Прошедшее неоконченное (СИ)

 – А руки?
 – Он еле заметно отводит локти в стороны. Такое положение рук полнит, увеличивает верхнюю часть тела. Женщины обычно это не любят и стараются прижать локти плотнее к телу, чтобы казаться миниатюрнее. Я с точностью могу сказать, что это – мужчина. Ну или максимально маскулинная женщина, которая с детства посвятила себя тяжёлым видам спорта, что оказало влияние на формирование скелета.
 Полицейский кивнул Марко в знак благодарности.
 – Также прошу обратить внимание: движения довольно плавные. И, смотрите, очень интересная особенность: он ставит ногу носком наружу. Крайне нетипично для обычного мужчины. Но очень типично для танцора.
 Эта фраза заинтересовала полицейского гораздо больше.
 – Танцора?
 – Да, – наконец, подала голос Валерия. – Выворотность ног формируется при долгом занятии классическими танцами. Я видела таких мальчиков в школе искусств, когда училась там.
 – Понятно. Спасибо! – Роберто что-то отметил в своём блокноте.
 – У него был ключ.
 Валерия повторила эту фразу гораздо твёрже. Марко даже показалось, что в её голосе звучит странная надежда. Глаза её лихорадочно заблестели, грудь вздымалась часто.
 – Да, – кивнул Роберто.
 – Значит, он мог проникать в мой номер и ранее? – с нажимом проговорила Валерия.
 – Именно поэтому я так подробно Вас и расспрашивал, синьорина Валерия. У Вас есть какие-то соображения? – спросил Роберто.
 – Есть.
 Девушка побледнела окончательно.
 – Первого января… – она сглотнула и хрипло продолжила, – первого января, в промежуток между… хм-м-м… девятью утра и десятью вечера в моём номере, возможно, кто-то был.
 Марко в ужасе уставился на Валерию.
 – Как Вы это поняли, синьорина? – тихо спросил страж порядка.
 – Утром, перед встречей с синьором Геррьеро, я достала из шкафа два платья. Одно надела, а другое – вернула в шкаф. По приходе же я обнаружила, что оставленное мной платье лежит на кровати.
 – Но почему ты никому ничего не сказала? – вскричал Марко.
 Ему хотелось как следует тряхнуть эту девчонку.
 – Я… кхм… – голос Валерии осип окончательно. – Я подумала, что сама была неаккуратна.
 
 – И тем не менее, после этого стали запирать дверь изнутри на задвижку, не так ли? Именно поэтому поджигатель не смог войти в номер вчера вечером, – проговорил полицейский.
 – Да, – еле слышно отозвалась Валерия.
 Говоря это, она отчаянно прятала глаза, и Марко решил – во что бы то ни стало добьётся правды, когда полицейский уйдёт. Валерия продолжила:
 – Мы сможем это проверить?
 – На самом деле, синьорина, мы уже это проверили, – спокойно ответил Роберто.
 – Как так? – удивилась девушка.
 – В тот вечер Вы были крайне взволнованны. Прибежали на ресепшн отеля босиком. Администратор это заметил и на всякий случай сделал пометку, чтобы передать сведения своему сменщику. Естественно, когда мы начали расследование, эта пометка быстро всплыла. Ну и мы наряду с видеозаписью от второго января запросили и видеозапись от первого.
 – И что там? – взвился Марко.
 Валерия, кажется, абсолютно утратила дар речи. Полицейский просто повернул к ним планшет и запустил видеозапись. На экране был тот же коридор. В кадр так же вошёл мужчина. В это раз он был без шапки, так что было отчётливо видно, что волосы у него светлые. Мужчина вёл себя гораздо свободнее, даже поздоровался с какой-то парой постояльцев, шедших ему навстречу. Подойдя к двери номера Валерии, он по-хозяйски открыл дверь и скользнул внутрь.
 Валерия следила за ним каким-то больным взглядом. Всё её тело начало мелко дрожать. В её глазах полыхала ярость, отчаяние, страх и что-то ещё. Что-то очень похожее на надежду. Через пятнадцать минут, которые Роберто перемотал, мужчина вышел из номера, держа у лица какую-то тряпочку.
 – Именно его я видел с синьориной Валерией в Чинечита, – резко сказал Марко. – Изображение не совсем резкое, но я уверен. Что с записями оттуда?
 – Пока не поступили, – ответил Роберто.
 – Что это? – дрожащим голосом спросила Валерия. – У него в руке.
 Но Марко уже понял, что это было, и кровавая пелена заволокла его зрение. Как сквозь вату он услышал, как Роберто ровным голосом пояснил:
 – Он подносит ткань к носу очень характерным жестом. Но её нюхает. Очень похоже, что это – Ваше нижнее бельё.
 Валерия выпрямилась на диванчике. Ноздри её гневно раздулись.