Ты помнишь меня? (СИ)

Неожиданно наше временное пристанище содрогнулось от грохота и криков, прислушавшись, поняла, что они доносятся из таверны на первом этаже, ну не могла ведь любопытная принцесса не узнать, что там происходит? Посему сразу же устремилась на выход, в коридоре столкнулась с Терренсом, его, видимо, тоже заинтересовало, что творится внизу. Бросив на меня хмурый взгляд, и не проронив ни слова, парень прошёл мимо, а мне лишь оставалось последовать за ним.
Надо признать, что на постоялом дворе последние часа три и без того было довольно шумно: активно начали съезжаться участники состязаний, а куча воинственно настроенных мужчин, да ещё и среди соперников, в принципе не может вести себя спокойно. Но то, что происходило сейчас, уже явно вышло из-под контроля.
Стены дрожали, крики и гам сотрясали окружающее пространство, правда, пока я дошла до лестницы, всё стихло. Наткнувшись глазами на широкую спину дьявола, я остановилась, а так как он стоял на три ступени ниже меня, то обзор на разгромленный зал не закрывал. Ещё недавно уютная таверна превратилась в руины, иначе и не назвать: переломанные столы и лавочки были накрыты сорванными с окон занавесками, то тут, то там можно было увидеть бессознательных мужчин разной расовой принадлежности.
Посередине этой вакханалии стоял, причем прямо на пытавшемся выползти из-под него оборотне, двухметровый бугай демонической наружности. А наружность у него была, должна сказать, закачаешься!
Свободно сидящие на узких бедрах брюки, мощный торс обтянут чёрной майкой, открывающей взору широкий разворот плеч и бугры мышц на руках. Идеальное мужественное лицо с волевым подбородком, высокие скулы, короткий ёжик чёрных волос на голове, губы изогнуты в улыбке шалопая, будто это не он только что вырубил, по моим подсчётам, семерых мужиков, и в довершение картины — сияющие изумрудным блеском глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц. Действительно, красавчик!
Глядя на него, я вдруг поняла — вот он, мой шанс заткнуть белобрысику рот, и сорвавшись с места, сбежала вниз, бросаясь бугаю в объятья с криком:
— Дон, любимый! — растерявшись, парень обнял меня за талию, прижимая крепче, мужик, на котором он стоял, крякнул от резко увеличившегося веса, а я, обвив крепкую шею руками, зашептала демону на ухо. — Сейчас же сделал вид, что ты в меня влюблён и безумно рад видеть, иначе я всем расскажу, что у тебя пипка маленькая, и ты неоднократно на меня писался!
Отстранившись, он наградил меня блаженной улыбкой влюблённого идиота и зашипел так, чтобы слышала только я, при этом не переставая счастливо скалиться:
— Когда ты последний раз видела мою «пипку» — мне было два года, с тех пор она изрядно видоизменилась, детка, и, кстати, для двухлетнего она была даже больше нормы. А писался я на тебя, потому что говорить ещё не умел, а показать, что ты меня бесишь, как-то должен был! Но, хрен с тобой, сестрёныш, я тебе подыграю, и у меня только один вопрос: насколько сильно я в тебя влюблён?
— Жениться собираешься, так понятно?
— Учти, ты сама напросилась, потом не жалуйся! — последнее он прошептал, склонившись так, что со стороны это было похоже на поцелуй, потом вдруг подхватил на руки и на всю таверну заявил. — Пусечка моя, как же я по тебе соскучился, да что рассказывать? Пойдем — продемонстрирую! — и устремился на второй этаж, я же внутренне застонала: вот знала ведь, что он придурок, зачем связалась? Но бросив из-под ресничек незаметный взгляд на дьявола и отметив его злой прищур и сжатые кулаки, осталась довольна нашим представлением, ну и ладно, подумаешь, братишка у меня больной на голову шалопай, зато белобрысый теперь точно не сможет сказать, что на меня никто не позарится! Счастливо улыбнувшись, обвила шею Донавана руками и спрятала лицо на широкой груди.
  
