Проклятый бог (СИ)
Под вечер пятого дня с момента начала странствия караван приехал в район пустынь, где должен был располагаться восточный оплот хетай-ра в пустынях, Четвертый Бархан. В слабом звездном свете путники по мере своего продвижения вглубь территорий одну за другой различали каменные остовы старинных сардоб, указывавших на местонахождение полиса. Для путешественников, никогда ранее не бывавших в этом городе, наверняка, найти главный вход было практически невозможно без чужой помощи. Но к счастью, из отряда посла в Четвертом Бархане уже бывал Оцарио, и не он один, и потому до нужного места группа добралась достаточно быстро.
Солнце давно уже село, оставив после себя лишь крупицы стремительно ускользавшего тепла, путники устали и замерзли — всем хотелось поскорее войти в город и добраться до положенных им кроватей, поэтому сольпуг подгоняли нещадно. Входом в Четвертый Бархан служил огромный валун, глубоко врытый в песок. С какого-то ракурса даже можно было назвать это полноценной скалой, если бы камень не имел гладкую цельную структуру без малейших трещин и сколов, как яйцо. С первого взгляда могло показаться, что ничего примечательного, кроме размеров, в валуне не было, но даже камни порой хранят свои секреты. Стоило Оцарио одним из первых спешиться и прислонить к гладкой отшлифованной поверхности ладонь, воззвав к Эван’Лин, как песчаник под его пальцами дрогнул, рождая в глубине булыжника низкий гул. Через полминуты, когда вся группа уже слезла с ездовых пауков и окружила торговца, толща песка на их глазах медленно расступилась, открывая черный зев прохода. В чреве дыры можно было рассмотреть лишь длинную прямую как стрела рампу, уводившую в непроглядную темноту.
— А с пауками что будем делать? Отпустим? — спросил Манс, оглядывая спутников.
— Зачем? — удивилась Эрмина. — Здесь дальше по коридору должны быть стойла. Отведем их туда пока что, если найдутся свободные места.
— Сейчас все торговцы с караванами должны держать путь в Первый Бархан, чтобы успеть посетить ярмарку до окончания Совета. Готов поспорить, все загоны будут пусты! — поделился предположениями Оцарио, забираясь обратно на спину своей сольпуги и направляя ее вперед.
Остальные путешественники последовали его примеру и скорее ступили в скрытый проход. Через несколько метров им повстречались стражники, несшие свой дозор в небольших нишах по бокам коридора. Они окинули новоприбывших суровыми внимательными взглядами, но после того, как Лантея представилась и объяснила цель прибытия, спокойно пропустили гостей дальше. Достаточно широкий и прямой тоннель под углом уходил вниз, а редкие фонарики бросали слабый свет на старинные иероглифы и барельефы, высеченные на каменных стенах. Вскоре путники отыскали отдельный зал с пустующими стойлами, где и оставили покрытых пылью и песком сольпуг у скучавшего смотрителя, забрав с собой лишь часть сумок и баулов.
Через какое-то время дорога вывела группу к подземной пещере, где и располагался сам город. На первый взгляд Ашарху показалось, что Четвертый Бархан был гораздо меньше по своим размерам, чем Первый и даже Третий, и вскоре он в этом убедился. Здесь были низкие потолки, а весь полис представлял собой пару-тройку небольших залов, заполненных маленькими приземистыми домиками с потемневшими стенами. Ни изящных лестниц, ни живописных водоемов — лишь суровая простота небольшого провинциального города, отдаленного от центра пустынь. Даже дворец совершенно ничем не выделялся на фоне остальных строений. Скромное двухэтажное здание, затерявшееся среди идентичных серовато-желтых домов, Ашарх ни за что в жизни не принял бы за обитель матриарха, настолько невыразительной была его архитектура.
Почти четверть часа группа ждала в приемном зале дворца, когда же их соблаговолят встретить. Все были уже довольно уставшими, но, прежде чем думать об отдыхе, следовало переговорить о делах с местными представителями власти и добиться достойного размещения на ночлег. Когда изучение изъеденных временем и прикрытых полинявшими гобеленами стен отряду уже окончательно опротивело, откуда-то со стороны внутренних помещений наконец вышла широкоплечая миловидная женщина.
