Инициация (СИ)

— Чем именно он болел? Где лечился? И почему раздарил настолько много имущества перед смертью? — я машинально озвучиваю вопросы, которые приходят в голову, а маркиза слегка меняется в лице.
— Даже если мы перешли на “ты”, это не означает, что ты так бесцеремонно можешь интересоваться чем угодно. К тому же я всё равно ничего не знаю, старый хрыч не спешил делиться секретами с “любимой женой”.
Задумавшись, стою на месте и девушка практически тычет сумкой мне в лицо.
— Ты собираешься забирать оплату или мне вернуться в дом? — в голосе маркизы звучат толики гнева и я протягиваю руку, принимая награду.
Расстегнув крепления в виде металлических пуговиц, заглядываю внутрь. И правда украшения. Сваленные в груду и слегка блестящие в свете фонаря.
Аристократка сразу же разворачивается к нам спиной, направляясь к дому. А мы медленно шагаем по улице, оглядываясь в поисках кэба. По другой стороне дороги проходит чопорная пара — мужчина в длинном пиджаке с фалдами, опирающийся на массивную трость и женщина в закрытом платье. Оба с подозрением разглядывают нас, но в итоге мы просто проходим навстречу друг другу.
Зато добравшись до перекрёстка, слышу сзади свисток. Обернувшись, вижу бегущего полицейского, который придерживает рукой кобуру, что бьёт его по бедру.
— Стоять! Немедленно! — приближаясь он отдаёт приказ, а я замечаю, как рука поэта ложится на эфес шпаги.
— Не вздумай. Если я не отдам команды, не смей доставать оружие, — инструктирую я парня.
Неизвестно, как местные законы относятся к Странникам. И учитывают ли они их вообще. В любом случае, нападение без веской причины, на офицера полиции — плохая примета, в каком бы из миров ты не находился.
Подбежавший страж законы с подозрением оглядывает нас. Сначала щегольски одетого Вэнра, а потом и меня — с кровью на лице и в изрядно запачканной куртке, на которой тоже остались порезы.
— Что у вас в сумке? Откуда у вас вообще женская дорожная сумка? — яростно выпаливает он, демонстративно держа пальцы на кобуре.
— Золото. Нам заплатили, — пожимаю я плечами в ответ.
Интересно, для каких вещей эта дорожная кладь предназначена? Если учесть её размеры и объём вещей, который обычно берут с собой женщины, в этой можно возить разве что запас нижнего белья. Да и то не факт, что влезет.
— Кто заплатил? За что? Целая сумка золота? — полицейский расстёгивает кобуру, буравя меня взглядом.
— Маркиза Валья Рант. За выполнение заказа. И нет, сумка не совсем полная. Но золота вроде немало.
Растерянно моргает. Потом остервенело трясёт головой.
— Хватит меня за нос водить! Дай сюда, я сам посмотрю! — рявкнув, протягивает ко мне левую руку.
Вместо того, чтобы отдать ему сумку, вытаскиваю из под рубашки жетон, положив его поверх ткани.
— Я же сказал, нам заплатили. Вернее, мне. За уничтожение пустотника в особняке маркизы Вальи Рант. Если у вас есть какие-то вопросы, адресуйте их ей. А мы пожалуй пойдём, — озвучивая фразу за фразу, вижу, как меняется лицо правоохранителя и быстро пропадает агрессия, на место которой приходит растерянность, а затем и страх.
— Да-да, конечно, господин Странник. Извините. Я же не знал… Мне просто сказали… Да что же вы стоите, идите по своим делам. Не задерживаю. В смысле даже не думал вам мешать. Извините ещё раз, — перепуганный полицейский тараторит, как попугай, параллельно медленно отступая назад.
Я разворачиваюсь и спрятав жетон под рубашку, шагаю дальше.
— Надо было его ещё заставить извиняться, — внезапно говорит Вэнр.
Удивлённо кошусь на него и парень объясняет.
— Как простых людей прессовать, да угрожать переломанными конечностями или отбитыми внутренностями, эти уроды всегда готовы. А стоит кого-то сильнее встретить, как едва ли не на колени становятся. Твари, — сплёвывает поэт.
Пройдя ещё несколько шагов, разражается стихом.
Где они, когда льётся кровь?
