Соболев. Пробуждение Дара. Том 1. Том 2 (СИ)

Но до поры до времени у них ничего не получалось, мы как приклеенные висели у американцев на хвосте. Все четверо шли так плотно, что ловушка перед Галатским мостом сработала всего один раз: огненная стена встала перед ним, и американец достаточно быстро потушил её примерным аналогом ледяных копий, как в кольце которое он успешно проиграл в своё время.
На мосту тоже проблем практически не возникло. Ледяной зверинец распределился на всех четверых, так что никто особо не пострадал.
А вот дальше, в той части трека что проходил через площадь правосудия, начались проблемы. Здесь проходил достаточно узкий кусок трассы, обогнать кого-то не было никакой возможности. И американцы решили этим воспользоваться.
Идущий вторым Спэрроу буквально остановился, вернее не совсем остановился, это запрещено правилами. Но он очень сильно замедлился, а Крокер, напротив, ускорился.
Хитро, ничего не скажешь! Пока мы топчемся за спиной этого здоровенного негра, его намного более быстрый напарник уедет от нас и просто спокойно финиширует.
К чести Алексы она это поняла практически сразу.
Но понять это одно, а что-то сделать совсем другое. И делать нужно очень быстро, Крокер вот-вот уедет.
— Соболев, — ожили динамики в моём шлеме, и я услышал голос нашего капитана, Алекса практически шептала, так что Спэрроу не мог разобрать что происходит у него за спиной, — мне нужно чтобы ты меня подкинул. Видишь вон те флагштоки?
И действительно, над трассой в этом месте висело несколько флагов на больших флагштоках изогнутых буквой Г.
— Да, вижу, — так же тихо ответил я.
— Отлично, — ты меня подбросишь, я зацеплюсь за один из них, перепрыгну на следующий, спрыгну на трассу, и окажусь впереди американца.
— А если он поймет и ускорится?
— Не важно, даже если он и поймет, то сделать ничего не сможет. Я намного быстрее чем он. Кончай болтать и верь мне. Так что Соболев, всё, делаем.
Мы остановились, ух как наши коньки высекли ледяные брызги когда мы тормозим! Я встал на одно колено, сложил руки вместе, Алекса повернулась ко мне, поставила левую, не знал что она у неё толчковая, ногу на мои краги, и я резким и сильным движением подбросил её вперед и вверх. Она уцепилась за металлическую трубу, раскачалась на ней и прыгнула на следующую.
И Спэрроу действительно понял, что происходит. Он рванул вперед, но всё было тщетно. Лайонс показала, как быстро она может двигаться.
Алекса настоящей молнией буквально пролетела над головой Спэрроу, приземлилась впереди него, между ними оказался целый метр, и, что есть силы, рванула догонять Крокера.
Смысла играть в кошки мышки для Спэрроу больше не было, и он побежал следом за Алексой, ну а я за ним.
Наш капитан догнала Крокера, когда тот практически доехал до финиша. Вот буквально еще чуть-чуть, и мы бы проиграли.
Но чуть-чуть не считается. Лайонс как следует воспользовалась своими способностями и за долю секунды преодолела почти шесть сотен метров, которые отделяли её от Крокера, а затем обрушила на спину и шлем американца свои алмазные молоты. Тот сразу рухнул сломанной куклой. Лайонс нагнулась к нему, Крокер был в глубочайшем нокауте и точно уже не мог передвигаться самостоятельно
В принципе Алекса уже могла и заканчивать гонку. Но вместо этого она вернулась к въезду на площадь перед собором Святой Софии и стала ждать Спэрроу.
Все это я увидел потом, в записи, а пока что догнал Спэрроу и ловил момент, когда смогу с ним разобраться. То что Алекса решит проблему с Крокером, я даже не сомневался.
Но разобраться с этим здоровенным негром мне не удалось, так как, едва американец въехал на площадь, его тут же смела со льда мощная серия ударов Алексы. Тот даже ничего сделать не смог. Призрачные молоты не оставили ему ни малейшего шанса. Хороша Лайонс, очень хороша.
Его сокрушительница сделала вокруг Спэрроу круг, нагнулась к нему, а потом подъехала ко мне. Я хоть и мог воспользоваться моментом и попытаться проскользнуть на финиш, но не стал. Как-никак мы кое о чем договорились, и Алекса хоть и могла легко всё закончить, делать этого не стала.
 
— Что ж, Соболев, — обратилась Лайонс ко мне, — план пришлось поменять, ты молодец, конечно. Но в итоге всё получилось так, как и было задумано. Остались только ты и я. А теперь самое время посмотреть из чего ты сделан. Ну и показать твоей кошке кто здесь альфа. Предлагаю разъехаться в разные концы площади и начать.
— Идет, — ответил я, — что там американцы, они в порядке? Не помрут пока мы будем отношения выяснять?
— Не помрут и не помешают, я в этом спорте не первый год, так что не беспокойся.
— Тогда погнали, — сказал я и мы разъехались.
***
Разговор с Алексой перед командной гонкой беспокоил не только Алексея Соболева, но и Валерию Котову. Девушка была готова вцепиться в лицо этой Лайонс прямо там. Но этого не произошло, хоть та этого и заслуживала, но Лера смогла сдержаться.
Будучи достойной дочерью своего отца Валерия хорошо знала и понимала, что составляет основу благополучия Котовых. Это не сила членов рода, а деньги, которых бы не водилось без хороших отношений с самыми богатыми и могущественными людьми Империи.
Генри Лайонс старший таким являлся без всякого сомнения, и срываться на его любимую дочь, которой главный банкир позволял и прощал практически всё, было бы не только опасно, ведь Алекса намного сильнее и опытнее Леры как боец, но и чревато финансовыми потерями для рода Котовых.
Поэтому она сдержалась, и поэтому она как никогда сильно желала победы Алексею и, не жалея себя, вкладывала всё что могла в его усиление. Ведь если Алексей сможет опередить Алексу на трассе, это будет достойным отмщением за неё.
Но внизу происходило что-то непонятное, Соболев не стал даже пытаться убежать от остальных участников гонки и, несмотря на настоящий океан закачанной в него силы, плелся последним.
Потом был этот великолепный маневр, позволивший двум русским выпутаться из ловушки подстроенной хитрыми американцами, а потом, когда Лайонс не стала финишировать, Лера по-настоящему испугалась. Не за себя, а за Алексея, который совершенно точно решил столкнуться с противником намного сильнее себя. Хоть Лера и считала Алексу шлюхой, но она понимала чего на самом деле стоит Лайонс.
Вокруг девушки бесновались от восторга зрители, которые поняли, что сейчас они увидят дуэль между двумя любимцами публики: Соболевым и Лайонс. Она сидела в одной из вип-лож, а вокруг нее орали и свистели богатейшие люди империи, враз превратившиеся в простых болельщиков-обывателей, азарт сбил с них всю спесь и лоск.
В отличии от них Лера сидела молча, вцепившись в подлокотники кресла с такой силой, что те не выдержали и треснули. Она молчала и расширяющимися от страха глазами следила за Алексеем, который о чем-то поговорил с Лайонс, и они начали разъезжаться в разные стороны.
Она смотрела на своего мужчину и отдавала ему столько силы, сколько не отдавала никогда. Но всё равно ей было очень страшно.
***
Как ни странно, я чувствовал себя очень спокойно. Была какая-то уверенность что всё закончится хорошо. Либо я на глазах сотен миллионов зрителей уложу Алексу, лучшего гонщика «горячего льда» в мире, либо она меня.
И это тоже станет победой, на самом деле. Хоть на мне и нет «железной рубашки», но что-то подсказывало, что результат получится сопоставимый. Алекса будет бить с такой силой что у меня кости затрещат. И это не фигура речи.
В общем, или слава, почёт, новые рекламные контракты и вот это вот всё, или новый прыжок по ступенькам силы. И на самом деле, неизвестно что лучше.
Мы разъехались в разные стороны и начали медленно сходиться. Но недолго, буквально пару секунд. Потом Алекса просто исчезла.
И появилась слева от меня, она вскинула руку с молотом намереваясь обрушить её на мою голову, но мне повезло. Когда она исчезла мой тело само отреагировало, и я прыгнул вправо.
В итоге её удар пропал втуне, а я в прыжке развернулся, упал на лёд спиной вперед и уже катясь по нему дал очередь из ледяных копий, штук двадцать выпустил, не меньше.