Танго с врагом (СИ)

– А если я против?
– И это тоже сейчас помогу решить, – отмахнулся от моего скепсиса драконище. – Начну с того, что сообщу, отчего вы провалили ритуал Рикаси. Интересно?
– Да, – одновременно произнесли Хеэл, Рик и Ася, и лишь я нерешительно промолчала.
– Всё для почтенной публики. – Дракон приподнял воображаемую шляпу. – Но тут и рассказывать особо нечего. Милли видела тебя, – чёрный коготь указал на кронпринца, – в образе другого человека. Получается, что тебя в твоём настоящем облике она на тот момент не любила. Поэтому магия к тебе и не потекла. Когда же она пообщалась с тобой в твоём истинном облике, ты легко восстановил магический запас, потанцевав с ней. Так что можешь смело повторить ритуал Рикаси – теперь пройдёте его без проблем.
Меня прорвало на ругательства, самые приличные из которых были терминами танго-техник:
– Амаги тебя побери! Вот саккада с теневой проходкой! Очо кортадо! Ну и ляпис вышел! Балео твою налево!
Дракон перевёл внимание на принца и продолжил:
– Ладно, она иномирянка, у них там на Земле всё через одно место делается. Но ты-то Шрисогон ди Карион Хеелбенис, вроде нормальный мужик, чего ты-то тормозишь?
– То есть Милли меня любит… – с такой неподдельной радостью и удивлением произнёс Хеэл, что жест рука-лицо вслед за драконом повторили мы все.
– Конечно! – ответил древний. – Хеелбенис, в любви работает не голова, а сердце. Слушай его и отбрось все доводы разума – в любви они только мешают. Вот что ты сейчас чувствуешь сердцем?
– Я хочу обнять и поцеловать Милли, – как на духу признался принц.
– Извините, что вмешиваюсь, – встряла в их диалог я. – Но, по-моему, ты промахнулся органом и начал думать тем, что у тебя в штанах.
Хеэл медленно пошёл в мою сторону.
– Не-е-ет! – Я замахала перед собой руками. – Я не приемлю насилия. А целовать без согласия – это насилие! Стой где стоишь! Стой, тебе говорю!
Меня послушались? Если бы! Я не успела ещё что-либо пискнуть, как оказалась прижата к стенке и схвачена так, что ни рыпнуться, ни пнуть. Кронпринц медленно склонился к моим губам и прижался своими аккуратно и до невыносимого нежно. А потом с таким же медленным напором принялся ласкать меня, не торопясь, но со сладким томлением и решительным напором. О присутствующих наблюдателях нашего поцелуя я моментально забыла, потому что моего сопротивления хватило на постыдно малое время. Я почти сразу ответила, сама не знаю почему. И это случилось. Ледяная магия перетекла к принцу. Я прямо физически ощутила, как согреваюсь вместе с её уходом. Это было похоже на то, как когда замёрз настолько, что не замечаешь своих окоченевших рук и ног, а потом они оттаивают, и вот тут мама дорогая!
Застонала я не от удовольствия, увы, а от тысячи иголок, что пронзили меня насквозь, и тут же затряслась от жуткого холода, вмиг охватившего меня.
Хеэл не отпустил. Наоборот, прижал к себе ещё сильнее, и поцелуй стал обжигающе страстным. По моему телу пошла волна согревающего тепла. Его магия наполняла меня, согревая и вытесняя остатки льда из самых потаённых уголков продрогшего тела.
Холодная вода, полившаяся сверху, стала полной неожиданностью.
– Спасибо, Рик, – поблагодарил Хеэл архимага, устроившего нам холодный бодрящий душ.
– Да не благодари. – Повёл тот в ответ плечом. – Я тебя прекрасно понимаю. Просто отведи свою ненаглядную к себе в спальню и там продолжайте, – сказав это принцу, он обернулся к дракону и спросил: – Кстати, а почему на Его Высочество ледяная магия не подействовала? Должен был стать бесстрастным, а он, видишь, какой страшно страстный?
Древний подпёр лапой клыкастую пасть и с философским видом просветил:
– А это потому, мой юный друг, что наш принц любит сильнее, чем Милли. То, что подействовало на неё, ему как капля в море. Ох, залюбит он девку, ох залюбит.
Уходили мы под дружный смех и хихиканье. Вышли прямо в спальне, и кровать королевских размеров пришлась очень кстати – под стать размаху залюбливания, с которым Хеэл принялся делать меня счастливой.
 
