Ярославна (СИ)

- Я всё понимаю. Помню, почему ты так относишься ... И теперь уже - уверен, что всё у нас будет хорошо.
- Ты правда так думаешь?! - Вскидываю глаза и утопаю в нежном взгляде.
- Ты со мной честна. Значит мои чувства тебе не безразличны. И я - не противен! Это очень много для меня значит!
- Ты не можешь быть противен! - Возмущаюсь я, но договорить мне не дают мягкие губы очень притягательного мужчины.
- И так - тоже не противен?! Тебе не страшшшшно?! - Прерывисто дыша он отрывается от моих губ и я готова просто застонать от досады.
Язык нервно мелькает, а ведь до этого я никогда не видела столь явной реакции.
И тут, я делаю то, чего сама от себя не ожидаю!
Подаюсь вперёд, хоть кажется, уже дальше некуда и ловлю его язык губами!
Мммм ... вкусссно!
Хлад застывает. Только его сердце грохочет, словно пытается морзянкой донести до меня весь океан чувств, бушующих в этом мужчине.
Наглею окончательно, хоть самой страшно даже просто открыть глаза и посмотреть в глаза Советнику. Втягиваю вкусный язык и ... меня накрывает исступлённый поцелуй замученного моими страхами Хлада.
Только вот мне уже - вообще не страшно! Рядом - ОН!
И я позволяю себе довериться и просто наслаждаться.
На все вопросы отвечая:
- Да! Уверена! Хочу!
Мне прямо сейчас - всё равно на все мои прошлые страхи и комплексы.
Главное - доченька и отцы - в безопасности и здоровы.
Значит я могу просто позволить себе быть с тем мужчиной, который принял меня всю, такую, какая я есть.
Это дорогого стоит!
  
38. Часть тридцать восьмая
 
Неугомонный солнечный "зайчик" скачет по лицу, не давая снова заснуть.
Потягиваюсь, ощущая как приятно ноют мышцы после бурной близости ...
Вспоминаю и краснею ...
А потом, обмирая от ужаса, подхватываюсь с кровати.
"Боже-Боже! Где я?! Мне приснился чудесный сон? А сейчас снова начнётся Ад?!"
Сильные, прохладные руки подхватывают меня и прижимают к мощному торсу:
- Что ссс тобой?! Приссснилссся кошшшмар?! Давно надо было прикончить этого ублюдка! - Шипит взвинченный мужчина.
МОЙ мужчина! МОЙ Хлад!
- Представляешь ... я сейчас просыпаюсь ... и вдруг ... в голову пришло ... а что, если ты и всё мне приснилось?! И я снова - ТАМ?! - Захлёбываюсь от страха, но не могу остановиться. - И дочки нет, и с тобой мы не встретились и у отцов проблемы ... Ой! мне надо Вишенку кормить!
- Ччччч ... Милая, глаза открой. Пожалуйста. Я так неприятен тебе?! - Наг не отпускает меня. Просто укладывает и осторожно целует в висок.
- Что за ерунда! Ты такой ...!
- Какой?! - В голосе нага появляются игривые нотки.
- Почти идеальный мужчина!
- Звучит как оскорбление ...
- Что-ооо?! - От возмущения я открываю глаза и тут же утопаю в обожающем взгляде. - Ах, ты ... манипулятор!
- Зато ты на меня смотришь! - Заразительно смеётся Хлад. И подминает под себя, унося в крышесносный поцелуй.
Из которого мы выплываем не скоро.
- Всё хорошшшо?! - Беспокоится Советник.
- Да, - улыбаюсь я, - И ты сейчас - не почти, а просто идеальный мужчина!
- Сейчас я раздуюсь от гордости и самодовольства и ... лопну!
- Не смей! Нам с тобой ещё детей растить!
- ПОВТОРИ!
Я, с ужасом смотрю на Хлада в боевой трансформации, но упрямо повторяю:
- Нам ... с тобой ... ещё ... детей ... рассстить ...
Глаза нага вспыхивают призрачным светом и он, стиснув меня в беспощадных объятиях, очень больно кусает.
Место укуса жжёт, словно прижгли раскалённым железом и я теряю сознание.
***
Из беспамятства меня вырывает жесткий разговор.
Отцы, я уверена, все вместе - и Хлад.
- ... предлагаю следующее, - Кто бы сомневался, папа-Док всех снова строит, - Вы, нер Советник, немедленно покидаете эту планету. И ваше возвращение зависит только от решения Ярославны.
- Советник, как вы могли!? - Меня едва не сдувает с постели от порыва ветра. Это папа-Оэн, нервничая, взмахнул крыльями, - Мы вам доверяли! А вы ... Вы поддались порыву и, не подготовив нашу дочь к своему яду, едва её не убили! Простить себе не могу то, я оставил дочь наедине с вами!
 
