Если хочешь, останься (СИ)

  
Академия Последнего Шанса – 3. Если хочешь, останься
 
ПРОЛОГ
Лес жил своей привычной жизнью: шумели ветви под порывами ветра, гомонили птицы, радующиеся тому, что дневную жару наконец-то сменили мягкие летние сумерки, в траве шуршала многочисленная мелкая лесная живность… Всё как всегда, как десять, сто, тысячу лет назад… Из густого орешника выбрался здоровенный лось, принюхался, с шумом втягивая воздух бархатными ноздрями, и осторожно отступил обратно в заросли. Его чуткий нос уловил запах хищника, с которым даже ему встречаться лишний раз не хотелось. Это с волками или с медведем он справился бы, а вот с двуногими хищниками рогатый великан предпочитал не связываться. Поэтому он остался стоять неподвижно, слившись с коричнево-зелёным переплетением ветвей, ожидая, когда опасность исчезнет.
Прошло несколько минут, и на поляну вышел человек, выглядевший как самый обычный наёмник из тех, кто берёт серебром, а не золотом: свободные брюки, заправленные в сапоги, рубашка, простой меч в потёртых ножнах. Лось с удивлением смотрел сквозь сетку ветвей на странного посетителя: на кого он собрался охотиться в одиночку? А в том, что пришедший человек один, не было ни малейших сомнений: его не сопровождали другие запахи, животное их почувствовало бы.
Между тем непонятный человек остановился посреди поляны, снял перевязь с мечом, отложил в сторону и встал лицом на запад. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листья, осветили неожиданно молодое лицо. Воин, осмелившийся посетить на закате дикий лес, вряд ли уже пережил свою тридцатую весну. Лось удивлённо и слегка испуганно фыркнул, когда юноша поднял руки, и над поляной потекли слова древнего заговора.
Они падали на землю тяжёлыми свинцовыми каплями, растворялись в траве мутными лужицами, холодили кожу древней тьмой. Человек, не жмурясь, смотрел прямо на заходящее солнце, и оно огнём отражалось в его глазах.
Над поляной растекался ледяной туман некромантского заклятья такой силы и мощи, какой этот лес ещё не знал. Всё живое замерло в ожидании: ничто мёртвое не смогло бы проигнорировать столь мощный призыв. Но зов отчаянно смелого человека, оказавшегося некромантом редкой силы, был направлен на призыв одного-единственного существа, которого лесные обитатели боялись ничуть не меньше.
Лесной Хозяин… Тот, кто правил этим древним могучим лесом уже несколько столетий, тот, кому подчинялись все: от самой маленькой землеройки до огромного медведя. Тот, без чьего разрешения в лесу не случалось ни одного более или менее значительного события.
Упало последнее слово заклинания, и над поляной повисла абсолютная тишина, казалось, даже ветер замер в ожидании. Затем тени на краю поляны сгустились сильнее, и от переплетения еловых лап отделилась высокая чёрная фигура. Она плавно переместилась ближе к опустившему руки и расслабившему плечи человеку, и было непонятно: шла она или просто скользила по воздуху.
Лось невольно попятился: ему совершенно не хотелось оказаться в опасной близости от поляны в тот момент, когда две могучих силы схлестнутся в поединке. А то, что он неизбежен, было ясно даже слепому кроту и жабе в болоте. Лесной Хозяин никому не позволял призывать себя на своей же территории, так что наглого человечка сейчас просто не станет. А потом волки и лисы завершат начатое Хозяином, и от некроманта не останется даже следа.
– Кто ты? – прогудело над поляной, словно порыв ветра пронёсся, пригибая верхушки. – Зачем ты здесь, некрос?
– Здравствуй, Хозяин, – неожиданно звонко откликнулся человек, и этот молодой голос диссонансом прозвучал в стремительно темнеющем лесу. – Я пришёл познакомиться и поговорить.
– Ты мне не интересен, – проговорил Хозяин, – прощай, некрос, не нужно было тебе приходить.
Тень небрежно махнула рукой, и в сторону человека рванулась волна вечно голодной и злой тьмы, готовясь поглотить, наказать, уничтожить. Но неожиданно затормозила, не долетев до наглеца каких-то пару метров и, зависнув, стала не то прислушиваться, не то принюхиваться. А потом как-то удивлённо притихла и, опустившись на землю у ног человека, практически свернулась в клубок, разве что не замурлыкала.
 
