Арена страсти (СИ)

— Вчера, без одежды ты мне нравилась больше, — плотоядно усмехнулся Родвиг.
Молчи! Молчание — золото, так озолоти эту наглую морду. Может вчера я и не блистала выдержкой, но что было, то было. Сейчас берём себя в руки.
— Не ответишь?
— Не было вопроса, — я даже бровью не повела. Пусть он варваров своих провоцирует. У меня и допросы за плечами, и курс психологии.
— А доброго утра, тоже не пожелаешь?
— Так у вас здесь не принято. Женщины, которые меня провожали, только смутились.
— Это не женщины, а помощники — он презрительно скривился — их задача выполнять команды. Больше от них ничего не требуется.
— Так они мои подруги по несчастью, — пожала плечами — буду держаться поближе к своим.
— Вы отличаетесь. У тебя всего лишь долг и есть шанс его отработать. У них нет ничего. Собственная жизнь им уже не принадлежит. Они почти собственность арены.
— Значит, моя, пока при мне.
— Умная. Воинственная и умная, удивительное сочетание.
Повисла тишина. Не знаю, чего он хотел добиться, буравя меня своими синими глазами. Я лишь воспользовалась передышкой, чтобы разложить полученную информацию в голове по полочкам. Но этого мало. Я все ещё не понимаю слишком многого. А смотритель явно не тот у кого стоит расспрашивать.
— Ничего не хочешь спросить? — он сдался первым. Ещё бы. Я молчать могу часами.
— А есть смысл? Что хотите вы расскажете сами, а что нет уговорить я вас вряд ли смогу.
— Мне начинает казаться, что сможешь. Ты интересная, женщина — он выделил последнее слово таким тоном, в общем я еле сдержалась, чтобы не скривиться.
— Каким это образом?
Вместо ответа он облизнулся. Боже, я что попала в мечту извращенца? Что за непроглядная пошлость.
— Я ни под кого не лягу. А заставить вы меня не можете, — взывая ко всему своему хладнокровию четко проговорила я.
— С чего ты взяла? — и вдруг глаза смотрителя потемнели. Как море перед штормом. А сам он плавным движением встал и обогнул стол. Доли секунды и мужчина уже стоит справа от меня, наклонившись прямо к моему уху.
— Могли бы, тогда эту ночь, я провела с дикарем из комнаты, — дышим ровно, не дергаемся и смотрим прямо.
Ну подумаешь мужчина рядом? Красивый, сильный, опасный. Он замер около моей шеи, а от его дыхания по спине побежали мурашки.
— Нет, — и он наконец отошёл, но не за стол, а к панорамному окну — пожалуй я оставлю тебя себе.
Наверное, меня выдал хруст пальцев, когда я сжимала кулаки. Но Родвиг обернулся и усмехнулся.
— Ничего, всему своё время. Пока подойди, свободная рабыня.
Я двинулась, ведомая исключительно интересом. И замерла от открывшегося вида. Передо мной расстилалась огромное песочное поле. С одной стороны, было здание, в котором мы и стояли. Каменное строение из бежевых блоков, в лучших традициях Римского колизея. А я все переживала, что в Европе со своей зарплатой никогда не побываю. А вот на противоположной стороне высилась огромная стена. Она трепетала, покрывалась бензиновыми разводами и выглядела устрашающе живой. Бог, ты мой, что же это такое?
— Мы на Перекрёстке, — вдруг раздался голос смотрителя. Спокойный, ровный, гипнотизирующий, под стать пейзажу — такие Перекрёстки охраняют миры людей, от планет чудовищ. Ты видишь барьер. За ним проживают страши, хьебы, виорши и многие другие монстры. Арена же приманивает чудовищ. Мы назначаем день, в который начинаются бои. Сначала между рабами — для потехи публики и обеспечения мяса монстрам. Потом выходят сами твари, пока они отвлекаются на падших, гладиаторы загоняют их обратно. Тебе не повезло, бои назначены на сегодня, времени на передышку у тебя не будет.
Я смотрела на барьер с ужасом, представляя как из плотной завесы появляются жуткие твари. Лихорадочно думала. Пока каждая крупица информации поражала лишь новые вопросы. Сейчас особенно интересовал как можно выжить в бою с монстром? И главное, что не так с ними? Здесь должна быть крепость, армия, а не арена, для развлечения публики!
— Уверена, что хочешь участвовать в боях? — голос вывел меня из задумчивости и я невольно взглянула на говорившего.
 
