Крушение империи (СИ)

— М-м-м… а почему именно я?
— Вы что — хотите отказаться от чести представлять нашу страну за рубежом? — строго спросил меня «прилизанный».
— Ну да! — ответил я ему на голубом глазу. Все, кто собрался в этом кабинете уставились на меня как на полного идиота. Ну вот как можно такое ляпнуть? Да, даже если ты действительно не хочешь — так все равно нельзя говорить! Ибо чревато! Настоящий советский человек при подобном предложении должен гордо вскинуть голову и, вцепившись в древко, высоко вознести знамя страны Советов… Но это еще ладно. Это так — идеология. Если же считать по нормальному — тебе ж, дурику, предлагают поездку не просто куда-то за границу, например, в ту же Монголию или, там, Эфиопию с Йеменом, во что люди так же вцепляются руками и ногами, потому что это, как минимум, чеки и доступ к «Березке», а в сам ПАРИЖ! А ты, придурок, еще кочевряжишься… Ну а я — ну это самое слово, продолжил:
— Понимаете, у меня сейчас дел — до фига! Поэтому со временем просто швах! Во-первых — учеба. Я ж пока на первом курсе.
— С этим не волнуйся, — тут же поспешно вступил декан. — Все зачеты и экзамены…
— Да не в этом дело, — небрежно отмахнулся я. — Мне, в первую очередь, знания нужны, а не отметки! Но и это не все. Мою новую книжку не приняли в печать, насыпав вот такой ворох замечаний, — тут я руками показал какой. — И я ее сейчас активно переделываю. Плюс перерабатываю две предыдущих… Я вот хочу предложить их в серию «Библиотека приключений и фантастики». А это очень непросто! Там такие имена печатаются… Так что работы — море! Вследствие чего у меня сейчас вообще нет времени на серьезные тренировки. А вам же надо чтобы я оказался где-то наверху. Лучше всего в первой тройке. Ну чтобы мне начали в нос микрофон совать…
— Это было бы хорошо, — снова влез третий.
— Ну вот и я о чем… То есть, в случае моего согласия, мне, чтобы не стать балаболом, нужно будет отодвинуть все свои дела и сосредоточиться на подготовке. Да и то не факт, что у меня получится. Я ж ведь не спортсмен. И связывать свою жизнь со спортом не собираюсь. В Кошице мне просто повезло. Ну сложилось так… Но не факт что так же повезет и в Париже, — я озабоченно покачал головой. — К тому же, если честно, вот не хочется мне мотаться по заграницам. Мне и в моей стране хорошо! Так что пошлите кого-нибудь другого. Я думаю очень многие захотят, — я замолчал, а все присутствующие обменялись взглядами, в которых явственно читалось: «Ну вот как можно говорить о чем-о серьезном с подобным идиотом!» В кабинете на некоторое время повисла слегка озадаченная тишина, а затем в разговор вступил «комсомолец», который передавал мне привет от Пастухова:
— Роман, с учебой нам все понятно. Но ты же талантливый парень! Школу закончил с золотой медалью! Так что даже если где и отстанешь — так быстро нагонишь! А если и не сразу, так на твоих оценках это точно не отразиться…
После этих его слов декан энергично закивал.
— Вот видишь… — заметно воодушевившись, продолжил комсомольский функционер. — Так что этот вопрос, можно считать, снят. С изданием твоих книжек мы тебе так же поможем. Так что ты насчет этого не волнуйся. Где там ты хочешь, чтобы их напечатали? В серии «Библиотека приключений и фантастики»? Не волнуйся — напечатают. Так ведь товарищи?
На этот раз энергично закивал главный. Я же, внутри, радостно оскалился. Дело в том, что после того, как моя поддержка, так сказать, «на высшем уровне» слегка ослабла (ну или не слегка), у меня начались проблемы с «Лениздатом». Серьезные или нет — я пока не понял. Но, как бы там ни было, мою следующую книжку, являвшуюся продолжением двух предыдущих и окончанием всего цикла — взяли и завернули. Формально претензии состояли в том, что сюжет был недостаточно проработан, герои прописаны не слишком хорошо, да и сам стиль изложения легковесен и обладает явными признаками подражания западной массовой литературе… В этом была своя правда, особенно в последнем заявлении. Нет, я старался писать так, как принято в этом времени, но руку, «набитую» сотней с лишним романов, нет-нет да и заносило, так сказать, на старую траекторию. В будущем же был популярен динамичный стиль, который здесь и сейчас как раз-таки считался легковесным и присущим западной масс-культуре… Но, дело в том, что подобные претензии можно предъявить к любой моей предыдущей книжке. В том числе и к тем, что были уже опубликованы «Лениздатом». Однако, они все согласования прошли просто влет! И продались, кстати, так же. Так что дело, скорее всего, было не в невысоких художественных достоинствах моего текста, а в том, что до руководства издательства уже дошел слух, будто я более не являюсь «забавной зверушкой» кого-то там наверху, и оно приняло решение поставить меня на место. А то ишь разошелся — по книге в год выпускает! Да даже заслуженные «мэтры» и то могут рассчитывать на одну в три-четыре года, а уж кто помельче очередной публикации ждут едва ли не десятилетия, перебиваясь редкими гонорарами за всякую побочку…
 
