Арена страсти (СИ)

— Да я бы с удовольствием, но у меня ещё 9 боев, за ту рабыню, что притащила меня сюда.
— Много, — страши вдруг задумался, после чего помотал мордой — тогда слушай. Ты — говорящая. Когда-то давно наши предки благословляли род на Перекрёстках, чтобы общаться с людьми. Этот род мог не только разговаривать, но и фактически соединяться с нами, с любым бестом из наших диких миров. Сейчас все такие семьи считаются истреблёнными, но видно какие-то потомки убежали в немагические миры, чтобы спастись.
— Бестом? — вроде что-то знакомое — Дикие миры?
— Миры за перекрёстком. Есть ваши, людские. А по ту сторону живем мы, бесты. Нас много видов, народ один.
— Но почему истреблены говорящие? Меня что тоже убьют?
— Если узнают. Или чего хуже. Говорящие снова нужны.
— Я ничего не понимаю. Снова нужны? Зачем? Если их всех истребляли. И почему тогда убивали раньше?
— Ты все узнаешь Саша. Но сейчас сосредоточься на главном. Никому, ничего, не рассказывай! О своей силе. О своём сне. Обо мне.
— Да было бы, о чем рассказывать. Я все равно ни черта не понимаю.
— Ты забавная.
— А ты страшный!
И я рассмеялась. Как будто груз с плеч сбросила. Кто бы мог подумать, что свободно общаться я смогу только с монстром, и то в собственном сне.
— Саша, я постараюсь вернуться к тебе. Но ваш смотритель сильный. Он усиливает барьер, возможно даже ментальная связь через него не пройдёт.
— Но как же я тогда пойму, что происходит? Мне и так никто ничего толком не объясняет. А про тебя так вообще спрашивать даже нельзя.
— Не переживай. Ты все поймёшь, когда придёт время.
— Так только в дебильных фильмах говорят, когда не знают, как сюжет склеить.
— Не знаю, что это значит. Но звучит интересно.
— Сеарисс, мне нужны ответы. А ещё нужно выжить. И теперь нужно ещё не выдать себя. При том, я даже не знаю, как и чем могу выдать, что говорящая.
— Говорящие могли не только общаться с нами, но и налаживать связь. Вот только магам и императору для этого требовалось подчинение, от которого мы становимся вялыми или теряем рассудок вовсе. А с настоящими говорящими любой бест дикого мира сохраняет и ясность разума, и все свои силы. В тандеме мы даже становились сильнее.
— Но зачем эта связь или подчинение?
— Видишь ли, мы слишком ценные домашние питомцы. Мое племя — менталисты мы можем общаться даже с другими видами. Хьебы, например, могут взывать к земле. Латруки перемещаются на короткие расстояния в одну секунду. А когда у тебя полная связь с бестом, ты перенимаешь его силу. Какой же маг не захочет собрать себе коллекцию бестов, чтобы стать сильнее.
— Так арена нужна, чтобы собирать бестов и забирать их силу?
Страши как-то сразу погрустнел, а потом развернул морду влево и уставился невидящим взглядом перед собой.
— Мне пора Саша. Пока на мне твоя защита, меня не поймают. Но ее действие скоро кончится. Помни, что я тебе сказал. И будь осторожнее.
— Ты тоже, Сеарисс! Спасибо что помог спрятать силу.
— И еще, — морда вдруг осмотрела меня с ног до головы — только не связывайся со смотрителем.
— Я и не связываюсь.
— Тогда почему он лечит тебя? Не переживай, бесты тебя не бросят. Мы ещё вытащим говорящую, — и он подмигнул мне, так что четыре правых глаза игриво прикрылись.
— Хорошо бы, — пробормотала я вслед уползающему страши.
Сидя среди травы, я вдруг поняла, что по дороге до комнаты правда не хромала. И сейчас пыталась вспомнить, когда меня успел вылечить Родвиг, а главное зачем? И что теперь мне вообще делать?
Родвиг
Она не говорящая. Можно успокоится. Силы в ней нет ни капли, амулет даже не сверкнул. Это хорошо. Или?
Может все-таки отправить ее к Императору? Здесь что-то не чисто. Сбежавший страши, сумасшедшая ведьма. Последнюю я все-таки выследил. Весь день гнался за ней по немагической помойке, которую местные называют Землей. Догнал, в конце концов, от меня ещё никто не уходил.
Но она оказалась безумной, сама запечатала свою магию, вложив всю ее в исполнение одного единственного заклинания, подмены тел. Кричала что-то о возвращении говорящих и разрушении арен.
 
