Ярославна (СИ)
- И?! - Побратимы не понимали.
- Там должна быть соотечественница Ярославы. Не понимаете?! Я попрошу её связаться с нашей дочерью. Не думаю, что это произойдёт быстро. Но уверен, что нашей дочери общение поможет снова обрести желание жить. А до той поры я буду стараться вылечить её. Подвижки уже есть. Ломка с каждым разом всё слабее. Когда всё выведется, вернётся и красота.
- Меня беспокоит другое. Она никому из мужчин больше не поверит. - Вздохнул Грин.
- Я думаю, если Яра будет для кого-то единственной, то сами Звёзды помогут ему! - Внёс позитив Златан.
- Что ж... пусть будет, как будет! - Решили все.
***
Я не знала о решении отцов. Но была признательна им за то, что они давали мне время прийти в себя. Как это часто бывает, я не замечала за собой ничего необычного.
Снова, как когда-то, запретила себе смотреться в зеркало. Слишком ярким и болезненным было воспоминание о желтовато-сером дистрофике непонятного пола, которое я запомнила на Талеане.
Канцлер о себе не напоминал. Но я всё равно вздрагивала всякий раз, как только кто-то к нам прилетал.
Местом постоянного жительства, выбрали поместье. И пусть тут монстры и межгосударственные силы, но хоть была надежда, что любым попыткам меня шантажировать, надают по рукам.
Шло время, ничего в моей жизни не менялось.
Я поздно ложилась, вставала около полудня. Весь день проводя в полусонном состоянии. Ничего не хотелось.
Единственным, радостным и волнующим событием, был семейный ужин. К этому времени, собиралась вся наша семья. Отцы неторопливо рассказывали о событиях прошедшего дня. Обсуждали проблемы и их возможные решения. Интересовались моим мнением. Я старательно пыталась изобразить интерес. Отцы - старательно делали вид, что верят мне.
Импульсом, вернувшим интерес к жизни, стал видеозвонок моей соотечественницы.
Женщина, возникшая на экране, явно была Землянкой. И обратилась ко мне она на родном русском языке.
Извинившись за несогласованный звонок, спросила - чем может помочь?
- Я так скверно выгляжу?
- Простите за правду - да. Ваш отец просил меня связаться с вами. Давайте попробуем поговорить?! Может быть сработает "синдром попутчика"?
Понемногу, мы разговорились. Собеседница, первая предложила рассказать о себе. Я - впечатлилась! А потом, решившись, начала говорить и сама. Слова лились рекой, а соотечественница впитывала их, искренне сопереживая. Проговорили мы несколько часов. Никто нам не мешал. И расстались, благодарные друг другу за понимание.
30. Часть тридцатая
Порыв влажного предрассветного ветра отбросил штору, ударив ею по спинке кровати.
Я потянулась всем телом, понимая что выспалась.
Захотелось что-нибудь сделать. Что-то приятное для отцов. Особенно, для папы-пторха. За время моей болезни он превратился в тень. Не говорил ни скем, во всяком случае, я уже давно не слышала его голос. Но каждую ночь он сидит рядом с кроватью, появляясь словно тень. И страхии оставляют меня. Я знаю, что он осторожно укрывает меня крылом, забирая весь негатив, всю боль себе. Думаю, ему тяжелее всего переносить мою депрессию.
- А депрессии и нет больше! - Строго предупреждаю я свой организм, - Вот я ж бестолочь! Из-за двух гадов решила, что жизнь кончена! Нет! Фигушки! Отставить рефлексию! Вопреки их хотелкам, стану снова молодой, красивой и неприлично счастливой! А прямо сейчас приготовлю завтрак! Мы так давно все вместе не завтракали! А папе-пторху сварим его любимую кашу на молоке! С ягодами....
Быстро умывшись и приведя себя в порядок, помчалась на кухню.
- Где тут ягодки?
Они нашлись в стазисной.
Напевая любимую песенку, поставила готовиться кашу и принялась за блинчики. Заварила невесть откуда появившийся чай и накрыла на стол.
- Дочка..?
Оглядываюсь и вижу замерших в изумлении отцов.
- Ага, дочка! А вы кого-то другого ждали? Я тут подумала, что мы давно уже все вместе не завтракали. И вообще ... меня выпороть бы ... столько всего наворотила. Идиотка престарелая! И вы у меня совсем похудели и осунулись. Так что ... буду вас откармливать и радовать! Особенно тебя! - Подхожу и обнимаю пторха, - Ты когда последний раз спал нормально! Вот теперь я буду за этим следить! И чтобы через неделю был снова самым красивым Птицем во Вселенной! Ой! Чуть блинчик не подгорел!