Как бы там ни было, мне пообещали помощь в издании моего нового и двух предыдущих романов в знаменитой «рамке». Тем более, что по формальным параметрам я к ней вполне подходил — пишу фантастику, автор нескольких опубликованных книг, издавался за границей… То есть, конечно, на грани, но подходил! А в этой серии выходили такие корифеи приключенческой и фантастической литературы как Жюль Верн, братья Стругацкие, Дюма, Ефремов, Фенимор Купер, Вальтер Скотт, Казанцев, Обручев, Стивенсон. То есть, напечатавшись в этой серии, я одним махом попадал в очень хорошую и весьма солидную компанию! Хотя сам я отлично понимал, что по реальному уровню до них ну вот никак не дотягиваю. Но ведь кроме «корифеев» там выходили и куда менее талантливые «творцы», явно попавшие в серию по знакомству или блату. А уж сколько таковых появилось, когда схожие по оформлению серии начали выпускать разные издательства в девяностых и начале двухтысячных… Так что ничего — потерпят. К тому же, поскольку эта серия выходила в «Детгизе», то есть, вернее, сейчас это назвалось «издательство «Детская литература», то и тиражи у нее были о-о-очень впечатляющие. Куда там той же «Молодой гвардии» с «Лениздатом»… Нет, больше денег мне это не принесет, поскольку сейчас основные деньги платят за объем, а не как в будущем — роялти с тиража, но мне точно будет приятно.
— Понимаешь, — продолжил между тем, «комсомолец», — нам действительно очень нужно, чтобы поехал именно ты. И именно в Париж. Дело в том, что французы еще со времен войны не очень хорошо настроены по отношению к немцам. До сих пор их недолюбливают… А твой ответ корреспонденту немецкого телеканала на Кошицком марафоне был растиражирован по всей Германии через частные немецкие телестанции, а затем, через Эльзас и Лотарингию, где велика доля немецкоговорящих граждан, попал и на французское телевидение. Причем, его показали в новостях на TF 1. Где, судя по опросам и опубликованным письмам, он очень понравился французам. Так что шанс на то, что, если на Парижском марафоне побежишь ты, к тебе, как представителю СССР, обязательно подойдут корреспонденты, причем много и разные — очень высокий. А вот если кто-то другой — не очень. Нет, кто-то точно подойдет, но гораздо меньше. Нам же нужно, чтобы прогрессивная общественность Франции…
Короче, меня уговорили. Впрочем, особенно сильно я и не упирался. Если они действительно сделают то, что наобещали — все будет просто отлично! Да даже если только половину — и то хорошо. К тому же, после того как «гости» покинули кабинет декана, я снова заглянул к нему, и мы пообщались насчет того, что через полтора с небольшим года на наш факультет будет поступать моя невеста.
 
— Она тоже отличница! Да и, понимаете, мы с ней с ее первого класса вместе. И в художественную школу вместе ходили, и в «музыкалку», и на плаванье. Да и в забегах вместе участвовали. Даже в том же Кошицком марафоне… — короче, декан пообещал мне, что поспособствует поступлению к нам на факультет «такой талантливой во всех отношениях и спортивной девочке». Конечно, было совершенно понятно, что никаких гарантий этот разговор не дает — все будет зависеть от того, какие у нас с ним будут отношения через эти самые полтора года. Да и не только с ним… Но, как бы там ни было — удочки были заброшены. А там будем посмотреть, как оно все повернется.