«СМЕРШ» ПРОТИВ «БУССАРДА» (Репортаж из архива тайной войны)
Пройдя проверку, Скоробогатов встречается с Ростовым, азатем убеждает Ростова в бессмысленности борьбы на стороне Гитлера. В начале 1945 г. с помощью ребят и поляков-патриотов Скоробогатов вместе с Ростовым выводит в расположение наступающих частей Красной армии всю диверсионную школу, в том числе и детей-подростков. Они попадают в Управление контрразведки «Смерш» 1-го Белорусского фронта [7], где Ростов-Беломорин рассказывает о своей судьбе и работе. Изучив все данные о Ростове-Беломорпне, контрразведка предлагает ему встретиться с Мезенцевой, которая заброшена под Берлин и работает по сбору разведывательной информации. Ростов-Беломорин согласен. Но перед вылетом на задание Центр получает сообщение, что Мезенцева погибла, попав в засаду. Узнав об этом, Ростов-Беломорин покончил с собой.
Таким образом, перед вами не просто остросюжетный шпионский детектив времен Второй мировой, это одновременно и история любви — с трагическим финалом в совершенно шекспировском духе.
Надеемся, книга Н. В. Губернаторова «Смерш» против «Буссарда» вызовет неподдельный интерес не только у ветеранов Великой Отечественной войны, ветеранов и сотрудников органов госбезопасности, историков, но также у широкого круга молодых читателей, которым небезразличен вопрос о том, какой дорогой ценой досталась всем нам Победа.
A. А. Зданович, Президент Общества изучения истории
отечественных спецслужб,
B. К. Былинин, член президиума Общества изучения истории
отечественных спецслужб
Часть 1
«Прозрение Савла»
«Возьми строку и время верни».
Пролог: разговор с Андроповым
Этой книге предшествовали события, послужившие автору началом для ее написания.
Работая в аппарате Юрия Владимировича Андропова, к началу 1982 г. я уже знал, что его переводят из КГБ в ЦК КПСС. Изучив за долгие годы его душевную чуткость и отзывчивое отношение не только к своим сотрудникам, но и вообще к людям, я обратился к нему на одним из докладов с личной просьбой. Юрий Владимирович снял очки и, отрываясь от бумаг, спросил своим мягким голосом:
— Рассказывайте, какая просьба?
Подавив волнение, я заговорил:
— Юрий Владимирович, разрешите мне перейти на работу в Высшую Краснознаменную школу КГБ, только там я могу закончить и защитить докторскую диссертацию.
После непродолжительной паузы Андропов, как бы размышляя вслух, сказал:
— Да, пожалуй, при нашей загрузке здесь завершить диссертацию трудно, тем более что подготовку к защите и саму защиту вам придется делать в ученом совете школы.
Затем, откинув голову назад, он задумался и произнес:
— Я сейчас припоминаю: вы подобное желание уже высказывали, когда я поздравлял вас с присвоением вам генеральского звания и пожелал дальше расти, тем более что генеральское звание гармонирует с вашей фамилией и на слух звучит исторически приятно — генерал Губернаторов. Помню, вы искренне ответили, что рост в генеральских званиях вас не привлекает и что хотели бы защитить докторскую диссертацию и посвятить себя научно-педагогической деятельности. Кстати, а как называется тема вашей докторской?
Я ответил:
— Ученый совет утвердил мне тему: «Борьба органов государственной безопасности СССР с диверсионной деятельностью немецко-фашистской разведки в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.». Тема советом признана актуальной как с точки зрения исторического опыта, так и с точки зрения возможности использования его в настоящем и будущем времени.
— Тема действительно актуальна и интересна, — заметил Андропов. — И опыт следователя вам пригодится.
— Да, мне пришлось расследовать уголовные дела по диверсии. Опыт, конечно, пригодится, — ответил я.
Подытоживая наш разговор, Андропов сказал:
— Ну, что ж, в принципе я не возражаю против вашего перехода.