Пьют пиво, да трахают шлюх.
Простых горожан готовы ломать об колено,
А сильным поют дифирамбы вслух.
Судя по тому, как яростно раздуваются ноздри спутника, тема для него отчасти личная. В этом есть смысл — если ты бездомный поэт, перебивающийся случайными заработками, рано или поздно столкнёшься с полицией.
 
Ловим кэб и Вэнр называет настороженному извозчику адрес гостиницы. Тот ещё какое-то время пялится на меня, но в конце концов даёт лошади команду двигаться. Пожалуй завтра нужно будет купить ещё один комплект одежды. Желательно не настолько дорогой, как эта.
— Отметим второй выполненный заказ? — Вэнр не оставляет попыток перейти в режим веселья, а я устало вздыхаю.
— В гостиницу. Сегодня ещё есть дела, — отрезаю я, давая понять, что оптимально не трогать эту тему.
— Да какие сегодня ещё дела, проглоти их Пёс! — искренне возмущается парень.
Молча постукиваю пальцем по жетону под рубахой и до поэта вроде доходит. По крайней мере, больше предложений о кутеже я от него не слышу.
Расплатившись с извозчиком, спрыгиваю на землю. Вот и гостиница. Правда около входа тоже стоит полиция — сразу трое мужчин в форме. Плюс, ещё пара в гражданском. Судя по тому, как себя ведут — из того же ведомства.
Сделав несколько шагов вперёд, замечаю и причину их появления здесь — валяющийся на земле труп. Лежит на самой границе света от газового фонаря и тени, детали рассмотреть не получается.
Продолжаю идти вперёд, но тут один из тех, что одеты в гражданское, двигается наперерез. Встав на моём пути, осторожно интересуется.
— Вы же тот Странник, что остановился в гостинице, верно?
Быстро здесь расходятся слухи. Что-то подсказывает, к завтрашнему утру, весь город будет в курсе, что у них появился Странник. Даже не знаю, к лучшему это или наоборот.
— Да, — коротко киваю я. А полицейский слегка теряется, получив настолько короткий ответ.
— Убитый был форингом Странника Вальта. Вы были с ним знакомы? — глянув в сторону трупа, страж закона всё же продолжает импровизированный допрос.
Тот самый форинг, которого мы видели около лавку Лураца? Кричащий что-то о Невидимом Звере и по словам маркизы, собиравшийся меня убить. Теперь он сам мёртв, а труп находится около гостиницы, где я поселился.
На момент разум окутывает непонимание. А следом приходит ярость, к которой добавляется толика страха. Полиции я не опасаюсь. Сомневаюсь, что они могут предпринять какие-то меры в отношении кого-то вроде меня. Вот человек, который обрезал след, ведущий к информации, совсем другое дело. Кто-то убил экс-форинга, чтобы не дать мне с ним поговорить. По крайней мере именно такая картина складывается в голове.
— С кем именно? Странником или его спутником? — в голосе прорезается толика агрессии и собеседник чуть отодвигается назад. Но надо отдать ему должное, сыпать извинениями, как патрульный не начинает.
— С любым из них, — осторожно уточняет он, косясь на своих коллег, что следят за разговором со стороны.
— О Вальте я впервые услышал сегодня. Его экс-форинга первый раз увидел тоже сегодня, около лавки Лураца. Как он погиб? — я сам перехожу в наступление, а полицейский слегка расслабляется.
— Задушен удавкой. При себе имел револьвер и два ножа. Судя по показаниям свидетелей, которые видели его последними, собирался дождаться вас около гостиницы и убить, — чеканит офицер, с таким видом, как будто докладывает начальству.
Вот оно как. То есть попрошайка не просто трепал языком, а достал где-то оружие и реально собирался меня пристрелить. В таком случае, может и хорошо, что кто-то его придушил. Жетон Странника хорош, когда надо произвести впечатление, но точно не убережёт от пули.
Внезапно чувствую слабый запах. Не ту вонь, которая исходит от пустотников, а что-то кардинально иное. Как будто где-то рядом стоит блюдо с мёдом, куда всыпали корицы и каких-то других специй.
— Я могу взглянуть на труп? — пристально смотрю на полицейского и тот сразу кивает, указывая рукой в сторону мёртвого тела.