  
Эпилог
 
Вокруг ёлки на Соборной площади Московского Кремля гуляли празднующие Новый год люди. Они громко смеялись, разговаривали и временами подвывали полагающиеся случаю песни. Редкие снежинки, падающие с неба, слипались на лету и оттого становились гигантских размеров. Совершенное отсутствие ветра придавало мистический оттенок происходящему. Поскольку из мира Манджунты здесь сейчас находились только мы с Хеэлом, то снежное волшебство было делом рук самой матушки-природы.
Кронпринц нарисовал в воздухе руну, и окружающие звуки стали тише, а музыка сменилась на знакомую танго-мелодию.
Я обняла любимого, тесно прижавшись головой к его щеке. Хеэл степенно повёл меня, и мы закружились между снежинок так легко, что последние от зависти таяли ещё быстрее.
Когда мы остановились перевести дух, любимый запустил в небо над нами бесшумные салюты – магия, только магия. Люди, заметившие это, подтягивались к нашей паре, окружая. Кто-то шептался, а некоторые и вовсе стояли, разинув рты. Дети же смеялись и наблюдали за происходящим с восторгом. И их можно было понять, ведь тут было на что посмотреть.
Я взглянула на Хеэла. Точёный нос с узкими ноздрями, высокие скулы, струящиеся по плечам рыжие с медным отливом волосы, в которые так и хотелось погрузить пальцы, чтобы насладиться их невероятной гладкостью и шелковистостью. Чувственные тонкие губы… В общем, в облике Хеэла мне нравилась каждая чёрточка, я могла любоваться им часами.
– Милли, любимая, выходи за меня замуж.
Я растерянно моргнула. К такому в новогодний вечер я не готовилась. А вот кронпринц огромного иномирного королевства – да. Поэтому он раскрыл передо мной футляр, внутри которого сверкало невероятной красоты ожерелье.
– Моё родовое кольцо ты уже приняла. Прими и идущий к нему в комплекте фамильный артефакт.
– Мамочка, – выдавила я, – ты торопишься. Хеэл, погоди, вот пройдёт пара месяцев…
– Я люблю тебя. Сразу полюбил и никогда не смогу разлюбить.
Ой, мамочки! Что ответить-то? Ведь он правду говорит. Мне и Чёрный дракон это подтвердил.
– Проблема не в твоих чувствах, а в том, что у меня сложный характер. Я вредная, упрямая и страшно эгоистичная. Жалко мне тебя. Ведь ты со мной с ума сойдёшь и на стенку полезешь.
Я говорила это с виноватым видом, на который кронпринц никак не отреагировал, продолжая смотреть на меня прямо и уверенно.
– Я люблю тебя вместе с твоим характером и всем тем, чего ты боишься. Для меня все твои поступки объяснимы и понятны, а там, где моя логика бессильна, я люблю тебя вместе с твоей нелогичностью. Люблю именно за то, что в тебе всё это есть. Ты не нужна мне покладистой умницей или самопожертвенной альтруисткой. Я хочу, чтобы ты просто оставалась сама собой и всегда была рядом. Со всеми своими заморочками и сложностями характера. Милли, ты будешь моей женой и королевой?
И я ответила столь же уверенно:
– Да!
Хеэл стремительно поцеловал меня, лишая воздуха. Чудо! Но мне не хотелось сейчас ни нежности, ни трепетности, я хотела именно такого собственнического, жадного поцелуя.
Несколько минут мы упоённо целовались, а потом я уткнулась носом в шею Хеэла, не закрытую фиолетовым шарфом, и прошептала:
– Я так счастлива с тобой, что мне даже расхотелось причинять добро всем, кто не успеет от меня убежать. Я поняла, что Камелия и без меня разберётся, кого ей любить, а кого не очень. И сама за себя сделает это лучше, чем кто бы то ни было.
Любимый чмокнул меня в нос и отстранился, чтобы продолжить танцевать адилийское танго. Но вместо привычного положения лицом друг к другу, он развернул меня боком относительно себя и повёл вперёд большими пружинистыми шагами. Я видела пару раз, как танцуют осовремененное танго, и хотела попробовать. Это было неожиданно и пугало неизвестностью. В голове крутились мысли: “А правильно ли я иду? Как странно, так и должно быть?” Потом кронпринц перенёс вес, и мы пошли с разных ног. Так наши ноги стали переплетаться в шаге, но при этом получалось и равновесие легко держать, и понимать то, куда он меня ведёт. Спустя ещё несколько минут я полностью приноровилась, и уже получала чистое удовольствие от такой новой для меня танго-позиции, когда шагаешь бок о бок с любимым.