Вертел я ваши кланы! Том 4 (СИ)

— Ты уже две минуты сидишь, не моргая. Глаза пересохнут.
— А, да... — она пару раз моргнула, достала откуда-то салфетку, промокнула в уголках глаз, и так и зависла снова, глядя теперь на салфетку в руках.
— Марика, хочу тебе сказать, что ты большая молодец.
Она удивлённо вскинула глаза.
— Ты издеваешься? У меня пациент умер, я не справилась! Какая молодец, просто самозванка... назвалась целительницей, побежала за вами, а сама ничего толком и не умею!
— А я другое совсем видел.
— Да, и что же ты видел? — язвительно спросила Марика. — Как я облажалась?
— Как ты не давала умереть человеку с гарантированно смертельной раной. Никто бы не смог спасти его. Можно отрастить новую руку, или ногу. Даже печень или сердце. Но не половину тела. Марика, его нахрен пополам разрубило! Ты целитель, а не бог! Ты не сможешь спасти всех!
— Если бы на моём месте была Маргарита Николаевна...
— Думаю, она бывала на твоём месте. Наверняка и у неё умирали пациенты. Но она не сдалась, работает дальше. И спасает тех, кого в силах спасти.
— Мне кажется, я бездарность...
— Ты как раз очень талантлива. Много студенток второго курса всерьёз практикует?
— Никого не знаю. Вот и я слишком рано полезла.
— А вот это не тебе судить, рано или нет, — подошёл к нам дед. — Тебя Маргарита не за красивые глазки на практику взяла. А Марк сам ушёл. Ты его поддержала, сколько могла, а он от загрузки отказался. Предпочёл совсем уйти. Это, в конце концов, его право.
— Но я... я обязана сделать всё, чтобы спасти пациента!
— Ты и сделала. Без тебя он не успел бы попрощаться. Так что вытри сопли, девочка, и иди к Оле и Кате. Их надо успокоить, я знаю, ты можешь.
— Хорошо, — Марика шмыгнула носом, но встала и пошла к Кате и её маме.
— Деда, а это не слишком? Она сама не очень в порядке ещё...
— Как раз то, что нужно. Пусть почувствует, что может приносить пользу, как целитель. Может, когда-нибудь познакомлю её с Асклепием, мне кажется, она потянет. Пошли, позавтракаем, да я домой.
Внезапно я что-то почувствовал. Даже не я, а Рики. Но и я тоже.
«Касание полога! Миша, слышишь?»
«Слышу. И чувствую!»
Я посмотрел деду в глаза.
— Только не фрикадельки. Ненавижу фрикадельки!
  
Глава 15. Утро
 
— Только не фрикадельки. Ненавижу фрикадельки!
— Не хочешь — не ешь! — усмехнулся дед. — Я тут одно местечко знаю, пошли.
Он взял меня за плечо, и мы с лёгким хлопком перенеслись... куда-то на набережную Москвы-реки, кажется.
— А что, так можно?
— Можно, можно, — отмахнулся дед. — Что почувствовал?
— Лёгкое однократное касание. Как будто ... как будто ты в душе, за шторкой, и тут кто-то по ней рукой проводит.
— Погоди, Миша, — подала голос Аврора. — Ты сам почувствовал? Или Рики? Кто полог держал?
— Держала Рики, почувствовали оба. Ой. А ещё на пляже, когда Софию брали, кажется, это я её молнией ударил, а не Рики. А как так?
— Интересно... — дед на секунду замолчал. — Рики, иди-ка сюда.
— Я здесь, — Рики мягко перехватила контроль.
— Создай-ка мне огонёк? — дед улыбнулся.
— Только у меня совсем слабый получается, так, костёр развести, — заранее извинилась Рики.
— Давай слабенький.
Рики вытянула руку ладонью вверх, и на ней заплясал огонь. Вот только не слабенький, а вполне приличный, от перегретого воздуха повеяло самым настоящим жаром.
От удивления Рики даже потеряла контроль!
«Да как так-то! Я же...»
«Попробуй воду собрать, как Вика».
Рики снова перехватила контроль, и ... и почти ничего. Над ладонью появилось небольшое облачко лёгкого тумана, но это явно не тот уровень, который демонстрировала нам Вика.
— Очень интересно, — резюмировал дед, почесав в бороде. — Аврора, погоняешь их на полигоне?
— Обязательно! Самой любопытно, — откликнулась та. — Мы немного отвлеклись, вам не кажется? Что с Кукловодом то делать?
— Миша, Рики, вам задание — запомнить силу касания. Возможности менталистов зависят от расстояния. Аврора, ты, надеюсь, запомнила, кто где в здании в момент касания находился и что делал?
 
