"Алхимик"-" Ветер". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Учитывая, что я активно сражаюсь, убиваю и сею разрушения, то вопрос не праздный, а очень и очень серьезный. Как бы самому с катушек не слететь. Пока возился с домом и артефактами, обдумывал этот вопрос, пытаясь разобраться в себе. Что-то здесь было ещё, кроме обычного стресса. Что-то такое, что буквально разрушало организм, разум и нервную систему. Из-за чего и появлялась усталость, раздражительность, агрессивность и другие признаки внутреннего дисбаланса.
Эта проблема давала понять, как мало я знаю. Хуже того, есть множество моментов, о которых я даже не подозреваю. Какие-то скрытые процессы. Аналогию можно провести с энергией. В моём мире из-за низкого уровня почувствовать её было сложно. Здесь с этим проще и сейчас без измерений, на одних лишь ощущениях я мог почувствовать, в каком месте поток выше.
Энергию я вспомнил, потому что местные ученые используют этот термин не так, как алхимики. Да даже если залезть в учебники начальной школы, там будет что угодно, кроме той силы, которую я использую для своих нужд. Речь идёт именно о силе, это некий ресурс, позволяющий менять реальность. Это не метафора, а конкретная субстанция, которую можно собрать и запереть в чём-то. Также эта субстанция, как оказалось, может иметь различные свойства, типа температуры или агрессивности. Последнее я увидел у той женщины, которой отрубил руки. Её сила имела свойство разрушать всё, с чем соприкасалась. Что сильно походило на алхимию разрушения, в которой использовался схожий принцип. Только вот она не применяла никаких печатей, а действовала напрямую. Тоже хороший вопрос, над которым ещё предстоит подумать.
Я это всё к тому, что, возможно, есть и какие-то другие силы, которые «дают по башке, когда ведешь себя плохо». А может, и нет. Может, это последствия побега из умирающего мира, переселения в другое тело, почти двух лет, проведенных в лаборатории, неизвестных опытов или чего-то подобного.
Само собой рождалось понимание: один я не справлюсь. Подключать людей князя не хотелось. Алхимия — это моё. Они могут пользоваться дарами, но отдавать саму суть — нет уж. Это принципиальный вопрос. Однако ждать, пока подрастут другие алхимики, чтобы вместе начать исследования — для этого потребуется слишком много времени. Если только… На секунду я представил, как сделаю партию артефактов, какие подготовил для Кира, и с помощью Ольги Владимировны разошлю их по всем школам в стране. Соберу сотню-другую учеников и… Что будет дальше, мозг отказался представлять. Перед глазами упорно вставали картины разрушенного мира. Надо бы сначала с самим собой разобраться и понять, откуда берется это проклятое давление, которое превращает меня в один сплошной оголенный нерв.
Перечисленные дела и размышления шли фоном относительно главной задачи. Проблема Шестого не была решена. И по тем данным, что доходили до меня, я начинал подозревать, что она в принципе не имеет решения. Если смотреть на ситуацию не столь категорично, все можно свести к: вопрос не имеет быстрого решения. Или того решения, где исключен элемент удачи, и работа сводится к конкретным действиям.
Ходоки обладали неоспоримым преимуществом. Если бы речь шла о публичной личности или хотя бы об обычном аристократе, ситуация была бы на порядок проще. У аристо есть привязка к территории. Родовые земли, особняки, заводы и прочие вещи, которые позволяли их выследить.
Шестой не был обычным аристократом. Он управлял преступными организациями по всему миру, оставаясь в тени. Благодаря способностям ходока, он мог встречаться с ними где угодно, а потом растворяться. Или не встречаться, а передавать указания дистанционно, через помощников или каким-то иным способом, чтобы исключить ситуацию, где на него поставят метку или пройдут по следу. Сам он при этом мог проживать в любой точке мира.
Что получаем… Его слабое место — это преступная сеть. Разрушая её, мы тем самым наносим ему ущерб. Проблема в том, что он готов на любые меры, вплоть до терроризма. Не исключено, что, если война быстро не закончится и мы прижмем его сильнее, взорвут не одно метро и здание, а половину города. А то и несколько городов. Готовность действовать жестко, за гранью — это его сильная сторона. Пусть оттенок этой силы кровавый, но отрицать, что он может набедокурить, было бы глупо.
