Последнее дело графа Аминова (СИ)

  
Последнее дело графа Аминова
   
Глава - Вступление
 
Ещё год назад граф Алексей Петрович Аминов и представить не мог, как судьба раскинет карты и как заставит выбрать ту, которую никак не хотел. Вместе с ожидавшей ребёнка супругой Софьей он пытался превратить мечты о свободной и спокойной жизни в своей усадьбе в реальность.
Четверо детей уже успели они нажить за те недолгие ещё годы вместе... Приёмному сыну Алексею и родной первой дочери Елене было по четыре года в том 1797 году. Следующим детям, а то было два мальчика, одному - два года, а второму, недавно родившемуся, - всего два месяца.
Всё, казалось, предвещало лишь совместное счастье. Только после года службы Архарову, проводя расследования в Петербурге, Алексей всё равно получил отказ на прошение об отставке.
Друзья Николай и Антон, так же служащие с ним для Архарова, не смогли помочь своим словом. Свободы Алексею, как видно было, в ближайшем будущем не предвиделось. Тревожные времена, когда доверия мало к кому было, отпускать верных служащих никто не хотел...
Ещё совсем недавно, в ноябре 1796 года, скончалась любимая императрица,... Екатерина Алексеевна, урожденная София Августа Фредерика, принцесса Ангальт-Цербстская. То был будто роковой день для Архарова. Проснувшись в сей день, 9 ноября, именинником, когда исполнилось 54 года со дня рождения, он и не знал, что столь худая новость будет предвестником неприятностей.
Взошедший на престол сын Екатерины Алексеевны, Павел Петрович был в апреле, прямо в праздник Пасхи, венчан на царство вместе со своей супругой. Въезд его в столицу был совершён в Вербное воскресенье, за неделю до коронации, и его, как когда-то Иисуса Христа, въезжающего в Иерусалим, встречали со словами «Благословен Грядущий во имя Господне».
С начала правления Павел сразу перевёл Архарова служить в Петербург на пост второго генерал-губернатора: вторым, после своего брата Александра. В день коронации император пожаловал ему имение и две тысячи душ. Тогда-то и начал Архаров переводить своих подчинённых из Москвы тоже в столицу. Начало казалось радужным: император его обожал и доверял.
Ввелись прусские порядки, как комендантский час: после 20 часов вечера гражданам было запрещено показываться на улицах. Французская же мода осуждалась и была причиной задержания. За всем порядком поручено было следить именно архаровцам: полицейским... Тем, кто служил Архарову. В способах же борьбы за правила агентов никто не ограничивал, как то было и в Москве. Наоборот, жестокое задержание или расправа казались более действенными.
Новые законы, новые правила, за выполнением которых строго стали следить... Не церемонились и даже врывались в дома. Запреты на бакенбарды, на вальсы, как на неприличный танец... Указы вставать всем в шесть утра, обедать - в два, а дома красить в назначенный цвет...
Недовольство народа росло, и репутация архаровцев падала. Рос страх за будущее, а вера исчезала в то, что когда-то станет лучше или, хотя бы, как прежде. Новый император следил за всем происходящим в стране, был в курсе всего. Ему докладывали обо всём, а наказания были строгими, как никогда: «Аресты, исключения из службы, прежде что-то страшное, обратились в вещь обыкновенную. Дух благородства, то, что французы называют point d’honneur, которым все так дорожили, ниспровергнут совершенно» (Я. И. Де Санглен, «Записки. 1793–1831»)...
-Я всё же рискну вновь просить об отставке, - не терял надежду граф Алексей Петрович Аминов.
Он смотрел в окно на сад, где его любимая, его супруга Софья, отдыхала на раскинутом пледе с подругой Алёной, а вокруг резвились дети. Этот пикник в столь уже знойное утро хотелось каждому, чтобы продолжался весь день... Именно из-за этого покоя, что здесь царил,... этой радости за беззаботность детей...
 
-Что ж Вы, барин, - стоял рядом слуга, держа камзол наготове помочь хозяину одеться. - Совсем Архаров-то Ваш, а может и сам государь, разгневаются. А коль чинов лишат, титула?... Могут ведь и имение отнять! Сколько таких вот уж случаев в столь короткое время правления, - беспокоился он не на шутку. - Помните, как с графом Куртовым поступили? Всё отняли из-за одного только недовольства от того кабинета, что ему дали! А Вы хотите в отставку...
-Надо будет подумать, как это осторожно сделать, - улыбнулся тот.
Он любовался милой, она видела его в окно, бросая игривый взгляд, и вера укреплялась в то, что жизнь должна всё же быть за них, а удача, которая сопутствовала, не покинет...
  
Глава 1
 
-Генерала от инфантерии Архарова всемилостивейше увольняя от звания санктпетербургскаго военнаго губернатора, так же от директорства над водяными коммуникациями и от начальства в губерниях петербургской, новогородской и тверской, повелеваем: водяным коммуникациям быть под управлением нашего действительнаго тайнаго советника Сиверса, а гражданским губернаторам санктпетербургскому Алексееву, новогородскому Митусову и тверскому Тейлсу управлять губерниями, им вверенными, по званию их должности, - зачитал сквозь слёзы Архаров.
Приказ дрожал в его руках, а глаза выражали ужас:
-Я ж всё, как лучше, хотел, - не понимал он. - Павел Петрович слишком уж... Это необдуманно, Вам не кажется, Алексей?
-Молчите лучше, - поспешил тихо сказать тот и бросил краткий взгляд на закрытую к ним дверь кабинета. - Воля государя не обсуждается и, уж тем более, не осуждается...
Находясь во дворце, где встретились для беседы, оба не ожидали, что прибывший секретарь принесёт подобную весть от государя...
-Куда хуже-то? - вымолвил Архаров. - Меня высылают сидеть в имении и не вылезать.
-Вы хотите быть сосланным подальше? - шепнул Алексей. - А вместе с тем выслать могут и меня. Я не за тем явился во дворец.
-Вы опять пришли просить об отставке, - догадался Архаров. - Как мы опоздали... Придите Вы часом раньше...
-Вы бы дали?! - нервно засмеялся Алексей, и тот виновато опустил взгляд.
Выдержав паузу, Архаров положил приказ на стол:
-Нет... Но теперь, зная о том, следовало бы... Может последним числом? Может подпишу, запросим? - вдруг взглянул он с надеждой помочь, но Алексей отступил:
-Нас разоблачат, и Вы это прекрасно разумеете... Нет, Николай Петрович. Вы знаете, как я отношусь к Вам, но нет, сей благодати не приму. Лучше продолжим быть осмотрительными.
-Как хотите. Я и здесь хотел, как лучше, - растерялся Архаров. - Видать, вышел мой век. Не дождусь милости.
-Что Вы такого сделали? - не понимал Алексей.
-Нелепость, - усмехнулся тот и сел в кресло. - Осматривал литовские губернии и увидел шлагбаумы, выкрашенные в цвета нашего российского флага. Захотелось сюрприз государю сделать... Приказал в столице выкрасить все ворота и заборы так же,... в цвета флага... Государю не понравилось... Доложили ему и о том, чья идея, и о том, каких трудов да растрат всё стоило...
Вошедший в кабинет статный господин, на вид чуть старше Алексея, строгой, но привлекательной внешности прервал беседу и окинул их взглядом с лёгкой улыбкой.
-Фёдор Васильевич, - кивнул в приветствие Архаров, и Алексей сделал то же самое.