— Спасибо за поддержку, Юрий Владимирович. Но возражает ваш начальник секретариата. Он мотивирует это тем, что придет новый председатель, ему надо помочь быстрее вникнуть вдела, сохраняя преемственность.
— Вообще-то он по-своему прав, — заметил Андропов и с некоторой иронией спросил: — А вы, что ж, не очень хотите работать с новым председателем?
— Нет, почему же. За тридцать два года службы в КГБ я поработал с четырьмя председателями, готов трудиться и с пятым, — ответил я как можно спокойнее.
— Ну, хорошо! Я поговорю с начальником секретариата, посоветуюсь со своими замами и сообщу о нашем решении.
Через несколько дней меня вызвал Андропов и, как мне показалось, не без удовольствия, с радостным подъемом сказал:
— Поздравляю, начальника секретариата я уговорил, мои замы согласны. Я дал команду управлению кадров оформить приказом ваш переход в Высшую школу, Там сейчас нужен начальник научно-исследовательского отдела. Правда, должность не генеральская, но мы сохраняем вам прежний оклад денежного содержания. Вас это устроит?
Я поблагодарил за заботу и сказал, что меня это решение вполне устраивает, так как соответствует личным планам.
— Но это еще не все, — продолжил Андропов. — В связи с вашим переходом мне хотелось бы поделиться некоторыми соображениями, которыми мы обменялись с моими замами. Тема вашей будущей диссертации историческая, и вам придется работать с архивами времен войны. К сожалению, в отличие от Минобороны, наш военный опыт недостаточно обобщен и не собран в документах. Не только широкая общественность, наши историки, но и молодые чекисты не знают, как действовали чекисты в военное время, не имеют возможности знакомиться с документами и изучать их. А ведь нам есть что показать и чем заслуженно гордиться. Одних только званий Героя Советского Союза присвоено более чем тридцати чекистам, а двое награждены высшими полководческими орденами Суворова.
Поэтому решено подготовить и издать в нескольких томах, в том числе в открытой печати, сборник документов о деятельности органов государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Я просил бы вас создать в структуре отдела и возглавить рабочую группу, которая занялась бы поиском, отбором документов, их научной систематизацией и подготовкой к изданию. Составьте план сборника с учетом требований историографии, предложите состав редколлегии, которую возглавит один из моих замов, на которого вы и будете замыкаться. Вам будут помогать учетно-архивные подразделения всего Комитета. А в группу подберите опытных специалистов: историков, архивистов, ветеранов-чекистов. И последнее. Скажите откровенно: эта объемная работа не помешает вам завершить диссертацию?
Я с жаром, совершенно искренне ответил, что наоборот, именно эта работа будет способствовать высокому качеству написания диссертации.
Так я окунулся в историю незримого фронта тайной войны 1941–1945 гг.
Когда я пришел в школу, в научно-исследовательском отделе уже работала небольшая группа составителей, которая затребовала многие тома из военного архива, сосредоточенного в г. Омске. Каждый присланный том был с любовью и аккуратностью оформлен, так что, казалось, сотрудники архива старались увековечить дела военных чекистов, не вернувшихся с войны.
Первое знакомство с юными диверсантами (рассказ генерала Железникова)
Втянувшись в работу, я начал с наиболее важных документов-спецсообщений, направлявшихся лично И. В. Сталину в Государственный Комитет Обороны (ГКО), а также Ставку Верховного Главнокомандования и другие высшие инстанции.
Так, мое внимание особенно привлекло спецсообщение Управления контрразведки «Смерш» Брянского фронта, адресованное в ГКО [8] И. В. Сталину. Оно выделялось не столько своим необычным содержанием, но и подписью начальника — генерал-лейтенанта Н. И. Железникова [9]. Дело в том, что легендарный чекист, Николай Иванович, которого я хорошо знал, находился рядом, в Высшей школе КГБ. Он был начальником основного — контрразведывательного факультета школы. Его уважали и любили не только слушатели, но и весь профессорско-преподавательский состав.