Я — особо опасный преступник
Так, в 1977–1980 гг. Тимофеев написал в целях распространения антисоветское произведение «Технология черного рынка, или Крестьянское искусство голодать», в котором заведомо ложно утверждал, будто «советская система — диктатура страха», якобы осуществляющая «политику крепостного закабаления крестьянства» и «эксплуатацию трудящегося человека». Данный пасквиль, содержащий приведенные и иные клеветнические измышления, порочащие советский государственный и общественный строй, переправил за границу, где он был в 1980–1981 годах опубликован в реакционном журнале «Русское возрождение» №№ 11, 12, 13 и 14 и в издающихся зарубежной антисоветской организацией НТС журналах «Посев» № 12 и «Грани» № 120, а также неоднократно передавался на СССР радиостанцией «Голос Америки».
В тот же период времени и в тех же преступных целях написал другое клеветническое сочинение «Ловушка. Роман в четырех письмах», в котором советский государственный и общественный строй заведомо ложно характеризовал «разлагающимся обществом», а социалистическую экономику как «море хозяйственной нищеты», заявляя о том, что в основе нашего социалистического государства лежит якобы «ложь». Этот антисоветский пасквиль переслал на Запад, где он в 1981 г. был опубликован в журнале «Грани» № 122.
В 1982–1983 годах в целях подрыва и ослабления советской власти изготовил для распространения клеветническое произведение, озаглавленное «Последняя надежда выжить. Размышления о советской действительности». В этом сочинении вновь возвел заведомо ложные измышления, порочащие государственный и общественный строй в СССР, именуя его «пленным» обществом, в котором основной формой правления будто бы «остается террор», утверждал, что якобы «коммунистическому аппарату» необходимо «нагнетание военной опасности», которое приведет к войне, а национальную политику характеризовал как «колониальную». Этот пасквиль переслал за рубеж, где он был опубликован в антисоветском журнале «Время и мы» № 75, 76 и 77 за 1983–1984 годы. Кроме того, его содержание транслировалось на СССР враждебной радиостанцией «Радио Свобода».
Тогда же в целях распространения написал очередное клеветническое сочинение под названием «Москва. Моление о чаше». В нем, как и в других, опубликованных на Западе, с враждебных позиций оклеветал советский государственный и общественный строй, называя его «нечеловеческой системой» и утверждая, будто общество в СССР проникнуто ложью и беззаконием. Названное произведение обвиняемого в 1984 году было напечатано в зарубежном журнале «Время и мы» № 79,
то есть в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 70 Уголовного кодекса РСФСР.
В соответствии со статьей 207 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР настоящее уголовное дело подлежит направлению в Прокуратуру Союза ССР.
Обвинительное заключение составлено 9 августа 1985 года в гор. Москве.
Начальник группы следственного отдела КГБ СССР подполковник А.Г.Губинский
Согласны:
Старший помощник начальника следственного отдела КГБ СССР полковник юстиции
В.Н.Расторгуев
Зам.начальника следственного отдела Комитета госбезопасности СССР генерал-лейтенант юстиции
А.Ф.Волков
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
18 сентября 1985 года Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе: председательствующего Миронова Л.К., народных заседателей Калининой В.И. и Король В. Г., с участием прокурора Дюковлева В.В., адвоката Власовой К.В. при секретаре Цыганковой Т.К., рассматривая в открытом судебном заседании дело по обвинению Тимофеева Л.М. по ст. 70 ч.І УК РСФСР, установила:
подсудимый Тимофеев Л.М. в судебном заседании нарушил распорядок работы судебного заседания, не подчинился распоряжениям председательствующего, на замечания не реагировал, Требовал удаления его из зала, утверждал, что суд не компетентен рассматривать его дело.
Выслушав мнение адвоката и заключение прокурора, полагающего удалить Тимофеева Л.М. из зала судебного заседания, суд считает, что Тимофеев подлежит удалению из зала судебного заседания, так как он нарушает порядок, несмотря на неоднократные предупреждения председательствующего.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 263 УПК РСФСР, суд определил: удалить Тимофеева Л.М. из зала судебного заседания, судебное разбирательство продолжить в его отсутствие.
Председательствующий подпись
Народные заседатели подписи
АКТ
судебно-психиатрической экспертизы в суде
Я, нижеподписавшийся, 18 сентября 1985 года участвовал в судебном заседании Московского городского суда по делу Тимофеева Л.М., 1936 года рождения, обвиняемого по ст. 70 ч.1 УК РСФСР. Экспертиза в суде назначена согласно определению судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 18 сентября 1985 года в связи с сомнением в психической полноценности испытуемого…
После того, как Тимофеев Л.М. был введен в зал судебного заседания, на обращение к нему суда, не вставая, заявил, чтобы его удалили из зала судебного заседания.
При беседе с ним узнал врача Института Сербского, поинтересовался, почему был вызван к нему психиатр.
Сознание его не нарушено, он полностью ориентирован в окружающей обстановке. Жалоб на здоровье не высказывает, себя считает в настоящее время психически здоровым. Сказал, что он ознакомился с актом экспертизы института и считает, что вынесенное в отношении него судебно-психиатрическое заключение вполне объективно.
По поводу предъявленного ему обвинения виновным себя не считает, иронизирует по этому поводу. О своем поведении в зале судебных заседаний демонстративно заявляет, что его не должны судить за его «литературные произведения», что в период следствия его ходатайство о проведении экспертизы его трудам якобы не проводилось, и суд, по его словам, «не должен был принимать дело к производству». Свое поведение в суде называет «сознательно-отрицательным».
Мышление его последовательное. Психических расстройств (бреда, галлюцинаций) не отмечается. В настоящее время каких-либо признаков болезненного расстройства психической деятельности у Тимофеева Л.М. не отмечается. Поведение его в суде следует рассматривать как нарочито демонстративное.
В связи с поставленными судом вопросами даю следующие ответы:
1) Тимофеев Л.М., как не обнаруживающий в настоящее время каких — либо болезненных расстройств психики, может отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими.
2) По своему психическому состоянию Тимофеев Л.М. может участвовать в судебном заседании.
Судебно-психиатрический эксперт Института им. В.П.Сербского к.м.н. Фокин А.А
ИЗ ПРОТОКОЛА СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ ПО ДЕЛУ № 46/85
18 сентября 1985 г.
…Председательствующий объявляет состав суда, а также сообщает, кто является обвинителем, защитником, секретарем, разъясняет подсудимому и другим участникам процесса их право заявить отвод всему составу суда, кому-либо из судей, прокурору, адвокату, секретарю.
Подсудимый Тимофеев:
— Я хочу сделать заявление. Мое дело сфабриковано. Данный суд не правомочен разбирать мое дело. Я рассматриваю это как террор, как расправу надо мной.
Мое дело подсудно суду общественного мнения.
Я требую удалить меня из зала суда. Я не хочу и не буду повиноваться суду.
Председательствующий:
делает замечание Тимофееву о нарушении порядка в зале судебного заседания.
Подсудимый Тимофеев перебивает председательствующего и не дает возможности разъяснить права; предупрежден.
Председатель делает второе замечание подсудимому Тимофееву, который перебивает, лишает возможности выполнять требование УПК РСФСР о разъяснении ему прав.
Подсудимый отказывается встать, кричит, стучит пакетом о скамейку.
Председательствующий делает третье замечание подсудимому Тимофееву, нарушающему порядок в зале судебного заседания, и предупреждает об удалении из зала.