Принцессы не прощаются (СИ)

 — И какие же у него цели? Может там что-то интересное?
 — Да шут его знает. Ну какие цели? Надо семейным бизнесом ворочить, раз уж он есть, а не штаны просиживать! Хоть бы женился уже что ли и осел…
 — А у него нет женщины? 
 — Нет, какой там. Так, случайные связи не пойми с кем. Я в его возрасте уже был с женой и детьми. Развёлся, когда крепко на ноги встал. 
 — М-м, ну это правильно, да…, — Симонов был слишком поддат, чтобы услышать мой сарказм, так что я безнаказанно продолжала улыбаться и пить “Маргариту”. 
 — Нет, хоть бы попробовал. Ну хочешь своё дело — приди как нормальный человек, с бизнес-планом, с идеей. Мы обсудим, посмотрим. Поработай на деда, заработай на первоначальный капитал. Нет, надо показывать свои зубы!
 — Не мудро, — кивнула я, понимая, что сейчас Симонова нужно поддерживать. Он явно не был расположен к диалогу. 
 — Не мудро, — кивнул Лев Аристархович. — Ну что? Домой тебя подбросить? Я водителя ещё не отпускал.
 — Да, давайте, Лев Аристархович. Ой, а водитель ко мне не забежит трубу под мойкой глянуть? С вами же Васёк сегодня?
 — Васёк, — кивнул Симонов, — Да чего ж не забежит, посмотрит, что там капает.
 — Супер! А то Люська без меня не в состоянии вызвать сантехника, а я сейчас буду каждый день на работе. 
 На тот момент я не догадывалась, что именно сегодняшний вечер, так круто повернёт историю. Так что спокойно вышла из отеля, села в машину Льва Аристарховича и поехала домой. 
 Всё что я на тот момент знала, это как же сильно повезло с внуком баб Моте и как не повезло с внуком Симонову, и всю дорогу я их сравнивала. И думала о том, что ты Егор, увы, не внук баб Моти. И слава Богу, не внук Симонова. 
Глава тринадцатая. Мужчина, который умеет удивлять
 - Я не уверен, но есть ощущение, что она просто хочет
быть услышанной, но при этом оставаться невидимкой.
И оставаться собой. И продлить детство. И стать взрослой.
И решить, что с ней будет в будущем. И сделать это так,
чтобы не стать худшей. Быть кем-то любимой, и не стать
предметом для насмешек. У неё тупо в голове суп.
Окрошка. И ты вряд ли ее поймёшь. Ты не знаешь, чего она
боится или на что надеется в конкретный момент времени.
Сегодня  одно, завтра другое. 
(Егор о подростках)
Температура у Люси поднялась резко и сразу до сорока. Я никогда особенно не боялась простуд сестры, что при маме, что без неё. Пережила, не моргнув глазом, даже пневмонию. В вопросах болезней и травм я вообще хладнокровна, сложно меня прям напугать и заставить впасть в ступор. 
 Так что Лида получила пару тёплых одеял, а я вызвала скорую, которая бы засвидетельствовала нам своё почтение и сообщила, что это вирус по городу гуляет, и что мы у них уже восьмые за час. 
 До тридцати девяти я бы справлялась сама, а сорок  — это уже та черта, после которой я умываю руки. 
  —  Капееец,  — проныла Люся. 
  —  Согласна,  — вздохнула я, глядя на ртутный градусник. Там уже было чуть больше заветной циферки. 
  —  Раковину починили?  — прохрипел отважный ребёнок. 
  —  Ага,  — я бросила взгляд на мойку, которую водитель Льва Аристарховича осмотрел, что-то там подтянул и капать перестало.
 Пока это действо совершалось, Симонов мне в красках описал своего “шалопая”, которого пытался заставить работать на себя, но тот решил проматывать деньги и категорически отказал. М-да, а вот баб Мотин, как настоящий герой, терпел унижения от своего деда и работал на самой низкой должности… Ну до чего разные и в то же время похожие парни. 
 Ещё внук Симонова отказался от образования, которое ему сулили в пользу какого-то местного ВУЗа… А вот баб Мотин  — образованный парень! 
 Когда раковина уже не бежала, а водитель Васька начал гонять чаи вместе с нами, я знала о внуке достаточно, чтобы перемывать косточки и поддерживать своего непосредственного начальника в желании проучить неразумного парнишку. 
 Наконец, звякнул домофон, отвлекая от воспоминаний о засилии внуков в моей жизни. Я бросилась встречать врача, наказав Люсе не помереть пока бегаю. Люся торжественно клялась. Я зависла на лестничной клетке, пританцовывая от холода.
 
