Закат Российской Империи (СИ)

Отправив сообщение, снайпер стянул с лица маску и шлем. Сняв с последнего обруч с закреплённым на нём комплексом визуального наблюдения, он оставил маску болтаться на поясе, а шлем зацепил за парамагнитное крепление рюкзака.
Пока чеченец устало собирался, пользуясь минутами относительной безопасности, я сменил его у люка и заглянул в темноту:
— Ни черта не ви…
АрррххХ!!!
Скрюченные пальцы вынырнули из тьмы и рванули меня за комбинезон. Нисколько не стесняясь я проорал нечто матерное и полетел головой вперёд… навстречу приключениям.
Честно — думал сожрут.
Мерзкая тварь, с невиданной силой рванувшая меня вниз, оказалась худым парнем, едва ли не подростком. Приземлившись на него сверху, я отчётливо услышал громкий щелчок сломавшейся кости и был оглушён болезненным воплем.
Попробовав вырваться из его хватки, я с удивлением понял, что едва справляюсь. И это при том, что парень в обычных условиях вряд ли бы смог хоть что-то мне противопоставить.
Хотя это НЕЧТО теперь можно было назвать человеком лишь с очень большой натяжкой…
Зубы клацнули у моего лица, а чужая рука с такой силой впилась в рёбра, что я снова заорал и порядком разозлился. Если до этого я упирался и пытался удержать клацающую зубами голову подальше от своего лица, то в следующую секунду просто отпустил и мало того отпустил — со всей силы ударил лбом навстречу.
Кем бы ни был этот ублюдок, мой удар удался на славу. И что самое важное — подарил мне время.
Вытащив парализатор я едва сумел извернуться в стеснённых условиях и ткнуть им во врага, который уже очухался и порывался снова меня укусить. Ствол попал выродку прямо в пасть, а пробежавший по телу разряд заставил на секунду выгнуться и замереть.
— Готов сука! — от пережитого страха я на пару секунд потерял контроль и обхватив парализованного врага руками долбил его затылком об округлый пол — будешь знать мразь как с русскими мужиками связываться!
Уходи оттуда брат! Уходи немедленно!
Но несмотря на предупреждение, я не успел…
Эта ветка канализации не была основной, об этом говорила узость трубы. Сложись всё иначе, я был бы уже мёртв.
Новые чудовища полезли на меня с правой стороны. Оглушённый воплем своего первого противника, прибывая в запале драки, я не заметил их приближения. Лишь в последнюю секунду повернулся, заслышав у плеча шипение.
Парализатор частыми выстрелами спас мне жизнь.
Я стрелял, пока звуковой индикатор не пиликнул, сообщая что батарея готова разрядиться. А затем со всей возможной скоростью пополз прочь. Лестница, которая могла вытащить меня отсюда, была завалена парализованными телами… и кто-то уже начал их терзать в темноте. Рычанием и воем понукая меня бежать без оглядки.
Давай к следующему люку! Я открою!
Снайпер сориентировался раньше меня. Я-то просто убегал на четвереньках, едва не накладывая в штаны от страха, а он быстро понял, как можно обернуть моё попадалово вспять.
Как хорошо, что напали на меня именно справа. Случись всё наоборот, я бы отступил за аварийную переборку, туда, где Борз не смог бы мне помочь.
Под скрип открытого люка в канализацию упал широкий луч синего света, ставшего для меня спасительным маяком.
Смерть снова прошла очень близко и затерялась во мраке. До следующего раза…
Так быстро ни по одной лестнице я ещё не забирался. Вмурованные в бетон скобы пролетели перед лицом сплошной чередой и закончились крепкими руками Борза, что помогли перевалится через край приподнятой над полом шахты.
Пока оказавшись на полу технической ячейки, я отдувался, восстанавливая дыхание, Борз закрыл люк. Причём сопровождалось это всё такими звуками, что становилось понятно — одна из тварей (а может и не одна) всё же сумела миновать груду парализованных тел и устремилась в погоню.
Люки открывать больше не будем!
Чеченец сел рядом и привалился к стене. Весь его облик говорил о том, что происходящее у него в печёнках сидит.
— Согласен полностью…
Мы посидели так какое-то время, приходя в себя после пережитого страха. Ровно до того мига, когда снайпер отправил мне очередное сообщение:
 
