Нэйт (СИ)

— Но ты не обманываешь меня. — Она не спрашивала, утверждала.
— Тебя — просто незачем.
— Тебе двадцать два года. Ты уже сильнее, чем многие из тех ахрагов, с которыми я служила тысячи лет. Но если ты сама считаешь, что недостаточно сильная, то ты закалишься в этом бою, в следующем, и ещё и ещё. И время той силы, которой ты для себя желаешь, обязательно придёт. Ты не притянешь её искусственно. Ты накопишь её в боях. Ты накопишь её лишь закалившись в огне. Это понятно?
Она твёрдо смотрела на меня с высоты своего маленького роста, положив руки на мои плечи.
— Я боюсь, всё время боюсь, понимаешь? Единственное, что я делаю — я просто запираю свой страх в одну из своих расслоившихся личностей. Но каждый раз я просто кричу от страха, там внутри. Дэй, ты вообще такая спокойная? Ты понимаешь, что ты умрешь через три-четыре дня? Да у меня волосы шевелятся от страха даже в тех местах, где их нет. — Я надеялась запугать её, чтобы отговорить её от этого безоговорочного убийства. Я хотела, чтобы мы обманули Инраора, а не приносили Дэй ему в жертву по-настоящему. — Внутри всё кричит от страха.
— У меня тоже. — Ответила она твёрдо. — Но смысл силы не в том, что ты не боишься, а в том, что ты не идешь на поводу у своего страха. Ты чувствуешь его, но каждый раз говоришь ему: «Иди на хрен», — и делаешь своё дело так, как должна.
Я молча закивала.
— Спасибо. Дэй.
Мы с Гайлом занимали один шатёр.
— Почему ты так нервничаешь?
Он держал моё лицо в своих руках, усадив к себе на колени.
— Плохие предчувствия. — Теперь уже привычно соврала я ему. Он спрашивал о причинах моего мрачного состояния слишком часто. Хотя я очень старалась показывать всем лицо той обычной девочки с Гарат-Нитера, которая всегда с неизменно вежливой улыбкой ходила по светским приёмам. Иллеаней категорически запретил рассказывать кому бы то ни было ещё. Это был план на троих, и только так он мог быть успешен. Но Гайла было не обмануть.
— Слушай, у нас ещё полно времени. После свадьбы Айко и Дехраит, мы отправимся на Альцинирус, и это ещё около месяца. Прежде чем тебя официально приведут к присяге. И поверь, этот месяц на корабле будет только наш.
Он многозначительно хмыкнул. А я снова улыбнулась ему в ответ.
— Нэйт. Я хотел кое-что спросить.
Я приготовилась к тому, что он сейчас будет выводить меня на чистую воду, но он вдруг сказал:
— Хочешь поженимся завтра вместе с ними?
О-о. Как будто сразу весь воздух выбили из легких. Уже второй раз я слышу такое внезапное предложение, и оба раза подразумевали незапланированную свадьбу. Но мне опять нужно было сказать: не сейчас. И на этот раз, с тяжелым сердцем. Хотя оно желало совершенно другого.
— Давай не будем забирать у Айко и Дэй их праздник. Они заслужили…
— Ладно, — слишком поспешно согласился Гайл, скрывая своё разочарование. Кажется, он действительно имел это ввиду.
— Ты сказал «присяга?» Я должна приносить присягу? А если нет?
Гайл встрепенулся и уставился на меня, сканируя.
— А если что-то произойдёт до принесения присяги?
— Я не настолько хорош в межгалактической юриспруденции. Но, кажется, присяга просто формальность. Ты автоматически отказываешься на службе МГС с момента твоего обнаружения.
— Неужели никто из Ищеек никогда не отказывался? Разве это не добровольное дело.
Он прижал меня, пытаясь утешить, истолковав мою нервозность по-своему и решив, что я всё ещё по-детски сопротивляюсь этой чёртовой службе на благо МГС.
— Ищейки рождаются настолько редко, что свободы воли вам не видать. Считается, что твоя душа намеренно выбрала этот путь, чтобы исполнить именно это служение. Раз вы родились в этом теле, волеизъявления твоей телесной оболочки уже не требуется.
— Надо же, как удобно! — я взорвалась злым сарказмом.
— Ты будешь под защитой. Тебе нужно найти одно существо, и удерживать его некоторое время в своём мозг. Дело тяжёлое, но наши ментолы говорят, что ты уже справляешься.
Он начал целовать меня и уложил на кровать. Я запоминала каждое мгновение этой ночи. Каждое его движение, каждое слово и каждый вздох.
 
