Сквозь зомби стекло (ЛП)

Охотились ли они сейчас на кого-то другого?
— Меня отправят патрулировать, — сказала я. И выясню, так или иначе, была ли та ночь аномалией или нет. Если зомби снова будут меня игнорировать. Если услышу безумный шепот. Если потеряю сознание и окажусь в своем старом доме.
Мистер Холланд ответил:
— Я отправлю всех в патруль сегодня вечером и прослежу, кого дадут в напарники, который доставит тебя в безопасное место, если случится еще один… эпизод.
— Спасибо, — пробормотала я. Выйдя из кабинета, я закрылась в своей спальне. Затем набрала номер доктора Бендари. И снова голос сообщил мне, что абонент недоступен. Черт побери. Он когда-нибудь будет доступен снова?
Я подумала о дневнике, моем другом источнике информации. Свет прогоняет тьму. Огонь сжигает зло. Эти слова не давали мне покоя. Я не могла их забыть.
Вздохнув, я села за стол и заставила себя посмотреть в зеркало. Мне нужно посмотреть, как обстоят дела, и это был лучший способ узнать.
Мой взгляд встретился с ее взглядом. Пятен стало больше, начиная под глазами и заканчиваясь на шее. Дрожа, я стянула рубашку через голову. Она сделала то же самое… несколькими секундами позже меня.
Пятна продолжали разрастаться от шеи к плечам. Самое внушительное находилось прямо над сердцем. Когда-то оно было размером с мой большой палец, теперь — размером с кулак великана. Я провела кончиками пальцев по коже.
Мое отражение не двигалось.
Тик, так. Тик, так.
Этот звук стал громче, чем раньше.
Она набирает силу.
Борясь с волной разочарования, я вколола себе антидот, на всякий случай приняла душ и надела свою черную боевую одежду. Открыла дверь, направляясь в комнату бабушки. Меня нужно было отвезти к Коулу. Кэт застала меня врасплох, ее рука замерла в воздухе, как будто она собиралась постучать.
— Все в порядке? — спросила я.
— Все замечательно. Я хотела предложить подвезти тебя к Коулу. Лёд написал смс. Он попросил меня встретиться с ним у сарая в пять.
Совпадение?
— Я согласна, спасибо.
* * *
Сарай был полон охотниками, и я поняла, что неправильно поняла намерения Коула. Мы не собирались разговаривать. Он собирался читать лекции. Не только мне, но и всем.
В последнее время у меня было слишком много взлетов и падений, чтобы позволить этому разочаровать меня… сильно.
Мой взгляд упал на Веронику, и мне пришлось побороться, чтобы удержать свой обед в желудке. Синяки под глазами, распухший нос и разбитая губа, и она смотрела на Гэвина, который что-то ей говорил. Я быстро отвела взгляд.
— Кошечка Кэт, — сказал Лёд.
— Придурок, — ответила она, удивив меня.
В его глазах появился эквивалент его имени.
— Что я сделал на этот раз?
— Ничего. Подумала, что надо разозлиться, просто чтобы быть злой и оживить ситуацию. Мы выдыхаемся.
В мгновение ока он утратил свою холодность и рассмеялся.
— Ты слишком сексуальна для слов, ты знаешь это?
— Вообще-то, знаю, — сказала она и побежала к нему, бросившись в его объятия.
Он поймал ее, и, когда начал крутить, острая боль пронзила мою грудь. Однажды у меня было такое. Неужели я умру, прежде чем испытаю это снова?
«Заткнись, Зануда Али!»
— Что происходит? — спросила я, ненавидя дрожь в своем голосе.
Лёд поставил Кэт на ноги, но прижал ее к себе, будто был ее щитом, ее единственной опорой.
— Не знаю. Коул хочет что-то рассказать всем, но его еще нет.
— Что-то, что можно рассказать всем… даже мне? — спросила Кэт, тыча пальцем себе в грудь.
— Даже тебе. — Он поцеловал ее в висок. — Теперь ты важный член нашей команды.
— Я? То есть, конечно, да. Да. — Она посмотрела на него.
Он обхватил ее щеки, чтобы она не могла отвести взгляд. Серьезным тоном Лёд сказал:
— Ты не выйдешь ночью сражаться, поскольку не можешь видеть зомби, так что даже не проси. Но можешь подлатать меня, если я вернусь домой раненым.
— Доктор Кошечка Кэт — сказала она, кивая. — Мне нравится.
— Надеюсь, ты раздаешь поцелуи. — Он наклонился и нежно поцеловал ее. — Они — мое лекарство.
 