  —  Ну вы тоже заболеть решили, девушка?  — усмехнулся… ты. 
 Я даже не сразу поняла в чём дело. Ты, стоял напротив меня, с фельдшерским оранжевым чемоданчиком, в объёмной куртке с надписью “скорая помощь”. М-да… синий тебе идёт, Егор… 
 Я в ужасе наблюдала за тем, как ты разуваешься, это не меньший шок, я думала войти в обуви  — что-то вроде клятвы Гиппократа или типа того, как следом за тобой идёт сонный медбрат и, глядя на твои ботинки у входа, снимает свои, а ты его подбадриваешь, мол, давай давай! Шутка? Ты побил настоящего врача и переоделся в его шмот?
 Увидев тебя, Люся приподнялась и шокированная уставилась, не стесняясь пялиться. 
  —  Егор?  — пискнула она.
  —  Ну вы как будто призрака увидели,  — кривовато и неискренне улыбнулся ты. 
 Ты не был весёлым, как в вечер, когда забирал Люсю. Ты был скорее строгим и роботизированным, как на нашем свидании. И немножко наглым, как во время всех предыдущих встреч. 
  —  И?
  —  Т… температура сорок,  — проблеяла я, удивлённо наблюдая за твоими действиями. Ты сел на краешек дивана, который занимала Люся и внимательно на неё посмотрел, будто сканируя взглядом. 
  —  Люсь? На что жалуемся?  — эта привычная абсолютно “врачебная” фраза сделала своё дело. Я тебе поверила. Твой напарник приготовился писать и слушать тебя, и только через минуту я поняла, что он ждёт от меня информации. Паспортных данных, ответов каких-то стандартных. Я отвлеклась от сцены на диване и взяла со стола папку с Люсиными документами. 
  —  Горло? Кашель?  — ты делал привычные вещи, смотрел горло, слушал лёгкие. Кивал, что-то тихим спокойным голосом уточнял. 
  —  Ну ничего страшного,  — кивнул ты, а я кивнула в ответ. 
Вот сейчас, в эту самую минуту, ты не то, чтобы вырос в моих глазах на голову, нет. Ты сделал прыжок с батута, чуть было не вмазавшись башкой в потолок, и корона, которая отчётливо проглядывалась на твоих соломенных кудрях, разом превратилась в нимб.
  —  У… укол?  — спросила зомби-Лида, глядя на сестру. 
  —  Мы уже со всем разобрались. Люся знает, что делать, а то я вам не доверяю. У вас кажется шок,  — ты усмехнулся, а губы растянулись в очаровательной улыбке, от которой всё лицо как обычно, оживилось и изменилось до неузнаваемости. 
  —  Ага,  — даже спорить не стала. Так значит так. 
  —  До встречи, Лида. Люся. Зайду утром после смены, проверю. Люся,  — ты помахал телефоном в воздухе. Откуда, блин, у фельдшера такой айфон?  — пиши, если что. В любое время, я всё равно не сплю!
 И ты ушёл. 
 Я во все глаза смотрела на довольную сестру, лицо которой просто светилось от счастья и радости. Она была готова лопнуть и разорваться на добрую сотню маленьких Люсь. 
  —  Это что сейчас было?..
  —  А ты его где нашла?  — с улыбкой прохрипела сестра.
  —  На почте…
  —  Ну всё норм!
  —  А потом он в компании мажоров сидел в Simon. 
  —  Уже не норм.
  —  А потом в стрип-клубе.
  —  Вообще не норм,  — Люся в ужасе округлила глаза.
  —  А потом заказал меня барменом в шикарный дом! Его дом! С экономкой! 
  —  О-очень странно… 
  —  Может, он обманщик?..  — я села туда, где только что сидел ты и взяла Люсю за руку.
  —  Думаешь, убил фельдшера и переоделся в его шмот?
  —  Сначала думала,  — кивнула я, оставаясь совершенно серьёзной.  — А потом вот что… Вдруг дом не его. А какого-нибудь дружка…
 
  —  А айфон?
  —  Хз…,  — мы с Люсей устроились рядом на диване. Эта мелкая печка была ужасно жаркой, потому я расположилась поверх одеяла.  — но мы всё выясним… Я в шоке. 
  —  Абсолютно! Надеюсь он не врач-самозванец, а мажор-самозванец.