Девять дней (ЛП)

Карина такая же эмоционально подавленная, как и я. Просто она эмоциональна, когда дело касается людей. Точнее, парней. Она привязывается к парню, потому что он уделил ей две секунды внимания.
Прежде чем кто-либо успеет спасти её, Карина уже планирует свою свадьбу с упомянутым парнем. Только для того, чтобы расстроиться, когда упомянутый парень даже не хочет быть с ней или больше не обращает на неё внимания.
— А теперь заткнись, он здесь! — Она взвизгивает, глядя, как Майлз и трое его товарищей по команде входят прямо в кафетерий.
Каждый голос в этой комнате звучит одинаково. Если бы упала булавка, это услышали бы все. Вот как тихо становится в помещении, когда появляются спортсмены.
Аарон заходит следом за Майлзом, за ним следует черноволосый парень с трёхдневной щетиной. Он такой же мускулистый, как и все остальные из них. И высокий. Я бы предположила, что около шести футов двух дюймов, немного выше Аарона, хотя и не слишком сильно.
Поскольку Колин входит последним из четырёх спортсменов, я предполагаю, что черноволосый парень — это Грей, другой «не совсем сосед» по комнате.
Благодаря Аарону я знаю, что он живёт в одном доме с Колином, но Грей и Майлз вроде как тоже там живут, но не совсем. По крайней мере, они берут еду из дома моего брата по утрам и всякий раз, когда проголодаются.
Аарон не переставал говорить о Колине в течение первых двух месяцев первого курса. Он и раньше пару раз упоминал Майлза. И нет ничего удивительного в том, что я знаю, кто такой Майлз.
Но Грей? Чёрт. Он о нём упоминал. Я просто никогда раньше его здесь не видела. Я не думаю, что он часто бывает рядом.
Мои друзья — и я сама — наблюдаем, как парни подходят к очереди, чтобы купить немного еды. Они валяют дурака, не обращая внимания на взгляды, которые устремлены исключительно на них.
Я всегда думала, что подобные вещи случаются только в подростковых фильмах. Но то, что я нахожусь здесь прямо сейчас и сама становлюсь свидетелем этого, делает это довольно реалистичным.
Пытаясь вернуть своих друзей к разговору, я задаю вопрос, но он остаётся неуслышанным. Очевидно, что они слишком сосредоточены на горячих парнях, которые покупают еду, точно так же, как это делал любой другой человек в этом кафетерии раньше. Видимо, когда спортсмены покупают еду, это автоматически становится интереснее.
— Майлз так хорошо выглядит в своей одежде, — говорит Карина. Если мои глаза не обманывают меня, я могу поклясться, что у неё текут слюнки.
— На нем джинсы и рубашка. Точно так же, как 98 % других парней здесь, — отмечает Миа. Она права. Майлз не слишком выделяется. Если не считать его роста.
— Как вы думаете, о чём они говорят? — спрашивает Карина, после того, как Колин начинает смеяться, а Аарон качает головой после очевидного закатывания глаз.
Затем Колин хлопает ладонью по лопатке Аарона, прежде чем тот начинает идти к столам.
— Я думаю, Колин нашёл себе ещё одну жертву, — шутит Миа, делая глоток яблочного сока.
Мы с Уинтер поворачиваемся лицом к Мии и Карине, поворачиваясь спиной к парням. Я рада, что увлечение хоккеистами длится всего пару минут, прежде чем жизнь продолжается своим чередом. Я бы не смогла высидеть всё это до тех пор, пока они в конце концов снова не уйдут.
— Вы с Колином работаете вместе над фильмом по режиссуре, не так ли, Лили? — спрашивает Миа. Я просто киваю в ответ. — Бедненькая ты моя. Тебе, вероятно, придётся делать всю работу самой.
Нет. На самом деле, это я ничего не делаю. Но я не могу сказать этого вслух. К счастью для меня, в этом нет необходимости. В ту секунду, когда я пытаюсь заговорить, Карина задыхается за секунду до того, как я чувствую, как чьи-то руки осторожно обвивают мою шею.
— Привет, Лилибаг, — шепчет Колин мне на ухо, прежде чем я чувствую, как его губы касаются моей кожи. На этот раз он целует меня в щеку, а не в лоб.
