Ты помнишь меня? (СИ)

Встав под упругие струи воды, я пыталась успокоить судорожно бьющееся сердце и понять: что это вообще было-то?
Дьявол подарил мне непередаваемое словами удовольствие — это факт, а вот то, что он даже не попытался получить его сам — очень странно… Может, несмотря на то, что его ко мне тянет, всё же брезгует «лягушкой»? От этой мысли внутри что-то болезненно сжалось, а на глазах навернулись слёзы. Зло вытерев их руками, прошипела:
— Ещё чего не хватало! Никогда не плакала и из-за него не буду!
Приняв душ и надев свежие вещи, прислушалась к своим ощущениям и решила, что на завтрак не пойду: во-первых, от выпитого вчера вина подташнивало; во-вторых, я элементарно боялась встретиться с Терренсом и посмотреть ему в глаза после того, что произошло между нами утром. Поэтому, выйдя из своего номера, скользнула в комнату напротив.
Донаван спал, и это меня обеспокоило: то есть, он проспал весь вчерашний вечер, ночь и почти заканчивающееся утро. Демоны, если их сразу не убили, быстро регенерируют и восстанавливаются, и вроде, на первый взгляд ничего страшного с братиком не произошло, но то, что он спит сутки напролёт — это ведь не нормально?
В течение дня я заходила к нему четыре раза и подолгу сидела рядом, но он, лишь открыв глаза и увидев, что это я, переворачивался на другой бок и снова засыпал. В пятый раз я наведалась к нему уже ближе к ужину и обнаружила пустую комнату. Поворчав себе под нос, что он даже дверь не соизволил на ключ закрыть, пошла в таверну.
Спускаясь с лестницы и ища взглядом чёрный ёжик волос, нашла его рядом с белоснежной шевелюрой.
У меня душа мгновенно ушла в пятки, стоило только представить, что они могут наговорить друг другу. Стремительным шагом направилась к своим мужчинам. Надо же, как развратно звучит: «к своим мужчинам»!
Опустившись на скамейку рядом с Доном и стараясь не смотреть на Терренса, прижалась губами ко лбу братика, встревоженно спросив:
— Как ты, мой дорогой?
  
29
 
ТЕРРЕНС.
Спустившись на ужин, я сделал заказ и занял столик, скользя по залу глазами. Сегодня, в честь выходного дня, организаторы состязаний постарались развлечь уставших воинов: на небольшой сцене в конце обеденного зала под медленную музыку извивались полуобнажённые девушки, между столиками кружили, предлагая свои услуги, девицы лёгкого поведения. Смеясь и шлёпая по попкам проходящих мимо женщин, мужчины пили горячительные напитки. В общем, жизнь била ключом.
Взгляд наткнулся на сидящих в углу демона и сапфирового дракона. Брови сошлись на переносице, стоило вспомнить отчет по их биографиям, что мне доставили днём. Надо признать, их послужной список впечатлял: мародёрство, разбой, изнасилования, и я думаю, это ещё не всё. С такими заслугами то, что они вылетели из армии, не удивительно, насторожило другое: приказы об увольнении всех троих подписал лично Рикхард. Вот какое дело главнокомандующему до каких-то рядовых солдат?
Кстати, Флора не солгала, их и правда выгнали через неделю после её назначения командиром отряда, что наводит на мысль о том, что вышвырнули вояк по её просьбе — дядя не отказал бы в такой малости племяннице. Вопрос в другом: что же они всё-таки ей сделали? Жаль, что самостоятельная принцесса не желает делиться информацией, я бы послушал, и лично бы шеи им посворачивал за мою маленькую фею!
Приземлившийся напротив Донаван заставил мои брови удивлённо взлететь вверх, а парень, невозмутимо выставляя перед собой тарелки с ужином, буркнул:
— Мест больше нет! — ели мы молча. Чувство вины за то, что утром ласкал невесту красавчика, в моей груди так и не проснулось, зато ревность вспыхнула пожаром, обжигая сердце, стоило лишь появиться принцессе.
— Как ты, мой дорогой? — поинтересовалась она у жующего кусок мяса Дона, поцеловав его в лоб, отчего мои кулаки непроизвольно сжались.
— А что со мной? — удивился парень.
— Ты проспал весь день, я волновалась! — ну ещё бы он не спал! Всю ночь, наверное, грудастую брюнетку ублажал, все силы там оставил, бедненький!
 