17
 
ФЛОРА.
Поставив меня возле двери с номером двадцать один, Дон достал ключ, открывая свою комнату, а я удивилась превратности судьбы, ибо проживал братик в аккурат напротив Терренса. Замок щелкнул, меня бесцеремонно втолкнули внутрь, и сложив руки на груди, Донаван поинтересовался:
 
— Ну, и кто этот белобрысый хрен, для которого ты решила устроить спектакль?
— С чего ты взял, что это для него? — смутилась я, отводя глаза.
— Потому что, помимо него, в сознании был только оборотень, и если учесть, что ты беззаботно на мне висела, пока я на нем стоял, как мужчина он тебя не привлекает. Ещё, конечно, присутствовал бармен, но сразу тебя предупреждаю — орка отец в качестве зятя не примет! — усмехнулся братик в ответ. — Да и смотрел на меня этот синеглазый амбал с явным желанием свернуть мне шею. Нет, я, безусловно, многих раздражаю, но конкретно ему ещё ничего сделать не успел. Так кто он, Фло, правду и только правду.
— Терренс Безжалостный.
— О как! — брови Дона удивлённо взлетели вверх. — А мы легких путей не ищем, да, сестрёныш? Семьдесят лет одиночества, и ты решила начать сразу с Белого дьявола?
— При чём тут это? Он просто меня бесит, а в том плане, о котором ты подумал, не интересует совершенно! — вздёрнула я гордо подбородок.
— И судя по всему, бесит о-очень сильно, раз ты, вместо того, чтобы, как обычно, отбить яйца и почки зарвавшемуся хаму, решила порадовать его театральной постановкой «Жених приехал»?! Можешь не вешать лапшу мне на уши! И кстати, а ты что здесь делаешь?
— Участвую в соревнованиях на звание лучшего воина, по личному приказу короля, а ты? — посмотрела я на Дона вопросительно.
— Я тоже, только по собственной инициативе, а вот теперь думаю, что напрасно явился… — задумчиво пробормотал он и, заметив мой ожидающий пояснений взгляд, задал вопрос. — Я так понимаю, Терренс тоже участвует? — дождавшись утвердительного кивка, продолжил. — Если отшлёпать Огненную бестию я еще могу попытаться, выстоять против Белого дьявола у меня шансов нет.
— Думаешь, он так хорош?
— Боюсь, мы даже не представляем, настолько, — скривил он губы в ухмылке. — Фло, ты — воин, пусть и превосходно, но просто выполняющий приказы демон. А он — убийца! Это другое: азарт, охота, адреналин, и если взять в расчет его репутацию… В общем, сама понимаешь, — брат раздосадовано махнул рукой.
— Откажешься теперь играть роль моего жениха? — поинтересовалась обеспокоенно, в ответ он расхохотался.
— Сестрёныш, ты вообще о дьяволе ничего не слышала, что ли? Он же повёрнут на справедливости, и без веских на то оснований никогда никого не тронет! Раз уж он испортил мой план по достижению славы, мы будем портить ему нервы. А если учесть, что мы с тобой и по отдельности-то невыносимы, страшно представить, на что способны вместе, — подмигнул брат, вызвав у меня вздох облегчения.
— И ещё, Дон, никаких баб, пока изображаешь моего жениха, если опозоришь меня перед ним — я и правда сделаю твою «пипку» маленькой, понял? — угрожающе ткнула я указательным пальцем в его грудь.
— А вот это уже не честно, я только на сегодня с тремя договорился, а ты мне предлагаешь неделю целибат соблюдать?
— С тремя? — округлились шокировано мои глаза. — Донаван, в кого ты такой кобель? Внешне — вроде бы копия отца, но он, в отличие от тебя, рекорды не устанавливает!
— Конечно, у него же мышка есть! А я, пока ещё не обзавелся каким-нибудь животным, хочу погулять! Ладно, так и быть, потерплю недельку, — неожиданно принял брат моё условие.
— А чего это ты такой сговорчивый, и подыграть согласился, и даже с воздержанием смирился? — посмотрела я на него подозрительно.
— Все просто, Фло, иметь в должниках вечно бесящую тебя сестрёнку — особый вид удовольствия! Ведь ты же не думаешь, что я не попрошу оплату за это? — расплылась по его губам предвкушающая ухмылка, увидев которую, подумала: вот зачем я с ним связалась? Уж лучше Терренс со своим хамством, чем этот придурок.
 
Поняв, как сильно сглупила, тяжело вздохнула и отправилась на выход. Не тут-то было! По двери сразу же пополз чёрный орнамент, магически её запечатывая, а за спиной прозвучал ехидный вопрос: