Нэйт (СИ)

— Можно было сделать просто лифт.
— Лифт — не так интересно, — хохотнул Гайл.
— Куда вы меня ведёте, — спросила я его спину.
— Не в спальню.
Наконец, мы пришли в странную комнату, похожую на пыточную камеру. В ней стояли два кресла с подключающимися шлемами. И, что особенно сильно пугало, с ремнями для рук и ног,
— Что это?
— Устройство для церебрального переноса.
— Прямо в частном доме?
— Заказал его специально для тебя.
— Боже, какая честь! Всегда мечтала о таком подарке! Очень романтично!
— Причем здесь романтика?
— Простите. — Я покраснела, понимая, что несу чушь. — А почему не в Части?
— Потому, что это абсолютно незаконно. Даже для такой особой важной и сложной миссии, как твоя, Совет Тринадцати не сделал исключение и отказал мне в выдаче подобного девайса. И тогда мне пришлось обратиться к своим не слишком законопослушным знакомым.
— К гаротам?
— Нет, таких приспособлений они достать не в силах. Скоро ты познакомишься с этим ушлым и странным типом, способным достать абсолютно любую вещь во Вселенной.
— И почему вам отказали?
— Потому что именно с помощью этой штуки я буду ломать твою психику, а Совет Тринадцати считает, что она нужна тебе целой. Лично я с ними абсолютно не согласен. Садясь в это кресло, ты подписываешься на то, что я сломаю тебя абсолютно, а потом соберу, как и обещал. Но ты будешь уже другой. Несгибаемой!
Мне стало искренне страшно.
Гайл подошёл ко мне, возвышаясь надо мной словно скала, и схватил за грудки моей простой белой футболки.
— Ты хочешь выжить или нет?
Его глаза блуждали по моему лицу. Обычно холодный, беспристрастный взгляд убийцы стал почти маниакальным и бешеным. Я испугалась, пытаясь отойти, но он крепко держал меня за футболку.
— Я хочу выжить, но ты меня пугаешь.
— Отлично, я и хочу, чтобы ты испугалась. Ты все ещё не понимаешь, что ждет тебя в конце пути, девочка. А я понимаю. Мне не просто нужна от тебя информация Ищейки, я не хочу получить её ценой твоей смерти.
— А теперь садись!
— Хотя бы скажи, что мы будем делать? — Я снова перешла с ним на ты.
  
Глава 9
 
Он избивал меня. Избивал до полной потери чувствительности, избивал до полной потери сознания, до потери последней капли крови, вытекающей из моего тела. Он заставлял меня умирать. Очень-очень много раз. Но каждый раз, когда я умирала, после смерти ничего не заканчивалось. Боль продолжалась, и продолжалась, и продолжалась. Всё это происходило в виртуальной модели реальности, пока наши тела сидели, привязанные к двум креслам. Но я не отличала реальность и виртуальный мир. Для меня все было по-настоящему.
— Зачем? — Кричала я ему.
— Ты должна перестать чувствовать боль.
— Я не могу! Я уже должна была умереть десять раз.
— Ты не можешь здесь умереть. И твоё тело тоже не умрет здесь. Так выставлены настройки. Но твой мозг испытывает настоящую боль.
— Зачем?
— Потому что я хочу тебя уничтожить!
И он снова продолжил меня избивать. Мне казалось, что проходили дни, месяцы и годы. Я лежала в куске цифрового помещения, снова и снова испытывая боль в переломанных костях, мне казалось, что проходили десятки лет, когда в какой-то момент я осознала, что больше не кричу. В какой-то момент, я поняла, что мне все равно, сломается ли в следующий момент мой хребет, свернется ли шея, ударит ли он меня еще раз, а может быть, вышибет глаз. Мне было все равно. Я была к этому готова. Я этого не хотела, и не не хотела. Я просто знала, что это произойдет.
Я просто знала, что теперь — это моя жизнь. И что я все еще не могу умереть. А значит, мне придется жить именно в таких условиях. В постоянной боли и в постоянной смерти. Мне стало все равно. Он бил меня ногам в живот снова и снова. И однажды я поднялась, и равнодушно посмотрела на него:
— Мне всё равно, командующий.
 
Он ударил меня ещё раз, сбивая с ног, а мой череп ударился о пол так, что, кажется, хрустнул. Но я снова встала и равнодушно посмотрела на него:
— Мне всё равно, командующий.
 
Он проделал это ещё и ещё раз. Я вставала, даже не морщась от боли. Я чувствовала её, но он была чем-то отдельно живущим от меня, на задворках моего сознания. Я закрыла её в другой комнате.
— Мне всё равно, — повторила я механических голосом.
Наконец, Гайл посмотрел на меня внимательно.
— Отлично.
И меня накрыла темнота.
— Давай, котенок, просыпайся!
Просыпаться не хотелось. Кажется, когда я вернулась в реальный мир, у меня болела все тело.
— Я не хочу просыпаться.
— Значит, ты соврала мне, и тебе не все равно? — Жёстко спросил он.
— Нет! Мне всё равно! — Резко вскочила я и тут же упала в кресло.
— Давай, пойдем. Он нежно взял меня на руки и понес к выходу. Я пыталась обнять его за шею, но мои руки падали вниз.
— У нас с тобой будет еще много работы, но ты — молодец. Ты справилась.
— Сколько времени прошло? — Мне казалось, что несколько лет.
Он вынес меня из дома и понес по лужайке, через кустарники, кажется, к водопаду. И даже не запыхался, словно я была игрушечным зайцем. Он зашел со мной в воду прямо в одежде, и заставил меня лечь на неё.
— Давай, расслабься. Ты все равно умница. Даже не ожидал, что получится с первого раза.
— Получится? А сколько еще таких раз будет?
— Пока тебе не станет действительно все равно. И это только начало. Это только этап физического тела. Тот, с кем тебе придется столкнуться, будет ломать не тело, а твой мозг. Он будет пытаться захватить его.
— Я точно не справлюсь.
— Ты справишься! Сегодня я увидел, что ты справишься.
Я смотрела немигающим взором в голубые небеса, и мне хотелось присоединиться к ним.
— И теперь я буду жить здесь?
— Нет, тренироваться будем раз в три дня.
— Могу я узнать, не как твой жених, а как контролирующее лицо от Первой армии, куда ты постоянно ездишь вместе с Командующим?
— Кайн, мы тренируемся, правда, он тренирует мою психику. Но это действительно тайна не просто государственного масштаба.
Мне приходилось покрывать командующего, который протащил в своё логово незаконный взламыватель девичих мозгов. Кто-то мог бы подумать, что мне стоило злиться на командующего, но когда закончилась первая процедура, у меня не осталось сил злиться. А когда я выспалась, и усталость прошла, то вдруг поняла, насколько более спокойной я стала после пережитого вчера. Он не сломал меня, как он говорил мне. Меня охватило странное спокойствие и отсутствие страха. Страха боли.
Весь следующий день я ходила, словно под гипнозом, а когда вдруг увидела открытый огонь, решила проверить свои новые ощущения. Я проводила рукой по огню вновь и вновь. Кожа на кончиках пальцев покраснела и покрылась волдырями. Я чувствовала боль, но и не чувствовала, и это было в реальном мире.
«Как интересно.» Отстраненно подумала я, глядя, как лопаются пузыри на моих пальцах.
— Ты что творишь? — Проходящий мимо командующий, резко схватил меня за руку и посмотрел бешеным взглядом, которого я совершенно не испугалась.
— Проверяю свои новые навыки. — Равнодушно ответила я. Мои ощущения боли действительно резко изменились.
— Идиотка! Он поволок меня за руку в ближайший медотсек под пристальным и неодобрительным взглядом Кайннана, который так и не присоединился к нам.
Через пятнадцать минут я встала из регенератора. Гайл ещё более тревожно смотрел на меня.
— Как получилось так, что ты не заснула? Я задал режим сна.
— Я не заметила.
Издалека я слышала, что мой голос стал словно бы автоматическим, флегматичным, равнодушным. Рука была в полном порядке. Гайл с прищуром смотрел на меня.
— Кажется, нам нужна коррекция. Завтра снова летим в оазис.
Для начала он снова начал меня избивать. Но этап между болью и равнодушием к ней я проскочила в этот раз очень быстро. Через пятнадцать минут я уже с полностью переломанными пальцами и выбитой челюстью, я встала и равнодушно произнесла: