуганно обхватила его голову:
— Мне страшно. Я лучше на стул встану, ладно?
— Так не достанешь, потолки высокие, — объяснил Паша, как ни в чём не бывало расхаживая по кабинету с Лилей на плечах. — В пожарных датчиках тоже смотри, самое подходящее место.
Пока Лиля оглядывала датчики, Паша нежно гладил её ничем не прикрытые ноги. Обязательная для офиса юбка задралась вверх, опустить её не было никакой возможности.
Лиля дёрнула ногой:
— Паша, нахал, перестань! Я тебе сейчас уши оторву!
— Не боишься, что я равновесие потеряю и загремим вместе? — радостным конём загоготал Паша. — Ой, больно-больно!
И опасно наклонился в сторону.
— Ааааа! Придурок, я упаду, — заверещала Лиля и вцепилась в его голову мёртвой хваткой. — Паша, здесь высоко!
— Я о чём говорил? Смотри датчики, потом к вентиляции поедем.
Процесс явно доставлял Паше удовольствие. Он прошёлся по кабинету, полюбовался собой в отражении затонированного окна регистратуры, придерживая Лилю за ноги, сделал несколько танцевальных движений.
— Катя, бери ножницы и лезь сюда, мне одной не отцепиться, — простонала Тамара Ильинична.
— Тамарочка, я же не помещусь, — смутилась Екатерина Васильевна, одёргивая жакет на пышной груди, постоянной и откровенной зависти всей женской половины отдела.
— Тогда Женя пусть лезет, он мальчик стройный, — распорядилась Тамара Ильинична.
— Лучше стол поднять, — предложил Женя.
Они Екатериной Васильевной живо убрали тяжёлую оргтехнику, потянули столешницу вверх и едва не уронили от оглушительного визга.
— Вы мне скальп снимите! — закричала Тамара Ильинична. — Женя, бери ножницы и лезь ко мне!
— Сейчас, — ответил Женя, подставляя под столешницу кресло. — Ещё бы чего, чтобы повыше было.
— Можно у стола заднюю стенку открутить, чтобы удобнее было, — посоветовала сверху Лиля.
— Развалится и на голову упадёт, тогда кроме причёски ещё травма будет, производственная, — не согласился Паша, продолжая поглаживать Лилину коленку.
Она дёрнула ногой, сжала Пашины уши.
— Да ты горячая штучка, — восхитился наглец, словно и не почувствовал боли. — Женя, ты там медленно всё делай, медленно, не торопись. Здесь скорость не нужна, здесь главное глубина и чувство ритма!
— Погоди, Паша, вылезу, всё тебе покажу, — с угрозой пообещала Тамара Ильнична. — Ты мой ритм надолго запомнишь.
Паша тряхнул головой, счастливо засмеялся:
— Ильнична, обещаешь? Я могу точно на это рассчитывать?
Чтобы не освобождать тяжёлый, заставленный папками шкаф, Ксения и Соня вдвоём немного развернули его от стены и наклонили. Пока Соня с помощью Екатерины Васильевны придерживала шкаф, Ксения скрупулезно осматривала заднюю стенку.
— Что здесь происходит? — раздался знакомый голос.
Тамара Ильинична задушено пискнула из-под стола, резко поднялась, опрокидывая в сторону всю конструкцию. Кресло с размаха наехало на соседний стол, документы белыми птицами полетели по кабинету. Женя, не ожидавший от коллеги подобной прыти, неловко откатился в сторону и толкнул Екатерину Васильевну, придерживающую шкаф. Шкаф закачался, Соня, Ксения и Екатерина Васильевна резво отскочили в сторону и шкаф, с грохотом рассыпая на пол папки, словно в замедленной съёмке опустился на бок.
Одна из них упала на ногу Паше, он подпрыгнул, Лиля опасно закачалась, замахала руками, пытаясь удержать равновесие, и рухнула в объятья Юры.
Юра
Он поймал Лилю машинально, не раздумывая. Сработала реакция: Юра сделал два шага вперёд, руки сами собой подхватили девушку и крепко прижали к груди. Лиля, растрёпанная, испуганная, обхватила его за шею, как тогда, в море, после их неудачного катания на гидроцикле. Юра осторожно поставил Лилю на ноги, улыбнулся. Почему-то бардак в отделе и странное поведение сотрудников не вызывали раздражения.
— Чем развлекаетесь? — уточнил он.
Тамара Ильинична, красная, как помидор, торопливо оправила деловой костюм и причёску. Смущённо посмотрела на Юру, вздохнула.
— Жучок ищем, — сказала она.
Вперёд выступила Ксения:
— Юрий Александрович, приношу свои извинения за беспорядок. Сами понимаете, у нас беспрецедентный случай. Пытаемся выяснить, каким образом происходит утечка информации.
— Простым образом, — усмехнулся Юра. — Зайдите ко мне во второй половине дня, — сказал он Ксении и вышел.
Она пришла сразу после обеденного перерыва. Юра показал ксерокопию договора, объяснил, почему уверен, что информация просочилась именно из их отдела. Надо отдать Ксении должное: девушка бледнела, краснела, но держалась молодцом. Понимая, что за такой косяк она может запросто лишиться должности, Ксения всё же не впадала в панику.
В кабинет, с подносом в руках, вошла секретарша. За работой он совсем забыл, что просил заказать себе обед в ближайшем кафе!
Секретарша поставила поднос на маленький столик в углу:
— Юрий Александрович, всё, как вы хотели: рыба и овощи. Кофе я сварю сама.
Она скупо улыбнулась и вышла. Секретарша — единственный человек в офисе, который улыбается ему искренне. Остальные боятся потерять работу, тихо его ненавидят и лишь растягивают губы в дежурной улыбке.
Ксения встала:
— Если позволите, я зайду позже. Ешьте, а то остынет, — она кивнула в сторону столика.
— Позже я буду занят.
Есть в присутствии Ксении не хотелось, поглощать холодную рыбу после делового разговора — тоже.
— Тогда давайте поговорим после работы? — предложила она. — Только не в офисе, я теперь ни в чём не уверена. Погода отличная, может быть, прогуляемся по городу? Или сходим в парк, у нас прошлой осенью открыли замечательный парк, с качелями и колесом обозрения. Подышим воздухом, поможете мне советом, как управлять коллективом.
Глава 28
Юра бы с удовольствием погулял, но его рабочий день заканчивался поздно, намного позднее, чем у всех остальных сотрудников.
— Парк во сколько закрывается? — уточнил он.
— Аттракционы до восьми, а потом можно просто побродить, там освещение всю ночь будет. И ворота не закрываются. Идём?
— Идём, — согласился Юра.
Правильно он не лишил Ксению премии за расхлябанность в отделе — девушка не виновата. Она старается изо всех сил, а что не всегда получается, так это мелочи, научится.