– Я повторю, – сказал человек, и по голосу его было слышно, что укрощение тьмы далось ему нелегко, – я хочу просто познакомиться и поговорить. У меня нет цели навредить тебе, Хозяин. Просто мы соседи, почему бы нам не жить в мире?
– Мне безразличен мир людей, – донеслось из-под низко надвинутого капюшона, – мне нет до вас дела.
– И всё же я представлюсь, – настойчиво продолжил человек, рукавом рубахи смахнув выступивший на лбу пот, – я Теодор Франциск Холверт, ректор академии, которая расположена в замке. Раньше он принадлежал графу Генриху Шеффилду…
Тёмный силуэт на какое-то время замер, словно прислушиваясь к себе, но потом раздражённо качнулся, как будто стараясь избавиться от наваждения.
– Уходи, человек, – казалось, говорит сам лес: его листва, ветки, трава, небо над ним. – Мне безразлично всё, что происходит не на моей земле.
– Прощай, граф Генрих Шеффилд, – проронил человек и нагнулся за мечом.
– Подожди… Почему мне знакомо имя, которое ты назвал? – пронеслось над поляной, когда некромант уже почти подошёл к границе леса. – Я никогда не интересовался замком и его жителями.
– Лорд Эдриен, леди Матильда, лейтенант Биэль, капитан Харви, – перечислял Теодор, всматриваясь в тьму под плащом и всё больше убеждаясь, что их догадки были верны.
Хозяин неуловимым движением приблизился, но человек не сделал ни шагу назад, спокойно ожидая своего жуткого собеседника.
– Кто все эти люди? – низким, вымораживающим голосом требовательно произнёс тот, возвышаясь над некромантом. – Почему их имена знакомы мне? И почему я не помню, кто они?
– А ещё там была малышка Изабель… – очень тихо сказал некромант, и Хозяин отшатнулся, невольно схватившись за то место, где у людей бывает сердце.
– Изабель… – прошептал он, и в его голосе было столько боли, что некромант до крови закусил губу. – Изабель… Нет… Этого не может быть… Нет…
Он повернулся и стремительно исчез в чаще, словно и не появлялся, а некромант поднял меч и, тяжело вздохнув, направился к той еле заметной тропинке, по которой вышел на поляну.
На сегодня он больше ничего не мог сделать: дальше всё зависело от того, насколько в Хозяине ещё жив человек. Граф Генрих Шеффилд.
Глава1
Когда погасла точка последнего портала, Тео прислонился горячим лбом к холодному от вечернего воздуха стеклу. Рядом встал верный Хасид, который в эти два дня оставил на Густава все финансовые дела и старался всё время быть рядом с другом. Принца не получалось назвать бывшим, потому что король Бертрины, его величество Георгий, отставку сына принимать отказался, решив, что пусть пока всё остаётся по-старому, а там уже будет видно. Хасид не произносил высокопарных речей, а просто был рядом.
– Ну что, – принц оглядел пустой двор, – всех отправили?
– Всех, – Тео отвернулся от окна, так как вид пустого двора вызывал у него тяжесть на сердце: он слишком привык за этот год к постоянному шуму, к снующим между корпусами и главным зданием студентам, спорам, смеху, даже дракам… И вдруг эта густая давящая тишина, мрачная предвестница колоссальных проблем.
– Мы обязаны были сделать всё, чтобы уберечь их от опасности, – проговорил Тео уже в который раз, сам не понимая, кого именно он старается убедить: Хасида или самого себя. – Если собой мы можем…
Договорить Теодор не успел, так как боковым зрением заметил формирующееся во дворе зеркало портала и метнулся к окну.
– Кого ещё несёт? – воскликнул не менее удивлённый Хасид. – Со всеми же попрощались вроде. О нет..!
– Великая Бесконечность, только не это! – одновременно с ним простонал Тео и, сорвавшись с места, побежал во двор, где из уже сформировавшегося портального окна выпрыгнули сначала до боли знакомые сундуки, а вслед за ними на каменные плиты двора шагнул хмурый Огюст Стендридж.