Стрекоза и Муравей (СИ)
— Я не голоден, — вежливо ответил он.
— Не важно, сейчас Лиля хлеб принесёт, я накрою стол и вы не сможете отказаться, — уверенно сказала Алла. — Ещё у нас есть гуляш, на второе.
Не слишком ли много для ужина в девять вечера? Даша никогда не ела после шести, разве что стакан обезжиренного йогурта, если очень проголодается.
Квартира, небольшая и уютная, была максимально приспособлена для жизни. Старая мебель соседствовала с новой, современной, но не вызывала мыслей о ненужной рухляди. Он бы тоже никогда не выбросил пузатый смешной комод с латунными ручками и овальное зеркало в оправе из потемневшего от времени дерева. Только музыка раздражала, в отпуске Юра не заметил у Лили пристрастия к хард-року, неужели Алла увлекается?
— Мешает, да? — сочувственно спросила Алла, заметив, как он поморщился. — Увы, это у соседей орёт. Дом старый, но слышимость отличная.
У соседей? Он был уверен, что рядом, в комнате!
— А если попросить убавить звук?
— Пробовали. Просили, пугали, заявления писали. Она выключат в десять, а пока придётся потерпеть.
— Давно вы так терпите?
— Два месяца. Что-то Лиля задерживается.
Ничего себе! Он бы столько не выдержал. Вся Юрина жизнь прошла в коллективе: казармы, общежития, спортивные лагеря. Случалось договариваться с разными людьми, умными и глупыми, воспитанными и хамами. И если не получалось по-доброму, путём переговоров и убеждений, всегда оставался второй, хоть и не совсем корректный, способ. Точнее, вовсе некорректный.
Юра поднялся на верхний этаж, позвонил в дверь.
— Они не откроют, — предупредила Алла. — Никогда не открывают.
— Алла, не могли бы вы спуститься к себе? Я поговорю с вашими соседями и приду.
— Да бесполезно всё, зря вы мне не верите! Кто только с ними не разговаривал, даже участкового не слушают.
— И всё-таки, идите домой. Я быстро.
Алла, удивлённо оглядываясь, вернулась в квартиру. Юра подождал, когда щёлкнет замок её двери и позвонил.
— Чё надо? — спросил из-за двери молодой мужской голос.
— Пожалуйста, убавьте звук. Ваш концерт вынужден слушать весь подъезд.
— Пошёл ты! — голос грубо выругался, объясняя, куда проситель должен пойти.
Юра открыл электрощит, нашёл нужные автоматы, обесточил квартиру. Подъезд окутала благословенная тишина. Дверь распахнулась, высокий рыхлый молодой мужчина в шортах и майке, дыша запахом алкоголя, угрожающе шагнул к Юре, замахнулся.
Юра обманчиво уклонился и ударил так, чтобы тело противника под собственным весом завалилось в прихожую. Зашёл, захлопнул за собой дверь, позволил мужчине подняться и ударил ещё раз.
На звуки борьбы, хотя какая уж там борьба, избиение — тренированное тело Юры подобный экземпляр и за спарринг партнёра не считало, выскочил второй. Однако! Увидев Юру, он встал в боевую позицию. Юра едва успел оттолкнуть от себя первого, как щуплый на вид парнишка лихо взлетел вверх, перед лицом промелькнули подошвы кроссовок. Хороший прыжок, но не в тесном коридорчике малогабаритной квартиры. Возможно, имей парень место для размаха, они бы всерьёз поборолись, но, как говорил отец, против лома нет приёма, а роль лома в данной ситуации безоговорочно занял Юра.
Получив несколько хороших зуботычин, парень, наконец, решил выяснить ситуацию.
— Ты кто? Зачем? — хрипло спросил он.
Второй молча приземлился в кресло, со стоном баюкая ушибленную руку. Только не надо морщиться и делать вид, что сильно пострадал, Юра был уверен, что рука не сломана, мужчина ударил её при падении.
— Предлагаю вспомнить, что в доме вы не одни, — медленно, глядя по-очереди на каждого, сказал Юра. — Один раз предлагаю. В следующий разобью аппаратуру, для начала. Не поможет, применю физическую силу всерьёз, не так, как сейчас.
— Силу мы сами можем применить, — зло оскалился парень.
— Договорились. Вставай, сейчас и начнём, — Юра повернулся к рыхлому. — Ты тоже можешь принять участие.
— Да пошёл ты, — привычно ответил рыхлый. — Я на тебя заяву в полицию накатаю!