Его хватка ослабевают вокруг моей шеи, а затем, в конце концов, он убирает руки полностью. Я бросаю взгляд на своих друзей, и все они выглядят такими же потрясёнными, как и я.
 
Думая, что Колин ушёл, я остолбенела, когда он сел рядом со мной. Или больше, чем наполовину подо мной.
Как только Колин садится, он тянет меня за ногу и кладёт её поверх своей так, что нижняя половина моей ноги болтается между его. В этот момент он с таким же успехом мог бы посадить меня прямо к себе на колени.
— Ты ничего не ела, — говорит он, указывая на мой полный поднос. Он прав. Я не голодна, но я обещала Уинтер, что постараюсь что-нибудь съесть. Этого просто никогда не случалось. Я надеялась, что, может быть, если я позволю ему сидеть передо мной, то, в конце концов, возьму что-нибудь с подноса и съем. Этого не произошло.
— Я не голодна, — говорю я ему. — Что ты здесь делаешь?
— Присматриваю за тобой. — Он пожимает плечами, как будто нет ничего плохого в том, как он только что это сформулировал. На глазах у моих друзей. — Ребята тоже придут. Надеюсь, вы, девочки, не возражаете, — говорит он моим подругам.
Конечно, они не возражают. Это плюсик для их репутации в Кампусе.
А ещё их присутствие даст Карине возможность поговорить с Майлзом.
Я не так уверена насчёт Мии. Обычно она держится подальше от спортивных парней. Она считает, что все они высокомерные придурки, которые заботятся только о себе. Уинтер, вероятно, это тоже не слишком понравится. Я уговорила её заблокировать номер телефона Аарона. Ей нужно перестать мечтать об идеальных отношениях с ним. Но этого не случится. Мы обе знаем, что этого не произойдёт.
— Конечно, нет, — взволнованно отвечает Карина.
Всего через несколько мгновений к нашему столику подходят трое других парней. К счастью, стол достаточно большой, чтобы за ним могли разместиться восемь человек. Ну, возможно, станет немного тесновато, но и это сойдёт.
Аарон сидит рядом с Колином, Майлз и Грей по другую сторону от своих товарищей по команде.
К несчастью для Карины, Майлз не сидит рядом с ней. Но это хорошо для него. Бедняга не смог бы спокойно есть, если бы она была рядом с ним.
— Значит, теперь ты обвела вокруг пальца не только одного, но сразу четырёх хоккеистов? — Миа озадаченно фыркает, глядя на меня.
Мия не единственная, кто фыркает. Аарон делает то же самое. Но я держу пари, что по совершенно другой причине.
— Только меня. Однако, у нас комплексная сделка, так что им тоже придётся сделать для неё несколько добрых дел, — отвечает за меня Колин. Хотела бы я быстрее отвечать на вопросы. — Это прозвучало грязнее, чем предполагалось.
Мои друзья начинают смеяться, как и Грей с Майлзом. Аарон, Колин и я молчим. Я понимаю, почему Аарон не смеётся над этой ужасной формулировкой. У него та же причина, что и у меня. Но почему Колин не смеётся над своими собственными словами?
— Перестань занимать так много места, — говорит Аарон, подталкивая Колина ближе ко мне, если это вообще возможно.
Я ошеломлена, Колин сжимает губы в тонкую линию, затем хватает меня за другую ногу — ту, которая всё ещё свободна, и тоже перекидывает её через свою ногу. Вскоре после этого я сажусь на одно из его бёдер.
Он придвигается немного ближе к Уинтер, давая Аарону немного больше пространства. Кажется, он благодарен за предоставленное пространство, но зол из-за того, что его сестра-близнец сейчас сидит на коленях у его лучшего друга.
Колин усаживает меня боком, хотя, думаю, если бы я села спиной к нему, то через короткое время стало бы очень неудобно.
Колин крепко прижимает меня к себе. Одна его рука покоится на моём бедре, его большой палец обводит контуры моих трусиков сквозь тонкий слой одежды, то есть леггинсов.
Поскольку я не знаю, куда ещё деть руки, я решаю просто положить их на бедра. Только там лежит вторая рука Колина. Как я могла этого даже не заметить?
Аарона чуть не тошнит. Мне достаточно просто посмотреть ему в лицо, и я знаю, о чём он думает.
— Не может быть. Значит, вы пара? — спрашивает Майлз, оглядывая нас с Колином с ног до головы.