- Я никуда не уеду. - Ровно и совершенно мёртвым голосом сообщает Хлад. - Можете меня убить. Прямо здесь и сейчас. Но я буду с моей Атеей, пока она не очнётся.
Я всматриваюсь в осунувшееся, серое лицо, погасшие глаза, изломанные кольца хвоста.
Хвоста?!
Стоп!
Он что, умирать собрался?! Если меня не станет?!
- Кхе ... - Сообщаю я о своём существовании, - Может быть ... у меня спросите ... прежде чем изгонять ... моего мужа?!
Ой, что тут началось!
Шум-гам, смех, расспросы, и объятия.
Отцы бессовестно вырвали меня из рук мужа, который успел-таки поцеловать и теперь, откинувшись на спинку кровати, наблюдал за нами с тёплой улыбкой.
Счастливое сумасшествие прервал требовательный крик дочери.
- Пап, дай её мне! - Я тянусь к кровиночке, и Оэн бережно передаёт сердитого ребёнка в мои руки. - Кушать мы хотим, да , солнышко?! Сердимся ... Хлад, поможешь?! А то руки совсем не держат?!
- Конечно! - Со спины меня обнимают сильные руки, ложась поверх моих рук.
Дочка, нетерпеливо причмокивая розовыми губами, тянется ко мне и, найдя сосок, яростно присасывается к нему.
- Просссти ... это из-за меня нашшша дочь проголодаласссь! - Шепчет Хлад. И за эти его слова, я готова ему простить абсолютно всё!
Самым дипломатичным, как всегда, оказавается папа-Злат.
- Вы тут пока дитя кормите, а мы в гостиной поговорим. И долго тут не рассиживайтесь! Мы, между прочим, тоже кушать хотим. Слашишь, дочь?!
Поднимаю глаза и утопаю в ласковой нежности отцов.
Они уже всё Хладу простили. Раз его простила я.
- Да, - Губы сами собой расплываются в улыбку, - Я вас очень люблю! Всех! Вы - самые лучшие папы во Вселенной!
- Вот раз лучшие, то слушайся! - Сурово хмурит густые брови наш папа-командир. Но глаза лучаться смехом. - Совсем истаяла! Скоро проецироваться в нитку будешь! А внучке надо питательное молоко!
- Хорошо, пап!
- Яра покормит и я принесу её в столовую. - Предлагает Хлад.
- Всё ... идите все ... в столовую! Яра скоро будет! А я с птенчиком нашим побуду ... - Новый порыв ветра от папы-Оэна демонстрирует его серьёзный настрой.
Отцы, посмеиваясь, выходят.
- Яра, - Ворчит Оэн, - Ты как себя чувствуешь?!
- Прекрасно! - Отвечаю я, нежась в объятиях Хлада.
- Тогда надо решить вопрос с имя-наречением нашего птенчика и твоим статусом! У Советника и так проблемы, а тут ты его маринуешь непонятно в виде кого! Он тебе об этом никогда не скажет. Но я, как отец, просто обязан!
- Не надо давить на Ярославну. - Мгновенно вступается за меня наг.
- Папа прав. У меня, что-то, совсем мозги размякли. Сегодня за завтраком всё надо обсудить. Хлад, ты очень терпеливый ... но ... я готова к переменам!
- Уверена?! Тогда я ненадолго отлучусь! - Советник невесомо целует меня в висок и исчезает.
- А..?! - провожаю взглядом удаляющуюся фигуру.
- Не мешай ему мужчиной себя почувствовать! Красиво предложение тебе сделать ... ну что ты как птенчик! - Объясняет Оэн, ловко забирая уснувшую дочку и укутываясь в крылья. - Всё ... иди уже! Стой! ты хоть принарядись, что ли ... а то ты нера Советника совсем опустишь ... если в таком виде выйдешь предложение о браке принимать!
- Ой! - А ведь снова отец прав!
Что-то я распустилась.
Всегда ненавидела неопрятность, а тут ... лахудра - это красотка, по сравнению со мной!
- Не - "ой"! Живо в санблок! В шкафу платья ... мы с побратимами прикупили ... так сказать, на всякий случай. Вот и пригодилось! - Ворчит из-за перьевого заслона отец.
- Спасибо! - Обнимаю его со спины. - Вы у меня - самые лучшие!
- Уйди уже! - Снова бухтит невероятно довольный папа-Птиц, - Внучку разбудишь! Потом замучаюсь птенчика баюкать!