— Попробуй, — радостно предложил Юра. — Судебные тяжбы — наше всё, особенно когда виновная сторона за все издержки заплатит. Адвокат у меня свой, а ты можешь сразу почку продавать, юриспруденция штука дорогая.
Про адвоката Юра не преувеличил, в близких друзьях у отца был дорогой и уважаемый адвокат, когда-то он, ещё будучи студентом, катал на спине маленького Юру.
— Ладно, мужик, я всё понял, — ответил парень, прижимая ладонь к челюсти. — Шума больше не будет, обещаю.
— Приятно иметь дело с людьми, готовыми к консенсусу, — удовлетворённо заметил Юра.
Он вышел из квартиры. Показалось, или этажом ниже только что подозрительно скрипнула дверь? Вероятно, кого-то из соседей заинтересовал источник шума. Или, наоборот, неожиданной тишины.
Лиля
Пока Лиля с мамой накрывали на стол, Юра просматривал бумаги в папке. Лиля с любопытством косилась ему через плечо, но шрифт был слишком мелкий, чтобы удалось прочесть.
Юра поднял голову:
— Неужели сразу не заглянула? Не верю! — засмеялся он.
— Зря. Я же понимаю, что это лично для тебя, какие-то секреты. А ваши с Димой секреты мне лучше не знать, крепче спать буду, — серьёзно ответила Лиля.
— Ого, уже и Дима! Смотрю, вы с Осиповым подружились, — усмехнулся Юра.
— С такими людьми лучше всего сохранять достаточное расстояние, — вмешалась в разговор Алла, разливая по тарелкам борщ. — Зря вы Лиле не верите, она у меня умница, в чужие дела нос не суёт.
— Правда не смотрела? — поразился Юра, глядя на Лилю. — Ну ты даёшь! Честно скажу, я бы не удержался!
— Слабак, — довольно заметила Лиля. — Покажешь, что там?
Юра засмеялся:
— Покажу. Борщ доем и покажу. Твоя мама потрясающе вкусно готовит, сто лет не ел настоящего борща, и гуляш обещали, я помню.
В маминых кулинарных талантах Лиля никогда не сомневалась, но услышать похвалу от чужого человека оказалось неожиданно очень приятно. Тем более что Юра не пытался льстить, ел с видимым удовольствием и вслух ругал себя за глупость. Мол, хотел отказаться и чуть не пропустит потрясающе вкусный ужин.
— Это ты ещё маминых пирожков не пробовал, — довольно сказала Лиля. — Один фирменный пирог с малиной чего стоит!
— Надеюсь, когда-нибудь и мне перепадёт кусочек, — ответил Юра.
— Не надейся, хитрый лис, — тихо проворчала мама.
Юра или не услышал, или сделал вид, что не услышал. Лиля удивлённо посмотрела на обоих, но мама продолжала нарезать свежие овощи, а Юра есть борщ.
— Спасибо, что успокоил наших меломанов, хотя я не верю, что надолго, — улыбнулась Лиля.
— Ты меня ещё раз пригласи, если что, мы с ними этот вопрос порешаем, — пообещал Юра.
После ужина он встал, подошёл к маме и поцеловал ей руку:
— Благодарю за гостеприимство, — сказал торжественно. — Было очень вкусно и очень приятно с вами познакомиться. Вы позволите нам с Лилей немного пообщаться? Исключительно на рабочие темы.
— Я и не на рабочие позволю, она совершеннолетняя, — засмеялась мама польщено.
— Юра, ты ещё ножкой шаркни и каблуком щёлкни, чтобы совсем как в кино, — посоветовала Лиля.
Алла незаметно показала её кулак. Подумаешь, джентльмен, образец хороших манер и примерного поведения! Даже если он понравился маме, это не причина, чтобы показывать кулак родной дочери! Юр на свете много, между прочим, а Лиля у неё одна!
Глава 26
Бумаги в папке она узнала сразу: их договор с «КомМаркетом», отсканированный на плохом старом принтере, с грязными полосами и разводами. Как он мог попасть к Осипову?
— Юра, я не понимаю, — растерянно сказала Лиля, листая договор.
— Я пока тоже. Давай думать вместе, для начала надо его прочитать, вполне возможно, что наш только первый лист, а остальные к делу не относятся.
После тщательного изучения стало понятно — точно он.
— Лиля, ничего необычного не заметила?
— Вроде нет. В пятом пункте орфографическая ошибка, мягкий знак лишний.