Сквозь зомби стекло (ЛП)

Мы вышли из торгового центра и почувствовали прохладу дня. Я натянула пальто.
Кэт кивнула.
— Я сама подсчитала цифры. Я на восемьдесят три процента уверена, что моя математика идеальна на сто процентов. Видишь ли, если ты спишь с парнем, то автоматически спишь со всеми, с кем был он, и с кем были его другие партнеры, и с кем были их партнеры. И так по замкнутому кругу. — Она подняла один палец. — Лед — мой единственный, но он был с другими, и я уверена, что они были с другими, так что, полагаю, я была по крайней мере с пятьюдесятью людьми… есть ли у меня на лбу алая буква?
— Интересно, скольких девушек Бронкс затащил в постель, — пробормотала Рив.
— Бронкс? Ты сказала Бронкс? Могу поклясться, что ты сказала мне, будто рассталась с ним и встречаешься с другим, — подколола Кэт.
Рив поджала губы.
Я сделала вдох и… задержала дыхание. Затем медленно выдохнула. Перед моим лицом появился пар. Моя первая реальная встреча с Коулом после разрыва теперь в прошлом. Я выжила с малейшим остатком достоинства, и это было больше, чем я ожидала. Со мной все будет хорошо.
Нам преградил дорогу парень лет двадцати. Мы остановились, когда он сказал:
— Эй, красотка, — с широкой ухмылкой, посмотрев на Кэт. — Как насчет компании, а?
Еще один парень встал рядом с ним. Он разглядел Рив с ног до головы, словно она была сахарной ватой, а он умирал от диабета.
— Нет, спасибо, — сказала она и попыталась его обойти.
Он двинулся за ней и заблокировал путь.
— Подожди. Может ты хочешь обменяться номерами?
Другой парень наклонился, понюхав шею Кэт.
— Мой личный крэк.
— Цитируешь романтические романы? — Нахмурившись, она отошла назад, за пределы их досягаемости. — Урок дня — не нюхай девушку, пока она не даст тебе разрешение. Никогда. Это делает тебя придурком.
Он нахмурился.
Я сомневалась, что эти двое были опасны. Мне показалось, что они скорее сексуальны и очаровательны, а не вызывающие беспокойство. И, возможно, я могла бы попытаться с ними поговорить и найти решение. А может, и нет.
Несмотря на то, что все было «в порядке», гнев все еще натягивал и без того тонкую ниточку.
Нет. Неправильно. Ниточка оборвалась.
Я ударила его в нос. Хлынула кровь. Ругаясь, его друг схватил меня за руку. Чтобы остановить меня от бегства… излишне… или чтобы удержать от новой атаки, я не была уверена. Знала только то, что он совершил ошибку. Я схватила его за запястье и выкрутила со всей силы, заставляя его тело крутиться вместе с ней, спасая кость от перелома.
Прежде чем он освободился, я ударила его ногой по задней части колена, повалив на землю. Локтем в висок я добила его, и парень рухнул на землю, растянувшись на бетоне без движения.
Меня наполнило удовлетворение, за которым быстро последовало чувство вины.
— Пойдёмте, — сказала я, поправляя свое пальто.
— Это было одновременно и круто, и страшно, — с содроганием сказала Кэт, не отставая от меня. — Не знаю, похлопать тебя по спине или убежать и спрятаться.
— Где ты этому научилась? — спросила Рив, ее взгляд снова метнулся к парням.
— У Коула… Частично. — Мой взгляд упал на тату-салон через дорогу. Ярко-красные буквы… «ЧЕРНИЛА ТЭТТИ»… вспыхивали и гасли.
Я остановилась.
Девушки тоже.
— Я хочу одну, — сказала я себе.
— Кого одну? — Спросила Кэт.
— Татуировку. — Охотники набивали на себя имена близких, которых потеряли в войне с зомби, или символы, символизирующие их. У меня не было татуировок, но я потеряла родителей, сестру и дедушку.
Плохая Али.
— Я хочу одну, — повторила я на этот раз более уверенно. И направилась на другую сторону улицы.
Девушки последовали за мной.
— Что ты хочешь набить? — спросила Кэт, радостно хлопая в ладоши. — Череп со скрещенными костями? Змеиные клыки, с которых капает кровь? Единорога?
— Это ошибка, — сказала Рив.
