Девушка в наушниках (СИ)
Меня? Он серьезно?
— Просто удивительно. Ты же тоже не понимаешь меня?
Я молча и как-то автоматически киваю, смотря, как кровь с его разбитых костяшек стекает по руке.
— Эльвира?
Я поднимаю взгляд.
— Из воды, холодное, скользкое. Что это?
— Лед, — шепчу.
Я думала, что эту игру мы оставили…
— Умница, — произносит он и улыбается.
Сумасшедший…
— Знай, ты не помогла ей. Он теперь будет ее мучить очень долго, — протянул брюнет, вставая с кровати.
— Помоги ей, — вырывается у меня.
Она не убежала? Брюнет же побил его…как?
— Зачем? — наигранно удивленно спрашивает он.
— Это…какой-то ритуал? Вы…поклоняетесь кому-то…
— Я бы сказал, что поклоняются все же нам, — сказав это, он прыснул от смеха и плюхнулся на кровать.
Кровать опустилась под его весом, а я подскочила на ней.
— Зачем вы это делаете? В чем мы виноваты?
— Мы? Лучше говори о себе.
Я сглатываю.
— В чем я виновата перед тобой? — неуверенно и тихо спрашиваю.
— Сама знаешь, — произносит он и глубоко вздыхает.
Я замечаю на постели кровь.
— Вспомнил, — вдруг восклицает он и резко садится.
Я вздрагиваю.
— Мы же грязнули. Только посмотри, — говорит он и встает, разворачиваясь к кровати.
Брюнет кивает в сторону, я догадываюсь, что он хочет, чтобы я встала. Я резко вскакиваю и ударяюсь коленом об край тумбочки.
Но вида не подаю, только моргаю часто, чтобы прогнать наступающие слезы.
— Какая же ты дурочка, — произносит брюнет, смотря на меня и собирая постельное белье.
Я топчусь на месте, сжимая кулаки.
— Быстрее упадешь случайно и умрешь сама, чем я тебя убью, — насмешливо произносит он.
Брюнет держит постельное белье и толкает меня в сторону двери. Мы идем в ванную. Парень бросает грязное белье в стиральную машинку.
— Почему у тебя нет раны? — вырывается у меня тихо.
Я все время смотрела на его голову. Я же ударила его камнем…это же было реально?
— Все заживает, как на собаке, — насмешливо говорит он. — Ты выглядишь ужасно. Как будто из ужастика вылезла. Даже я начинаю бояться.
Я сжимаю ткань ночнушки и смотрю на пятна крови. Поднимаю руку к лицу и трогаю нос.
Совсем не болит.
— Я дам тебе пол часа, — произнес он и вышел.
Я снова стояла в каком-то трансе, не понимая что делать.
Что вообще происходит?
Я почему-то боялась посмотреть в зеркало…поэтому просто подошла к ванне, залезла в нее, задернула шторку и включила воду. Она была холодной, но потом стала намного теплее. Я быстро сняла ночнушку, помылась, распечатав новое мыло, прополоснула участки ткани ночнушки, где была кровь, и надела ее обратно.
Лучше так, чем голой…
Выключила воду и выглянула.
Никого…он снова положил сложенную одежду на тумбочку.
Я думаю, что мне повезло…он не насилует меня…душил, да…но я уже не могу сказать было ли это реально…шея не болит, когда я ее касаюсь…укуса змеи нет…но я еще не могу сказать точно…что будет впереди…
Я вылезаю из ванной. Осторожно, чтобы не поскользнутся.
Подхожу к тумбочке и беру одежду. Подбегаю к ванне, залезаю, задергиваю шторку, вешаю одежду на край ванны и раздеваюсь. В мужской кофте мне сразу же становится тепло. Я натягиваю спортивные штаны и тяну шнурки на поясе, чтобы хорошо держались на мне. Я надеваю носки и вылезаю из ванной, схватив мокрую ночнушку. Выкручиваю ее, смотря на капли воды, которые падают в ванну и стряхиваю ее несколько раз. Я почему-то складываю ее и кладу на тумбочку.
Несколько секунд стою на месте, а потом замечаю новые зубные щетки на столе с разными средствами гигиены.
Стою еще целую вечность, а потом беру зубную щетку с зубной пастой и подхожу к умывальнику. Распечатав зубочистку, наношу пасту на щетку. У меня дрожат руки и я не рассчитываю силы, из-за чего много пасты падает в раковину. Я бросаю все в раковину и хватаюсь за мокрую голову. Мой взгляд натыкается на мое отражение.
