ДНК Америка (СИ)

Правда, первый день заставил меня усомниться - лаборант я или уборщица. Но к счастью, стойко все выдержав, вечером я явилась в комнату, чувствуя себя просто ужасно. Жаль, только пообщаться мне ни с кем так и не удалось. Если я хотела завести с кем-то разговор, меня сразу прерывали и давали еще больше работы. Тогда стало понятно, что разговорчики тут не слишком любят. 
Была уже почти полночь, как мне посчастливилось доползти к кровати. Сняв с себя мокрую от пота одежду, я быстро приняла холодный душ и с громким стоном распласталась на постели. Спина ужасно ныла от постоянного скручивания над столами и ящиками, руки и ноги крутили. Чувствовала себя разбитой и ужасно хотелось расплакаться. Ну, вот так стало себя жаль!
Я посмотрела на кровать напротив себя. Ли спокойно себе посапывала, наверно, наблюдая уже двадцатый сон. В этот момент мне так захотелось с ней поговорить, узнать хоть что-то. Возможно, она смогла бы меня успокоить, сказать, что все это ошибка. И завтра все будет по-другому. Но нужно быть реалисткой. Признаться самой себе, что я попала в настоящую ж*пу и выбраться отсюда почти нереально.
Закрыв глаза, я начала  мысленно прокручивать в голове то, что сегодня увидела снаружи. 
Наше трехэтажное общежитие. Рядом довольно громадное строение лаборатории. Это было одноэтажное здание без окон и с одним входом. С высокими потолками  и небольшим подвалом, где держали несколько крыс и собак в клетках.  Чуть дальше лаборатории стоял, неплохой себе, домик, для нашего господина Рогозина. На заднем дворе находилась небольшая взлетная площадка, огромный ангар и два грузовых вертолёта. Все это было огорожено четырехметровой сеткой и колючей наэлектризованной проволокой. С северной и западной стороны, стояли две вышки для охраны. 
Вроде бы ничего броского, хотя охрана жесткая. От этого возникал вопрос: для чего такие меры? И куда я вообще попала? 
Меня просто грызло множество вопросов. Несмотря на усталость, я не могла вот так просто уснуть, не получив хотя бы часть ответов на них. Поэтому, как мне не было жаль свою новую подругу азиаточку, мне пришлось её разбудить.
- Ли, - прошептала я осторожно. Я еще помнила о том, что она легко надирала задницы мужчинам, которые её здесь домогались. Девушка пошевелилась и сразу открыла глаза. – У тебя очень чуткий сон, - прошептала я, поворачиваясь на бок к ней лицом. 
- Привычка, выработанная годами, - ответила она, подперев голову руками. 
- Прости, что разбудила. Ты обещала поговорить.
- Да, я тебя ждала, - ответила она. – Видимо, не сладкий день?
- Неужели может быть хуже? Здесь вообще знают о законе про восьмичасовую занятость? – устало сказала. – Ли, что происходит?
Девушка тяжело вздохнула и перевернулась на спину, вперив взгляд в потолок. 
- Я хочу знать, могу ли тебе доверять и насколько, - сказала она, не моргая. 
- Полностью. Клянусь, - не обдумывая, ответила я.  – Я не хотела и не знала, куда меня везут. В контракте совсем говорилось о другом виде деятельности. Это должно было быть место, где-то во Владивостоке, в клинике с хорошей репутацией. Не понимаю, как я могла оказаться в Сибири на таких условиях. Чувствую себя заключенной.
- Ты не слишком далека от истины, - ответила Ли,  вновь ко мне поворачиваясь. – Я тебе кое-что расскажу. Только ты должна пообещать, что это будет между нами. Мне просто нужен человек, которому я могу доверять. Сама я не справлюсь. Твой доступ к лаборатории  мне бы очень помог. Поэтому я очень рискую, открываясь тебе. 
- Ладно. У тебя есть мое слово. Чем еще я могу доказать тебе, что на твоей стороне? Мне очень нужно выбраться отсюда, и, если это поможет, то я согласна на все. 
- Первое – ты должна  знать, что живыми отсюда никто никогда не уходил. Если у тебя есть кто-то из родных, то для них ты уже погибла в каком-то ужасном несчастном случае, как только переступила  порог самолета, который направлялся сюда, - спокойно ответила Ли. – И я тебе верю. Вижу, ты напугана и растеряна. 
