Двое из будущего (СИ)
Незаметно наступила осень 1899 года. Днями в начале сентября было пока еще тепло, а вот по утрам уже наступала влажная прохлада. Часто серые низкие облака накатывали на город и омывали дождем грязную столицу, очищая его от пыли, копоти и мелкого мусора, вымывая все это прочь из города. Я, если честно, не любил такую погоду - тысячи оттенков серого угнетали меня, а мне хотелось красок и яркого солнечного света. Я желал лета и тепла, яркой зелени и сверкающего моря, желтого, скрипящего под босыми ногами песка и коктейля с трубочкой. Я хотел в отпуск, на море, в Турцию, в Египет или в Тайланд. Все равно куда, лишь бы там было побольше солнца, тепла и воды. Но нельзя..., производство не оставишь. Мишка в постоянных разъездах - ищет полезных людей и проводит бесчисленные переговоры. Это его стихия и, занимаясь любимым делом, он "отдыхает". Фактически он живет в поездах, приезжая в Питер лишь для того чтобы выспаться, вымыться, повидать свою невесту и скорректировать наши дальнейшие планы. Я же сижу в столице безвылазно и мне это до чертиков надоело. Надо куда-нибудь съездить. Да хоть в Кострому! У нас теперь возникла острая необходимость найти человека, который будет управлять нашим банком. А из всех банкиров нам был известен только лишь один Голубин Иван Николаевич, что полтора года назад помогал нам в продаже нашего золота. Надо бы с ним переговорить, узнать его мнение - может, порекомендует кого. Поэтому, когда Мишка в очередной раз прикатил в Санкт-Петербург, я в ультимативной форме высказал ему свое решение и оставил его приглядывать за нашим предприятием, а сам, купив билет в первый класс вагона, укатил в Кострому.
А в Костроме было солнечно, зелено и тепло, словно бы лето здесь и не кончалось. Город встретил меня сладким запахом выпекаемого хлеба, сухой пылью, давно не прибиваемой к дороге дождем и горами конского и коровьего помета. Дворники, как и полтора года назад, убирали только главные улицы города, что были вымощены неровной брусчаткой. В торговых рядах бойко шла торговля и каждый, кто приходил сюда с парой монет в кармане, оказывался с покупкой.
Здание Госбанка я отыскал практически сразу. Внутри отделения, как и в прошлый раз, почти никого не было - лишь трое служащих, одинокий посетитель, да кивающий головой сонный дядька, который должен был изображать охранника. Посетитель - по виду состоятельный крестьянин в добротных сапогах и в свежем костюме завис с пером в грубой руке над желтым бланком, а служащий ему что-то терпеливо объяснял. Я неспешно подошел к свободному сотруднику. Служащий поднял на меня взгляд, по достоинству оценил мой дорогой наряд и лучезарно улыбнувшись, поинтересовался:
- Я могу вам чем-то помочь?
- Да, - подтвердил я, - мне необходимо встретиться с вашим управляющим. Иван Николаевич у себя?
Служащий склонил голову на бок и состроил печальную гримасу.
- К сожалению, Иван Николаевич здесь больше не работает.
- Гм..., печально, - протянул я задумчиво. - А можно его как-нибудь найти? Он в городе?
- Да, он должен быть в городе. А может вам с нашим новым управляющим переговорить? Может он вам сможет помочь? - предложил служащий, но с сомнением помотал головой.
- Пожалуй, нет. Мне нужен именно господин Голубин. Вы не подскажете, как его найти?
- Конечно, - подтвердил молодой человек и небрежно начеркал на листочке адрес, по которому можно было найти бывшего управляющего.
Господин Голубин был дома. Я громко постучал в калитку дома, во дворе забрехала собака и через десяток секунд тяжелая, оббитая наискось дубовыми плашками и покрытая прозрачным лаком, дверь распахнулась. Голубин был в домашнем, в длиннополом халате и тапочках, с маленькими очками на носу и с газетой в руках. Он прищурился, увидав перед собой незнакомца, затем сморщил лоб, вспоминая. Долгие пять секунд напряженно всматривался в мое лицо, а затем воссиял, неожиданно вспомнив.