Это невозможно. Императоры лично вырезали все семьи с говорящими. Никто не хотел даже малейшей возможности для повторного вторжения бестов. Дикие миры должны оставаться дикими. Империи и так приходится договариваться слишком со многими, не хватало ещё и войны с тварями. Сильными, злобными, свирепыми тварями.
Мне было плевать. Политика, миры, игры. Слишком скучно. Я и смотрителем арены то согласился стать, лишь бы скрыться от двора. Бесконечные интриги, соревнование нарядов — все это утомляет. Здесь я мог заниматься исследованиями. Всех устраивал порядок, поэтому вмешиваться в деятельность арены мне практически не приходилось. Только привязывать время от времени монстров и притягивать их за барьер. Все-таки арена должна работать.
И вот за одни сутки, слишком много пошло не так. Как вообще страши удалось сбросить мою привязку? И вернуться за барьер. Я, конечно, устал за день, пока возился с ведьмой. Но не настолько же. Или я переоценил собственные силы. Но ведьма кричала о говорящих и тут сбежавший бест. Слишком странные совпадения.
А ещё Саша. Почему именно ее притянуло заклинание? Ведьма вложила всю силу в перенос тел. Это не может быть случайная женщина. Значит ее место здесь. Только вот зачем? Магической силы нет, дерётся она, конечно, неплохо, но до гладиаторов далеко. Разве только для привлечения публики, все-таки женщина, прямо новинка. Нет, все не то.
Необычная, ведь и правда не просто провоцировал на магический всплеск, когда говорил что думал о ней. Человечка, рабыня, ничего не понимающая в новом мире. И отказала. Фарлесу, мне. Она отбивалась от Гинга, даже ушла с пира. Странная, зажатая. Но сильная и сладкая. Вкус нежных губ все ещё горел на моих устах. Хотя сильнее обжигали ее слёзы. Надо повторить. Смешно, да и только. А из головы все равно не выходит тонкая фигура, бархатная кожа, нежно-голубые глаза. Думаю о ней, хотя должен разбираться со сбежавшей тварью. Но сбежавшая женщина намного интереснее. Желаннее. Хьебова задница, давно я так не загорался от простого поцелуя.
И все-таки надо доложить императору.
А Саша… В конце концов, от меня ещё никто не уходил.
  
Глава 6
 
Я лежала и смотрела в потолок. Не шевелилась, а просто водила взглядом по камням и трещинкам. Мысленно дорисовывала узоры на стыках кладки. Как будто снова оказалась у бабушки с ночевой и разглядывала ковёр на стене.
Я просто боялась вставать. Что меня ждет сегодня? Вряд ли что-то хорошее. А чем больше я пролежу, тем меньше времени останется у этого мира на мое уничтожение.
В теле и голове была приятная легкость, боль ушла. Я так понимаю нужно сказать спасибо смотрителю и бесту. Да уж, докатились, благодарю извращенца и чудовище. Просто чудесно.
Дверь открылась. Кто бы сомневался, ну что ж здравствуй новый день и новая проблема.
— Саша, ты почему ещё в кровати?
— Таша, и тебе доброе утро, — я приподнялась, окинула взглядом испуганную женщину — а где я должна быть?
— Так все уже спускаются на построение.
— Таша, я здесь сутки. Помнишь? Что за построение? Кто все?
— Меня накажут. Как же я не подумала? — помощница схватилась за голову и начала что-то бормотать.
— Так скажем, что ты меня не добудилась, успокойся и давай ближе к делу, — я заставила себя встать и начать собираться. Ташу подставлять не хотелось.
— После боев, на следующий день всегда построение. Чтобы те, у кого закончился долг, могли покинуть арену или перейти к гладиаторам.
 
— Так у меня долг не закончился — мне что там делать? — я закончила с умывальными процедурами и немного растерянно смотрела на свою изодранную синюю тунику.
— Ой, держи Саша.
Мне протянули свёрток с одеждой. О Боже, да это настоящий клад! Сначала две белые, хбшные легкие тряпки, что там у нас? Бабушкины панталоны и нательный топ — это как я понимаю нижнее белье. Дальше синяя рубаха, с длинными рукавами. Она явно мне велика, но, с другой стороны, меньше всего я хотела подчеркивать здесь фигуру или щеголять с декольте. И светлые штаны прямого кроя. Праздник какой-то. Ещё открытые сандали — готово, я теперь сойду за местную. Наверное.