Да, это так и было. Просто мне трудно в этом было признаться даже самой себе. А еще истерить и рыдать просто было безрезультатно. В таких ситуациях нужен весь здравый ум и стойкость. Понимая, что Ли моя последняя надежда, которая очень много знает, я ухватилась за нее, как за спасательный круг. Ведь только сейчас поняла, что это все не шутки. Лишь бы только выбраться. 
- Расскажи мне все, что можешь, Ли. Пожалуйста, - попросила я, судорожно сглотнув. Страх и понимание безысходности наполнили меня до краев. Но я готова была побороться, раз весы стояли только на жизни или смерти. – Ты можешь мне доверять. Обещаю.
- Никому не слова, Мика. Иначе, заподозрив, что ты что-то знаешь, тебя ликвидируют, не успеешь даже пискнуть. Будь милой, стойкой и соглашайся, по возможности, на все, что ты можешь перенести. Не перечь никому из старших. И говори ТОЛЬКО со мной о подозрениях и информации, которую ты узнала.
- Хорошо, - согласилась я, и Ли, выдержав небольшую паузу, начала свой, до жути нереальный, рассказ:
- Моя сестра – Анита Островская, работала в лучшей поликлинике Москвы хирургом. Она любила свою работу и была отлична в своем деле. Мы всегда были близки. Всем делились друг с другом. Она младше меня на два года. Ей всего было двадцать восемь лет. Меня всегда привлекала компьютерная техника, программы, все сложное и необычное. Поэтому, когда стал вопрос о моей профессии, я поступила в институт на киберзащиту. Что касается техники и программ, я, как рыба в воде. Поэтому меня завербовали в одно подразделение, где я работала вот уже как шесть лет, - сказала Ли осторожно, посмотрев на мою реакцию. – Не буду вдаваться в подробности. Они ни к чему. И кстати об этом тоже никто не должен знать. Я говорю тебе все это, чтобы ты понимала, что тоже мне можешь доверять. Ведь, как только, ты вчера приехала сюда, я нашла кучу информации о тебе, поняв, что ты не несешь мне никакой опасности.
Я удивленно вытаращила на нее глаза, но промолчала на это признание. Вся усталость и сонливость вмиг улетучились,  заставив меня слегка приподняться в кровати. Я хотела получше видеть Ли, понимая, что человек передо мной совсем не тот, кем я её представляла. 
- Продолжай, - подбодрила я её осторожно.
- Мы все время созванивались с Анитой, и говорили о разной ерунде. Однажды она позвонила мне и сказала, что ей предложили работу в новом месте с зарплатой в три раза больше, чем у нее была. Что меня еще тогда насторожило. Анита сказала, что приняла это предложение, потому что пора уже было думать о будущем и семье. Там она могла заработать себе на квартиру и все прочее, прежде чем пожениться со своим парнем. Да, она была на тот момент помолвлена.
Она сказала мне дату и примерное место вылета… И в тот день мне сообщили, что случился несчастный случай. Самолет разбился и бла-бла-бла… Моя сестра погибла. 
Правда, я смирилась с этим, поверив в действительность. А через месяц она мне позвонила. Никогда не слышала такого испуга в ее голосе.
Анита сказала, что находится в какой-то тайной лаборатории. И что ей совсем не нравится то, как обращаются тут с людьми. Также, выложила свои предположения по поводу, того, что тут тестируют или производят нечто ужасное. Пообещав, что выяснит все подробно и сообщит, она попросила помощи. 
Она не знала, как выбраться оттуда. И сказала, что если в следующем месяце не выйдет на связь, значит, её уже нет в живых. Я возразила ей тогда. Но она попросила прощения и сказала, чтобы я сделала все возможное, чтобы раскрыть это место и помочь другим людям. Чтобы не случилось. У нее был доступ к лаборатории, и она говорила, что в одном из столов есть тайник с красной каймой. Он должен как-то открываться. В том тайнике моя сестра обещала, что оставит информацию, которая мне поможет разобраться, что здесь происходит. Та информация будет там в том случае, если Аните получится что-то раздобыть. И если она не выйдет на связь. 
Я судорожно глотнула и с испугом посмотрела на Ли. В её глазах стояли слезы. Про следующий исход, можно было узнать по её состоянию. Но я почему-то надеялась, что все не так ужасно.