- О, боже мой! - воскликнул он, взмахнув руками. - Вы?!
Я счастливо кивнул:
- Я! Здравствуйте Иван Николаевич. Рад снова вас видеть.
- И я рад, и я рад! Простите, запамятовал, как вас зовут...
- Василий Иванович я, Рыбалко, - подсказал я.
- Точно! А я вас в газете видел, но все равно забыл ваше имя. Что ж мы стоим здесь, проходите, - и он, посторонившись, пригласил меня внутрь.
В доме у Голубина было уютно - приглушенный шторами свет мягко ложился на ворсистые ковры, что были расстелены по всем комнатам, по углам стояли экзотические фикусы, да кактусы. Несколько шкафов были заставлены дорогим фарфором, а одна из стен была обустроена под библиотеку. Бывший управляющий провел меня в гостевую, усадил на мягкий стул.
- Маша, Маша, неси быстрее самовар, - крикнул он в соседнюю комнату. - У нас гости. И какие гости!
На его голос вышла средних лет женщина, с волосами заколотыми на затылке клубком. Она подошла вразвалку, вытирая влажные руки о мятый разноцветный передник.
- Чего кричишь, Иван Николаич? Я и так слышу. Щас принесу, - проворчала он и не спеша поковыляла в другую комнату.
- Не надо самовара, - попросил я, вытирая пот со лба белоснежным платочком, - и так жарко.
- Тогда может кваску? Или винца... своего, домашнего?
На холодный квас я дал свое категорическое согласие, а потом согласился и на окрошку. Есть я хотел, так почему бы и нет, если она будет холодной?
А пока Маша неспешно организовывала нам запоздалый обед, Голубин достал из буфета графин с домашним вином и наполнил бокалы. Мы пригубили за встречу. А вино и в самом деле было хорошее, чуть терпкое, с легкой фруктовой кислинкой и совсем не пьяное.
- Ну-с, голубчик, - хлопнул от нетерпения в ладоши Голубин, когда мы смочили глотки, - рассказывайте, чем обязан визиту? Опять золото хотите продать?
Я его огорчил:
- К сожалению нет. Не хочу вас разочаровать, но золото мы больше продавать не сможем. Мы больше не имеем возможности его приобрести.
Голубин понимающе покивал головой.
- Как же, как же, понимаю. Англичане всегда старались решать трудные вопросы с помощью пушек. Бедные буры. Надеюсь, они зададут подданным британской короны хорошую трепку. Один раз у них уже получилось, так почему бы и второй раз не получится?
В настоящее время на юге Африканского континента разгорался конфликт, который в самое ближайшее время выльется в англо-бурскую войну и причиной тому было золото, коим так богата оказалась земля под -голландскими переселенцами. Голубин, после нашей прошлой встречи уверился, что мы свое золото притащили с самой Африки.
- К сожалению, война неизбежна, - поддакнул я, отпивая еще один глоток домашнего, - только бурам в ней, увы, в этот раз не победить. Все рудники англичане заберут себе. А жаль....
Голубин покивал, соглашаясь.
- Ну, хорошо, - сказал он, всматриваясь в мое лицо, - если золота при вас нет, то, что вас снова привело ко мне? Какое дело?
Я отставил пустой бокал в сторону.
- Дело что привело меня к вам, Иван Николаевич, для вас окажется весьма неожиданным....
- Ну-ка, ну-ка? - от нетерпения подался вперед бывший управляющий.
- ... весьма неожиданным для вас, но до боли вам знакомым. Дело в том, что мы с партнером на вырученные от продажи золота деньги организовали собственное производство. Да вы и сами должны были это узнать из газет. Так вот, наше производство успешно растет и развивается, мы умеем уже несколько патентов на изобретения и получаем лицензионные отчисления. У нас все хорошо, прибыль растет и мы расширяемся. И, хочу сказать, прибыль растет настолько быстро, что мы с напарником решили организовать собственный банк.
Голубин напряженно молчал, внимательно слушая меня. Я ожидал увидеть на его лице хотя бы тень ухмылки, но не обнаружил, чему обрадовался.
- Собственно из-за этого я к вам и приехал. Нам нужен хороший управляющий, который сможет поставить банк с нуля и успешно его развивать.