— Просто устал… — оу, у него даже совести покраснеть хватило! Я думал, этот наглый паразит на такое не способен.
Окинув его задумчивым взглядом, Флора кивнула и ушла к стойке делать заказ. Вернувшись с подносом в руках, она села поглощать своё блюдо, а на меня так и не взглянула! И это привело меня в ярость. Какого хрена она ведёт себя так, словно между нами ничего не было? Что, я оказался хуже её женишка? Зло поизучав красную макушку сосредоточенно ковыряющейся в своей тарелке принцессы, подумал: а чего я мучаюсь? Раз ей можно спать с другим, чем я хуже? И протянув руку, обхватил талию мимо проходящей жрицы любви, привлёк её к себе, усаживая на колени.
Флора тут же вскинула голову, удивлённо на нас посмотрев. Глядя ей в глаза, прижал льнущую ко мне девушку крепче и, склонившись, поцеловал её в шею. Принцесса дёрнулась, словно от удара, в её взгляде полыхнула боль, поднявшись и резко развернувшись, она побежала к лестнице и, перепрыгивая через две ступеньки, скрылась из поля зрения. Всё это время шокировано смотревший на меня Дон вдруг рявкнул:
— Идиот! — и тоже поспешил удалиться. Не понял, а он-то чего? После его ухода я осознал, что он абсолютно прав!
Скинув уже гладящую мои плечи девушку на пол, прошипел:
— Пошла вон!
— Вам что-то не понравилось? — произнесла она растерянно.
— Я не ясно выразился? Исчезни! — услышав злобное рычание, она мгновенно выполнила приказ и ретировалась, а я, уперевшись локтями в стол, зарылся пальцами в волосы, опуская голову.
Перед глазами стояло удивлённое личико Флоры и полный боли взгляд, от которого в моей груди что-то сжалось, не в силах расслабиться. А если она там плачет? Ага, а жених её успокаивает! Прокомментировал ехидно свою собственную мысль и представил эту картину, моментально зверея. Нет, больше так продолжаться не может, пора расставить все точки над «и»! Поднялся и решительным шагом отправился в комнату принцессы.
Подойдя к двери в её номер, ни на секунду не задумываясь, распахнул её, даже не соизволив постучаться, и войдя внутрь замер от открывшегося мне зрелища: в комнате девушка была одна, сидя на кровати, она бережно прижимала к груди подаренный мной кристалл и смотрела перед собой пустым, невидящим взглядом. Заметив меня, она поинтересовалась:
— Что ты тут делаешь? Я думала, ты уже вовсю ублажаешь ту красотку… — столько боли прозвучало в тихом вопросе, что моё сердце зашлось в бешеном ритме от осознания, что я ей не безразличен.
— Не хочу её! Никого кроме тебя не хочу, маленькая! Перестань мучить меня, прошу, будь со мной!
Поднявшись на ноги, Флора подошла ко мне и, прикусив нижнюю губу, тихо спросила:
— А разве ты не брезгуешь лягушкой? — чего? Так вот о чём она подумала!
Шагнув к ней, обхватил ладонями её лицо и прошептал:
— Ты не лягушка, маленькая, слышишь, не лягушка! Это я — идиот безмозглый, не следящий за тем, что он несёт! Прости меня за те слова, пожалуйста! А утром… Я же еле сдержался, чтобы потом ты не сказала, что я воспользовался твоим беспомощным состоянием! Я хочу, чтобы это было твоё осознанное решение, чтобы ты была уверена в своём выборе! Ты даже не представляешь, чего мне стоило сдержаться и уйти!
  
30
 
ФЛОРА.
Преодолев разделяющий нас шаг, обвила шею возлюбленного руками и прошептала:
— Так может ты сейчас наверстаешь упущенное? — рыкнув, он накрыл мои губы жадным поцелуем. Сильные руки, скользнув по моей спине, опустились на попку и, сжав ягодицы, приподняли, позволяя обнять талию мужчины ногами.
 
Застонав, я впилась пальцами в его волосы, оттягивая голову назад, с упоением отвечая на горячий поцелуй. Нежности в его ласках не было, да я в ней и не нуждалась, с не меньшей страстью терзая его губы.
Разжав объятия, он поставил меня на пол и, окинув восхищённым взглядом, резким движением рванул топик, отбрасывая в сторону и тут же приникая к груди, втягивая сосок в рот. Я выгнулась в его руках, прижимаясь плотнее. Зарычав, он прикусил ласкаемую им твёрдую горошину и, погладив спину, ухватил пуговку на брюках, нетерпеливо расстёгивая. Такого напора она не выдержала и отлетела, ударяясь в стену. Видимо, окончательно решив не церемониться с моими вещами, Терренс разорвал мои брюки, не пощадив и трусики.