Зря, потому что мужчина смотрел на меня своими сверкающими глазами. Губы его были приоткрыты. Грудь, обтянутая синей туникой, тяжело поднималась. Мужчина был в свободных штанах светло-бежевого цвета, а на ногах подобие открытых сандалей. Притягательный и красивый. Сильный и опасный. Перед глазами всплыла вчерашняя картина как он одним движением остановил дикаря, интересно это магия? Или они здесь как-то контролируют все рабов и бойцов? У меня уже болит голова от вопросов. Или от постоянных намеков? Что у них здесь женщины только одно умеют?
— Выбор у меня не велик, — максимально ровно ответила я.
— Надо же, и не красивая, и пострижена как ребёнок, — он говорил с искренним изумлением — а все равно чем-то цепляешь.
Стало обидно. Да, я не больно то следила за модой, по долгу службы сильно никогда не красилась. Но страшной то не была! Просто не считаю, что бабья дорога — от печи до порога. Женщины могут быть сильными, умными, и не обязаны только наряжаться и смотреть мужикам в рот. Ещё во время учебы мне пришлось отстаивать свой свою точку зрения, в группе я была единственной девушкой. Позже, парни смирились, что поступила я не для того, чтобы замуж выйти. Даже как то признались, что такая сила отталкивает. Девушка должна быть хрупкой, нежной. А не проходить полосу препятствий первой в группе. Хотя лично я, кому должна, всем прощаю.
— Так вы не цепляйтесь, а лучше концентрируйтесь на моей детской уродливости.
— Остра не только на решения, но и на язык?
Молчи! Смотри, вон пол какой интересный, из камней сложенный. И не холодный совсем. Мои голые ступни смотрелись на нем очень эстетично. Тишина затягивалась, и я вздохнула с заметным облегчением, когда услышала удаляющиеся шаги и голос.
— Забрать Александру. Приготовить к вечерними боям. Живо.
Я чуть ли не побежала к выходу. В комнате было уже слишком жарко, как вдруг мне в спину раздалось.
— Не думал, что скажу это долговой рабыне, но удачи на арене.
— Спасибо, — не поворачиваясь бросила я, думая, что мне нужна не удача, а настоящее чудо.
Я выбежала в коридор и дамы снова встали спереди и сзади меня. Мы двинулись, но практически сразу ушли с маршрута. Значит ведут не в комнату.
— Слушайте, нам с вами весь день ещё ходить, может познакомимся? Я Александра. Можно просто Саша.
— Я Таша, — раздалось сзади удивленно.
— О, почти тезки, — я обернулась и улыбнулась женщине.
Первая же вдруг резко остановилась и посмотрела на нас с негодованием.
— Что ты делаешь? — обращалась она явно к Таше.
— Послушайте, что-то не так? Простите, я не знаю ваших порядков. Это обычная вежливость.
— Никто не проявляет вежливость к помощникам, мы просто слуги, — он сверкнула на меня глазами.
— Никто кроме меня, судя по всему. Тем более теперь я вообще рабыня.
— Ксана, — Таша сделала шаг вперёд — перестань. Ты же видишь, она не местная.
— Таша! Я предупредила, не рыдай потом, когда она тебя будет в дерьмо носом тыкать.
Ксана резко развернулась и продолжила путь. Я в шоке повернулась к более дружелюбной женщине. Она слегка улыбнулась и продолжила идти уже рядом со мной.
— Спасибо! Я правда не хотела обидеть.
— Да вижу, Саша.
— Не понимаю, я вроде как рабыня, а вы просто слуги? Почему я должна относиться к вам с презрением?
— У долговых рабов есть шанс освободиться. Вернуться в свой мир, или даже стать гладиатором. А мы, — она вдруг опустила взгляд — мы уже останемся здесь навсегда. Идти больше просто некуда.
 
— Прости.
— Ничего. Я бы сказала не переживай. Да вот только ты переживай. Тебя сегодня ставят на бой! Бедненькая, даже воина найти не успеешь. Чтобы вместо тебя выступил.
— Так я только что отказалась от этого.
— Как отказалась? Девочка, да ты же сгинешь сегодня!
— Посмотрим, — упрямо насупилась я.