— Записала, со всех ракурсов и все камеры. Очень удачно получилось, что сейчас глубокая ночь, и в здании людей сравнительно немного.
— Кто?
— Лаборанты, охрана, руководство, уборщики. За всеми с этого момента усиленное наблюдение буду вести. Раньше никто под подозрение не подпадал.
— Деда, а он мог подумать, что наткнулся на твой полог, а не на мой? Я же рядом с тобой стоял.
— Мог, — дед согласно кивнул. — Но проверять вряд ли станет. Меня он точно не пытался сканировать, знает, что замечу.
— А знает ли? — усомнился я. — Вдруг он с патриархами раньше дел не имел? Переслав ведь в своей хижине сидит, нос не высовывает.
— Дело говоришь, — дед задумался. — Пойдём-ка на самом деле поедим. В Новосибирске-то давно утро. А когда вернёмся — от меня не отходи. Ни на шаг. А я своим пологом радиус захвачу. Аврора, тебе постучу, фрикадельки второй раз не используем. Знаешь, если бы мы не подозревали, что у нас менталист завёлся, я бы и не обратил внимания, коснись кто-то полога. Лет сто пятьдесят такого не было, со времён Октябрьской революции.
Позавтракали мы в кафе. Собственно, я только кофе выпил, прошлую ночь почти не спал, и сегодня, видимо, не удастся. А вот деду, похоже, аппетит ничем не перебьёшь.
В наше отсутствие Марика успела успокоить Катю и Ольгу Алексеевну, и когда мы к ним подошли, Катя просто молча встала и прильнула ко мне, прижавшись всем телом. Мне оставалось только её обнять и погладить по волосам.
— Я сегодня дома останусь, — негромко сказала она. — С июня не была дома, представляешь! Останешься со мной?
— Останусь, только надо Марику обратно отправить.
— Да зачем? Места хватит, — Катя усмехнулась. — Дом-то большой, а живёт в нём сейчас только мама и ещё несколько человек, в основном охрана.
— Поели шашлыка, называется... Как там наши, интересно?
Тут я заметил, что дед незаметно побарабанил ногтями по браслету коммуникатора. Но я на этот раз ничего не почувствовал. Значит, сканировали не меня.
— Я сообщила им, что случилось, — ответила Аврора. — Очень уж они переживали. Сейчас уже все спят. Если завтра проспите и опоздаете на занятия — никто не удивится.
— Думаю, мы здесь задержимся до похорон, — меня не оставляло ощущение, что мы что-то упускаем, и это что-то здесь, в Москве.
— Спасибо, Миша, — Катя обняла меня ещё крепче.
Ольга Алексеевна выделила мне и Марике по гостевой комнате.
— Оооо, подушечка! — стоило мне прилечь, как глаза закрылись сами собой.
«Погоди, не спи», — Рики подёргала головой, чтобы растормошить меня.
«Почему это?»
«Подожди пару минут, не отрубайся!»
«Рики, милая, я спать хочу сейчас больше всего на свете! Это может подождать до утра?»
«Сомневаюсь, что Катя станет ждать утра».
«Чего???»
Сон как рукой сняло.
«Миша, ей сейчас очень нужна поддержка. Я готова с тобой поспорить, что она придёт. Только маму спать отправит. И вообще, чего ты так боишься? Думаешь, после всего Ольга Алексеевна хоть слово против скажет?»
«Чего боюсь? Что вы опять будете проверять меня на прочность. А мне опять будет чертовски сложно удержаться».
«Миша, ты упёртый до ужаса!»
«Я же сказал: когда найдём тебе тело».
«Хорошо-хорошо, как ты сказал, так и будет! Эгоист!»
Мы бы, может, и дальше спорили, но в этот момент дверь скрипнула, и в комнату проскользнула Катя. Узнал её в темноте по пропорциям фигуры.
— Можно? — шепнула она.
Я молча отдёрнул простынь.
Катя улеглась, повернувшись ко мне спиной. Одета она была, кажется, в длинную футболку.
Немного подумав, я обнял её за талию и подтянул к себе, уткнувшись носом в копну волос. Чуть щекотно. Поворочавшись, вторую руку я засунул под подушку. Вот так удобнее.