Иллеаней не пророчил мне смерти. Но я знала и без него. Потом, всё изменится.
  
Глава 24
 
По координатам, которые дал мне Инраор в качестве нашего места встречи, действительно оказалось целое поселение эрнанидригов. Я указала на него Лин-Райне, одной из верховных жриц цивилизации, которая до этого момента считалась полностью уничтоженной. Она воспользовалась припрятанным у себя порталом, и незамедлительно отправилась туда. А когда вернулась, обняла меня, как родную дочь, найдя там давно утерянного сына, которого уже не считала живым. Её бедное старое сердце ликовало, и мне было жаль её. Зато её благодарности мне, казалось, не было предела. Её радостное сердце вместе с тем оказалось таким же чёрным, как и у сына. Они были уверены, что обязаны отомстить Дехраит за её прошлые прегрешения, убив её и принеся в жертву своей злобе.
Бедный маленький сильный генерал. Было слишком много существ, которые мечтали о её смерти. Я полюбила Дей, я восхищалась ей, я хотела быть похожей на неё. Я знала, что она сотворила, что именно она уничтожила планету эрнанидригов, но была уверена — она уже тысячу раз отработала все свои грехи. Никого нельзя винить целую вечность. Особенно того, кто положил все свои жизни лишь на то, чтобы служить людям. Мне пришлось сцепить зубы и улыбаться жрицам, которые предложили поучаствовать в их ритуале.
В назначенный час, благодаря ритуалу, мы с Дей прошли через портал и оказались на Фьорнор-Тау, — планете встречи с Инраором. С этого момента мы с ней не должны были общаться. Она категорически запретила мне приближаться к её тюрьме, чтобы не испортить легенду. Два дня я жила среди эрнанидригов, удивительных летающих существ. Но я не видела их — я думала о Дэй, о предстоящей битве. Но самое главное — я знала, что Гайл сейчас не находит себе места. Наши мужчины в один момент потеряли нас, и мы обе врали им с самого начала нашего идиотского мероприятия, на которое решились с благословения местного оракула. Я надеялась, что наш разговор с ним перед расставанием, поможет ему простить меня.
Если честно, мысли о том, как я буду извиняться перед Гайлом отвлекали меня и от главного страха — встречи с иномирным монстром. Я также не видела ни красоты существ вокруг, ни людей, которые обращались ко мне и пытались со мной общаться.
Я знала это маниакальное состояние. Многие мои знакомые в Нитер-Райя теряли что-то по-настоящему важное и ценное в жизни только потому, что были сосредоточены лишь на себе и своих внутренних переживаниях. Именно так я себя и чувствовала: я была сосредоточена только на предстоящей встрече, я закрыла свой разум и душу. Все эти удивительные существа, новая планета, знания — были для меня лишь единым, едва изменяющимся размытым пятном.
Одной из ночей было невыносимо жарко. Всё это время я не ела, не пила, и почти перестала ходить в туалет. Лин-Райна приплыла ко мне и стала заботливо вопрошать, что со мной творится? По её мнению, я должна была быть счастлива от того, что помогла им привлечь к ответственности опасную преступницу Дехраит.
— Почему ты не возвращаешься на Мирадау? — спросила она, наконец. — Я думала, вы должны отправиться на Альцинирус-Вейра.
— Я… я просто хотела, знаете, перед отправкой туда, посмотреть как можно больше миров и планет.
— Ясно. Ты боишься лететь к ним? — со снисходительной понимающей улыбкой спросила она. Она также была сильным менталом. Я почувствовала, как бесцеремонно проникает она в мою голову, в специально отведенную для неё комнату, где она нашла одну маленькую испуганную девочку, находящуюся на грани нервного срыва. Та просила всего лишь три дня отдыха, чтобы собраться с духом переде встречей с великим и ужасным Межгалактическим Советом.
— Отдыхай, милая. После всего того, что ты для меня сделала, уверена, Межгалактический Совет сможет безболезненно встретить тебя на три дня позже.