— Ну, такая медицина обойдется тебе недешево. Просто… не возвращайся домой раненным. Я разозлюсь.
— Ты же знаешь, я ненавижу, когда мой маленький котенок злится. Она выпускает когти.
— Они появляются и по другим причинам, — промурлыкала она.
В считанные секунды они набросились друг на друга, как дикие звери в брачный период.
— Прекрати это, пока я не разорвал тебя пополам, Лёд, — крикнул Бронкс, и было похоже, что он не шутит.
Я нашла его в толпе и оттащила в темный угол.
— Ты узнал что-нибудь об Итане?
Он резко кивнул.
— Да, но не так много, как надеялся. Его зовут Итан Гамильтон, ему двадцать один год, он изучает бизнес в Бирмингемском Южном университете. У него есть пятнадцатилетняя сестра, у которой в прошлом году диагностировали лейкемию.
Как грустно.
— Что ты собираешься с ним делать?
В его глазах сверкнула жестокость.
— Помимо разговора?
Я знал этот взгляд. В разговоре будут использоваться кулаки, а не слова.
— Ты уверен, что хочешь этого? Он кажется вполне приличным парнем, а Линия крови вокруг его дома — не такая уж редкость. И я вроде как услышала, что Рив сегодня говорила о том, что не хочет больше с тобой общаться. Возможно, пришло время отпустить ее.
Он долго смотрел на меня, прежде чем сказать:
— Ты действительно думаешь, что находишься в лучшем положении, чтобы раздавать советы? Нет, можешь не отвечать. Мы оба знаем ответ. Так почему бы мне не жить своей жизнью, а тебе — своей? — С этими словами он ушел.
Отлично. Я сомневалась, что могла бы испортить все еще больше.
Мой телефон пискнул. Я достала его из кармана и прочитала:
 
«Ужин готов! Я приготовила твое любимое блюдо. Лазанью и чесночный хлеб. Я также спросила у Анкха, можем ли мы воспользоваться его личным балконом, и он согласился. Я все приготовила, так что приезжай сюда, как только сможешь».
 
Мое сердце сжалось. О, нет. Она не знала. Она…
Через секунду пришло еще одно сообщение.
 
«Прости, дорогая. Должно быть, я не увидела твое сообщение об отмене ужина. Ну, не беспокойся. Поужинаем в другой раз».
 
Слезы навернулись мне на глаза. Бабушка трудилась на кухне, готовя мое любимое блюдо. Она, наверное, украсила балкон мистера Анха мерцающими рождественскими огнями, потому что знала, что я не самая большая поклонница темноты. Вот такая она была замечательная. И я отказалась от нее. Ради этого.
Я была ужасным человеком.
Я отошла в сторону и позвонила ей.
— Бабушка, прости меня. Я в спортзале у Коула. Он попросил встретиться. Думала, что мы будем вдвоем, и я смогу выяснить, что с ним не так, но это встреча со всеми охотниками.
— Али, — сказала она, вздохнув. — Все в порядке. Я понимаю.
— Я заглажу свою вину, клянусь.
Еще один вздох.
— Завтра останутся остатки, и тогда мы сможем поговорить.
— Да. С удовольствием.
Мы отключились.
— Привет, — раздался голос сзади меня.
Гэвин. Каждый мускул в моем теле напрягся, когда я повернулась к нему лицом, стараясь смотреть на свои ноги.
— Привет.
— Пришел сказать тебе, что у меня завтра свидание с очень горячей цыпочкой, но я готов сделать немыслимое и отменить его. Ради тебя.
«Что?»
— Не делай этого. И я думала, ты злишься на меня за то, что я сделала с Вероникой.
— Я никогда не злился. Это потребовало бы целого ряда эмоций, которые никогда не испытываю. Я думал, мы уже выяснили этот факт обо мне. Итак, насчет свидания…
Я покачала головой, как ни странно, очарованная. И теперь я злилась на себя.