Когда я вошла, над дверью зазвенел колокольчик. Стены были покрыты изображениями львов и тигров, драконов и инопланетян. Сердца. Звезды. Солнце, луна, рыбы и молнии. Обнаженные женщины. Это было ошеломляюще.
 
Татуированный мужчина с пирсингом по всему лицу стоял за прилавком и чистил оборудование. Он поднял взгляд и презрительно хмыкнул.
— Вам хоть есть восемнадцать?
— Нет, — сказали мы с Рив одновременно.
— Да, — сказала Кэт и толкнула меня локтем.
Он вытер руки о тряпку.
— Тогда вам понадобится разрешение от родителей, и нужно, чтобы хотя бы один родитель присутствовал.
Кэт мило улыбнулась и обняла меня за талию.
— Мы знали об этом. Вот почему я здесь. Я ее мать и подпишу все, что требуется.
Блеск веселья блеснул у него в глазах.
— Должно быть, она похожа на отца?
— Как и все мои дети, — проворчала Кэт.
Его взгляд остановился на мне.
— Дай угадаю. Ты хочешь цветок. Или бабочку.
Не совсем.
— Я хочу белого кролика, — сказала я.
Он подумал и пожал плечами, протянув блокнот и ручку Кэт.
— Заполните все, как положено, для вашей дочери, поскольку, полагаю, в ваших удостоверениях разные фамилии, а ты, — обратился он ко мне, — проходи. Думаю, у меня есть кое-что, что тебе понравится.
— Али, — сказала Рив, вцепившись в мое запястье. — Татуировка — это навсегда.
Да, и она будет единственной постоянной вещью в моей жизни. Бабушка не будет жить вечно. И, как мне снова и снова говорил мистер Анкх, как только Рив узнает о зомби, она исчезнет из моей жизни. Даже жизнерадостной Кэт не был гарантирован завтрашний день.
— Я должна это сделать. — Я вырвалась из ее хватки, чтобы пройти за Парнем-Художником за малиновый занавес. Там было несколько комнат, каждая из которых была закрыта одной из этих штор. Он подвел меня к самой последней и откинул ткань в сторону, указав на шезлонг. Я села.
Он полистал книгу с эскизами. А, когда нашел то, что искал, показал мне страницу.
— Что скажешь?
— Мне нравятся уши вот этого, — сказала я, показывая на него. — Но тело у этого, а хвост у того. — Идеально для Эммы. — Также я хочу вторую татуировку. Два кинжала в форме креста. — Я не могла придумать лучшего представления о своих родителях. Хотя я не знала, что изображать в честь дедушки. С ним придется подождать.
Парень-Художник нахмурился и отложил книгу в сторону.
— Мне придется рисовать их с нуля, а это обойдется недешево.
— Меня это устраивает. — Впервые за сегодняшний день я не собиралась беспокоиться о том, как потратить деньги, которые дала мне бабушка. Я сняла пальто, засучила рукава рубашки.
Он посмотрел на мою бледную, ничем не отмеченную кожу и покачал головой.
— Ладно, тогда где ты хочешь их сделать? В каком месте?
— По одному на каждом запястье. И я хочу, чтобы они были обращены ко мне, а не к тем, кто на меня смотрит. — Я хотела смотреть на узоры, не напрягаясь.
Что скажет бабушка, увидев их?
— Я должен набросать то, что ты хочешь, так что дай мне около… о, полчаса. — Он ушел, не сказав больше ни слова.
Давая мне возможность уйти. Но этого не произойдет.
Я закрыла глаза и стала считать.
К тому времени, когда он вернулся, я досчитала до 1532. Мне было интересно, что Кэт и Рив делали в прихожей.
Он собрал необходимые принадлежности и сел рядом со мной.
— Еще не передумала? — спросил он. — Потому что как только я начну, отступать будет некуда.
— Делай.
С помощью листа бумаги он перенес первое изображение на мое запястье. Я увидела большие уши, стоящие во весь рост, толстое тело и пушистый хвост, совсем как у кроликов, которых Эмма то и дело создавала в небе, чтобы предупредить меня о предстоящих атаках зомби.
— Идеально, — сказала я, немного удивленная.
— Я делаю только идеальную работу. — В его голосе прозвучала обида.
— Докажи.
Мой сарказм явно удивил его, и он покачал головой.
— Ты ведь знаешь, что будет больно?
— Я знаю, что такое боль. По сравнению с ней, это будет ничем.