Какая же я жалкая неудачница…
Я включаю кран, дрожащими руками мою под ним щетку и снова пытаюсь нанести пасту. В этот раз выходит и я откладываю зубную пасту и начинаю чистить зубы.
Действия резкие. Когда я выплевываю, вижу пасту вперемешку с кровью. Я наклоняюсь к раковине, набираю в рот воду и выплевываю. Умываюсь холодной водой, пытаясь остановить слезы, и смотрю на дверь.
Пол часа…Сколько уже я здесь? Нет, не в этой комнате…а вообще…здесь…Сколько дней?
Семь? Восемь?
Как же мои родители? Что с моей мамой? Она же с ума сходит, волнуясь обо мне…
Я снова умываюсь и выключаю воду.
Что же мне делать? Я уже не понимаю…где реальность, а где иллюзия…
Я должна что-то придумать…
Я смотрю на свои дрожащие руки и снова включаю холодную воду. Держу под краном ладони и смотрю как вода стекает с каждого пальца в раковину.
Я глубоко и учащенно дышу…Хочется плакать…Так сильно хочется закричать, что-то разбить, хочется выплеснуть всю эту дрянь наружу, но я сдерживаюсь…не время истерить…
Я должна что-то придумать…
Дверь со скрипом открывается. Брюнет входит в комнату. Я замечаю безразличный взгляд его голубых глаз…Он осматривает меня с ног до головы.
Я испуганно выключаю воду и стою, немного опустив голову.
Он подошел ко мне, протянул ладонь. Я неуверенно вложила в нее свою руку.
— Прогуляемся? — спрашивает он и тянет меня.
Видимо, ему ответ не нужен. Он тащит меня на первый этаж.
— Мне не сложно, — произношу я как-то тихо и хрипло, когда брюнет приседает на корточки и берет кроссовки.
Он снова обувает меня. Осторожно, не спеша.
Как будто я ребенок…как же это все ненормально…
Завершив процедуру, он поднялся, и мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его лицо.
Слишком близко…Его лицо совсем рядом, я чувствую его дыхание на лице. Я теряюсь в глубинах его глаз.
Делаю шаг назад и ударяюсь ногой об что-то.
Тумбочка для обуви, отлично! Это уже просто карма…
Я приседаю на корточки, чтобы собрать баночки обувного крема и щетку с ложкой для обуви, которые упали из-за меня.
— Оставь, — хохочет он и хватает меня за талию, поднимая.
Я чувствую его тепло…
Это просто ужасно думать о его тепле…о его руках…
Я не говорю, что это приятно…Просто я начинаю немного дрожать…начинаю смущаться…в груди волнение, которое съедает тебя изнутри…
Это отвратительное чувство…что-то холодное и липкое…оно заставляет тебя ненавидеть себя…
Я чувствую, щеки краснеют, в висках стучит.
Это для меня что-то…я просто чувствую смущение…разве у меня есть право чувствовать это в такой ситуации…Была бы я другой…была бы дома…
Он так и держал меня одной рукой за талию, когда мы вышли на улицу. Я резко отошла от него и его рука просто повисла вдоль его тела, а он просто улыбнулся.
Как же быстро меняется его лицо…Глаза…
Он то улыбается, то режет холодным и безразличным взглядом…Но я и сейчас…когда смотрю в его глаза…не вижу радость в них…улыбка только на лице…
В глазах знакомая пустота…
Сегодня пасмурно, сильный ветер, и пахнет дождём. Мне холодно и я обнимаю себя руками.
— Мы не долго, — говорит он, следя за каждым моим вздохом.
Повисает неловкая тишина.
Я топчусь на месте, не зная что делать.
Спросить? А если разозлится? Попытаться уговорить? Спросить что-то или нет?
Да…нет…
Раз…два…Два…Три.
— Какой сегодня день? — выдыхаю я.
Решилась все же…
Брюнет выходит на дорогу, и я следую за ним.
— День…дождливый, пасмурный…я бы сказал, что мрачный…
Он издевается или правда не понял?
Вот теперь нужно решится на второй вопрос…
Один…Два…Тр…
— А что? — спрашивает он, замедляясь.
Теперь мы шагаем синхронно.
— Я…не так…сказала…какое сегодня число? — осторожно спросила.
— Двадцать первое, — ответил он, следя за мной.
Я неосознанно кивнула, смотря на мокрый асфальт.