Наобнимавшись, усадила отцов за стол.
- Какие у кого планы на сегодня?
Отцы переглянулись ...
- У нас заявка на две группы охотников. Законники их проверили, но надо лично познакомиться. - Ответил папа-капитан.
- Ясно. Кто с тобой?
- Все , кроме Дока.
- Нет, ещё Оэна оставьте! Я хочу провести осмотр и ревизию поместья. Без него - никак!
- Я останусь, - Просиял папа-Птиц, принимая тарелку с ароматной парящей кашей. - ММммм ... вкусно пахнет. Проголодался я что-то!
- Я теперь буду вас сама кормить. А то вы совсем от рук отбились! Сухомятничаете, кусочничаете! И чтобы три раза в день, как штык, были в столовой! - Ворчу я, с удовлетворением наблюдая, как отцы оживают, в глазах у них зажигаются огонёчки, плечи распрямляются. - Мне надо ещё самообороне поучиться и вождению шаттла. А то я как клуша ...
- Грин, это к тебе! - Папа-капитан сурово хмурит брови, - Обучить очень быстро и качественно новобранца Ярославу курсу молодого бойца штурмового подразделения!
- Есть! - Лихо вытягивается Грин, - Разрешите приступить?!
- Сначала приём пищи!
- Есть, сначала приём пищи!
- Как мы рады, дочка, что ты к нам вернулась ... - Улыбается Златан.
- Не дождутся! - Трясу я кулачком, - И вообще ... мне до второго совершеннолетия - ещё два десятка лет!
Дальше завтрак проходит в приподнятом настроении.
Отцы чмокают меня, кто в нос, кто в макушку, и покидают поместье.
У них свои дела, у меня - свои.
Так! На кухне порядок! Посуда моется. всё чисто-красиво.
Идём дальше!
- Расскажете мне - что я пропустила? И о монстрах? - Прошу Птица и Дока.
Отцы переглянулись.
- Ты рассказывай. - "Перевёл стрелки" на Дока пторх.
- Что ты в первую очередь узнать хочешь? Про неприятности? - На лице Дока появилось очень знакомое, мученическое выражение.
Я кивнула. Лучше конкретно знать что у нас плохого, чем мучиться от неизвестности.
- Неприятностей не так много, как ты могла ожидать. Матриахи оказались существами вменяемыми и, по-моему, внесли канцлера в список на месть. Учитывая их злопамятность, я не завидую Талеану.
- То есть, нас они кошмарить не будут?
- Пока - нет. Просто улетели и всё. Двое направились на Маэру, а одна, та что ведёт переговоры, улетела в Содружество. У нас остался небольшой отряд. Периодически матриарх прилетает сюда с кем-нибудь из Правительства и учёных. Проводят какие-то эксперименты, и снова улетает. Нас, словно не замечает. И мы этому весьма рады.
- Это хорошо. Я думала ... может извиниться перед ними. Но ...
- Не надо тебе извиняться! - Взвился папа-Птиц, - Это матриархи виноваты в том, что случилось! И они полностью признали свою вину. По умолчанию!
- Не злись! - Приткнуться к тёплому боку отца было так хорошо. Мне повезло, что я его "птенчик".
- Так. Что ещё? - Док, совсем по-человечески почесал затылок, - Талеанцы. Информации не просачивалось. Были мутные намёки на то, что Маэру сцепилось с Талеаном. и что Содружество в этот раз, снова приняло сторону матриархов. Это, скорее всего потому, что один из руководителей государства так мерзко обощёлся с тобой. Талеанцы, кстати, сейчас даже в путешествия не летают. Разве что самые отмороженные. И то, только в Торговую Федерацию.
- Я сейчас очень ... страшная?! - Спрашивать было стыдно, но не спросить - нельзя.
- Уже не такая, как мы тебя с помощью корабельного Бионика нашли. Там просто скелетик, обтянутый тооооненькой желтой кожицей лежал. - Не щадя меня ответил Док, не обращая внимания на цокот и шипение Оэна. - Сейчас ... Худоба пока есть. Желтушность ... почти ушла. Я не тороплю твой организм. Пусть он сам начнёт учиться запускать процесс регенерации. Почки и печень восстановим, и ты снова у нас красотка будешь. Вернётся молочный цвет кожи, волосы перестанут ломаться. Но ... - Отец замялся, пряча глаза.