Мы должны проверить тоннель. Аварийная переборка могла не сработать.
Боец кивком указал на утопающий в синем свете химических ламп, узкий коридор, ведущий наружу. К ростовому люку, который отделял нас от тоннеля.
Открыть его, означало пойти на чудовищный риск. Но сейчас вся наша жизнь это сплошной риск, к тому же Борз мог оказаться прав. Что если тоннель не перекрыт? Что если обрушения и прочие повреждения заблокировали переборку?
Обдумывая этот момент, я поднялся вместе с чеченцем, но двинутся к выходу из технической ячейки мы не успели.
Пол под нашими ногами дрогнул…
Тяжёлая, многотонная плита, перекрывающая доступ на перекрёсток, поползла в сторону. Наша реакция была мгновенной. Борз упал на колено и устроился у шахты в канализацию. Спрятался за ней и направил автомат в сторону переборки.
Я же прижался к стене сбоку от открывающегося прохода, тиская в руках шоковую дубинку, что всё это время ненужным грузом оттягивала мой пояс. В сложенном положении она не занимала много места, но теперь, в разложенном состоянии могла не хило перетряхнуть противника разрядом или проломить голову в случае удачного удара.
Оружие не летальное. Что-то среднее между палкой и электрошоком. Но всяко лучше голых кулаков.
Вот только дубинка при всём желании не могла навредить тому, кто стоял по ту сторону переборки.
Перед нами предстал массивный солдат в экзоскелете тяжёлого пехотинца. Прямоугольный, вертикальный раструб его плазмамёта, мог испарить наши тела в мгновения ока и ему не нужно было даже попадать в нас чтобы убить.
Достаточно короткого выстрела в пол или ближайшие стены, чтобы плоть на наших костях закипела.
Чеченец отложил оружие и поднялся в полный рост. Спустя мгновение в интерфейс упало сообщение:
Свои.
* * *
Транспортный узел поражал количеством выживших людей.
Борза узнали по сигналу его ИскИна. Этакий маркер биотического блока, настроенный на союзников, и позволяющий избежать дружественного огня.
Снайпер оказался прав, его подразделение заняло кольцевой перекрёсток по центру завокзального района.
Военные начали спец операцию, и мы попали в самый её разгар. Уловить её суть было не трудно. Бойцы открыли аварийную переборку в тоннель и напали на спящих в нём выродков. Шум стоял страшный, но мы уже устали пугаться и лишь старались побыстрее добраться до кого-то из офицеров, не задействованных в происходящем.
Задачка оказалась не из простых.
По итогу направленные одним из встреченных лейтенантов до конца операции в «убежище» мы оказались под защитой стен транспортного узла.
Стрельба длилась не долго — меньше часа. От окружающих людей мы успели узнать детали. Лидер подразделения проходящий под системным позывным «Кардинал» ударил своими воинами по смежному с перекрёстком тоннелю, тому самому, который был перекрыт одним из первых во время сражения за сам транспортный узел.
И на мой взгляд в этой картине чувствовался искушённый ум командующего сосредоточенными здесь войсками. Чтобы понять это, достаточно было задать себе один единственный вопрос «- почему именно этот тоннель?»
Во-первых, потому что он был заблокирован в первую очередь, а значит скопившиеся там твари успели свалить, привлечённые шумом на соседних улицах. Во-вторых, тоннель хорошо сохранился, и военные об этом знали, так как сами пришли с той стороны. Ну и в-третьих, именно эта низинная улица вела к ближайшему и самое главное — уцелевшему, выходу на поверхность.
 
И расчёт оказался верным. Стрельба быстро закончилась, а доставленный на перекрёсток легкораненый, получивший не критичные ожоги ног, громогласно поведал людям, что дальняя аварийная переборка уже закрыта и тоннель под полным контролем.
Во всём этом гомоне, окружённые незнакомыми людьми мы кое-как объяснили кто мы такие и свою нужду в нормальном отдыхе. К чести Борза нужно сказать, что это он нас устроил. Ухватил за рукав знакомого сержанта их штурмовой пехоты и кивнув в мою сторону что-то ему написал. Через пару минут нас уже провожали в дальний, северный угол перекрёстка, где и разместили честь по чести в одном из полупустых вагонов застрявшего тут пассажирского состава.