 
Маловероятно, что Шестой общается с рядовыми участниками сети. То есть все те, кто попал к Родиону в застенки, его знать не могут. Возможно, смотрители, курирующие большие территории и выступающие кем-то вроде директоров, знают больше, но я сомневаюсь, что они укажут конкретный адрес. Глупо было бы со стороны Шестого так подставляться.
Я знал, что Родион сейчас копает в этом направлении. Шестой и его деятельность, как нетрудно догадаться, были костью в горле у многих людей. В том числе у аристократов, правителей и всех тех, кто обладал властью. Это ещё одно слабое место. Нашими руками могут попытаться решить свои проблемы, а это возможность выйти на ещё один след. Предсказуемый ход с нашей стороны, и я сомневаюсь, что он даст какой-то выхлоп. Отработать мы его обязаны, но… Шестой засунул своему смотрителю бомбу в живот, чтобы навредить нам. Он знает, что остальные смотрители в опасности, и, по идее, они уже должны были залечь на дно. Либо нам подготовили ещё одну ловушку.
Это как раз пример того, когда делаешь ход, лажаешь и даёшь возможность оппоненту выработать защиту. Здесь мы даже ход сделать не успели, как нас обыграли. Вывод: предсказуемые ходы — это хороший способ получить смачную оплеуху.
Нужно мыслить нестандартно, найти такой ход, который он предсказать не сможет.
В голове крутилась мысль о необходимости разрушить его структуру, помочь правительствам, где он ведет бизнес, окрепнуть и сделать так, чтобы он пал в глазах других главарей организации. Возможно, тогда они его устранят. Но не факт, что я об этом узнаю, и не факт, что новый Шестой не продолжит мстить. Да и долгий это путь, а вести затяжную войну я не хотел. Поэтому оставил этот вариант на крайний случай.
Другой вариант — подкупить тех, кто что-то знает про Шестого. Уверен, Исида в курсе, где его найти. Задумка сложна в исполнении. Во-первых, я не представляю, что такого предложить, чтобы она продала «своего». Во-вторых, не знаю устройства организации, отношений главарей между собой, чтобы ими манипулировать. В-третьих, я не придумал способа, как проверить честность сделки. Что мешает Исиде назначить запредельную цену и подсунуть кого-то липового? Ничего.
Попробовать-то можно. Как минимум, если Исида ещё раз придёт общаться, предложить ей идею. Правда, если она не дура, то откажется от артефактов. Я не я буду, если не воспользуюсь возможностью и не внедрю что-нибудь дополнительное, с возможностью отследить.
Был и третий вариант. Если не получается достать Шестого, надо дотянуться до кого-то другого. Взять в плен и допросить. Задача настолько же сложная, как и поимка самого Шестого. На данный момент я придумал три направления. Первый — Исида. Раз уж сама ко мне лезет, можно попробовать подловить. Второй — мастер зверей. Слишком уж у него направление характерное. Тут тебе не тайная преступность, нужны большие площади, чтобы зверьми заниматься. Третий — новое оружие. Что-то мне подсказывает, что это дело рук организации. Не факт, что напрямую они разрабатывают, может, курируют, но то, что как минимум где-то рядом стоят и присматривают — в этом я точно уверен. Иначе откуда у бандитов продвинутые игрушки? А раз курируют, значит, есть тот, кто этим занимается, и вот он может вывести на Шестого или кого-то другого в организации.
Обдумав эти идеи, пригласил Родиона на разговор. К себе домой. В комнату, которую оборудовал максимальной защитой, чтобы уж точно не подслушали.
— Можно пустить эти направления в разработку, — сказал он, выслушав.
— Только как это сделать, чтобы не произошло утечки?
Несмотря на все проверки, отлавливание многоликих и прочих шпионов, всегда оставался шанс, что часть информации уйдёт на сторону. Как сделать так, чтобы этого не случилось или чтобы случилось правильным образом — над этим Родиону голову ломать. Не моя компетенция и хорошо, что так.