— Слуги мне доложили, что прибыло некое посольство из Первого Бархана. Надо полагать, это вы? — негромко и с нотками легкого недовольства в голосе спросила женщина. Судя по ее небрежному внешнему виду, одевалась хетай-ра в явной спешке, и сообщение прислужников, вполне возможно, застало ее уже в кровати.
— Я посол от Совета Пяти Барханов, Лантея Анакорит, сестра нового матриарха Третьего Бархана Мерионы Анакорит, — важно представилась девушка, чуть задрав подбородок. — Позвольте поинтересоваться, с кем имею честь разговаривать?
Похоже, несколько высокомерный тон Лантеи не понравился этой хетай-ра, и она, прищурившись, надменно произнесла:
— Меня зовут Наудитэль Сацгиан, я кузина матриарха Сигриды.
— Вы ее сейчас замещаете?
— Да. Пока она отсутствует на Совете, я выполняю обязанности управляющего. А что вам надо?
— Замечательно. Значит, именно вы мне и требуетесь. — Лантея заложила руки за спину и расправила плечи, на которых лежала тяжелая цепь коллара. — Мы направлены из Первого Бархана на восток. Наш путь пролегает через Четвертый Бархан, здесь же, по указанию матриарха Сигриды, нам должны выделить сопровождающего от города и позволить пополнить запасы продовольствия для дальнейшей дороги.
На лице Наудитэль отразилась неприкрытая неприязнь, неясно чем вызванная.
— Думаю, это какая-то ошибка. Мы никого не ждали.
— Вам не приходило письмо от Совета? — удивилась Лантея. — Мы выехали из Первого Бархана пять дней назад, почтовый орел давно бы добрался! Тем более что песчаных бурь не было!
— Насколько мне известно, никаких новостей последнее время не поступало. Я прикажу привести управляющего птичником, спросим у него, — процедила Наудитэль и поморщилась. — И я прошу вас, говорите тише. Моя маленькая дочь спит на втором этаже. Мы с кормилицей и так с трудом ее сегодня уложили. Она чутко спит, и ваш звонкий голос может ее разбудить!
Женщина быстро обернулась к двум стражникам, стоявшим возле дверей, негромко окликнула их по именам и послала за смотрителем. Один из воинов кивнул и бесшумно удалился из помещения, а второй остался нести свой дозор.
Пока все ожидали его возвращения, Лантея обменялась недоумевающими взглядами с Мансом и Оцарио, которые внимательно прислушивались к разговору и так же, как и девушка не могли понять, что происходило. Через несколько минут в зал стремительным шагом вошел отправленный на поиски страж, а следом за ним семенил пожилой мужчина в кожаной жилетке, все плечи которой пестрели пятнами свежего и подсохшего птичьего помета.
— Смотритель Агло, сегодня приходили какие-нибудь письма из Первого Бархана? — Наудитэль свысока обратилась к старику, пощипывавшему свою жидкую бородку.
— Нет же. Вы утром только изволили интересоваться. Не прилетали птицы уже дня три, я же говорил вам, — немного заикаясь пробормотал Агло, смотря в пол. — Одна богиня ведает, где они все запропастились. Может, там буря какая в пустынях прошла, не знаю я. Не было никого.
Манс незаметно ткнул локтем в бок сестру и многозначительно поднял брови.
— Помнишь, ты говорила, что исчезновение птиц в Третьем Бархане было связано с нападением? — едва слышно прошептал юноша на ухо девушке. — Неужели здесь тоже самое?
— Не знаю. Если это так, то за городом, вероятно, следят ифриты, — тихо проговорила Лантея и поморщилась.
— Может, стоит рассказать им?
— Что-то мне подсказывает, что нас в этом полисе скорее примут за сумасшедших, чем поверят словам об имперцах. Судя по всему, этот Бархан еще ничего не слышал о недавних событиях, Сигрида отсутствует, а официальных распоряжений от Иамес не поступало…
— Мы вам не мешаем? — довольно невежливо привлекла внимание гостей Наудитэль, уже закончившая беседовать с Агло и отпустившая его обратно в птичник.
— Я слышала все, что сказал ваш смотритель, — холодно отозвалась Лантея, хмуря белые брови.