Варвара начинает и побеждает (СИ)

Увечный портал короля заработал, и доставленная с его помощью в замок матушка Польо – дама крупная, деятельная, строгого вида – со слезами на глазах обняла и единственную дочь, и младшего сына. Двое старших получили от неё по полновесному подзатыльнику, и ещё она поблагодарила короля – за то, что помиловал обоих. Сказала – пусть теперь сами думают, как дальше жить. Потому что госпоже графине они такие зачем, после всего, что было, а кому они ещё нужны?
Король, правда, улыбнулся и сказал – возьмёт на службу, всё же маги, но только сначала бы этим магам добавить немного ума – а то грустно как-то, одарены свыше щедро, а ума нет.
- Курс добавки ума бестолковым магам от мастера Кракена? – усмехнулась я. – Если он согласится, конечно.
- Можно поговорить, - улыбнулся Лео. – И после такого курса уже и на службу можно взять. – Я поговорю.
- Я тоже могу, мне, вообще-то, ещё ему обо всём докладывать. Только завтра, хорошо?
Потому что сегодня у меня есть ещё одно дело.
Король отбыл в шатёр, эмир отбыл в шатёр, Змей отбыл спать, Самоцвет проверил караулы – на всякий случай – и тоже собрался спать. Он уже двигался в сторону покоев, где всю эту неделю обитали прочие братья стражи, но был бесцеремонно остановлен за чёрный рукав изящной и сильной ладонью. Я же стояла за поворотом стены и хотела пожелать обоим доброй ночи, но выдохнула и притормозила.
- Постой, - сказала Рысь. – Не торопись. Разве покой наверху был плох? Или я теперь тебе нехороша?
- Теперь? – нахмурился он.
- Теперь. Ты же наследник, да не каких-то там бешеных шакалов, а Звёздных Дождей. Я больше не нужна?
- Ты нужна всегда, - он стремительно обернулся и обнял её. – Мне показалось, что вчера ты… не возражала потому, что не имела сил.
Наша Рыська аж задохнулась от такого возмутительного предположения. Схватила его за ворот туники, и оба исчезли. И спустя мгновение – проявились снова.
- Мне не нужно для такого сил, ты! Да если бы я не хотела сама, я бы! Тебя! На месте! Не ногой в глаз, как наша огненная птица, но сразу насмерть, ясно тебе? Или ты вообще не видишь ничего, кроме себя, своих дел и камушков на пальцах? Или ты боишься, как все они?
- Я вижу тебя, - глухо сказал он. – Смертоносную и блистательную. И я не боюсь. Я верю, ты не причинишь мне зла.
- Тебе? Нет, никогда.
Они целовались, прильнув друг к другу, а вокруг них клубилась серебристая пыль. Прямо как наша невиданная защита той страшной ночью. А потом они взялись за руки и убежали в нашу башню, наверх, туда, где пустовала неплохая, как оказывается, комната.
Мне было очень любопытно, что подумает о выборе Самоцвета дождевой эмир. Но я ни мгновения не сомневалась – Самоцвет никому не позволит разлучить их с той, кого сам выбрал. Что бы об этом не думали.
Я вышла из укрытия, и едва не врезалась в Лео – он поймал, взял обе мои ладони в свои, смотрел и улыбался.
- Что же, прекраснейшая, день окончен? И нам тоже можно отправиться наверх?
- Можно, - кивнула я. – Но сначала у меня ещё дело.
- Ночью? – изумился он.
- Именно. Ночью никто вокруг не ходит и не смотрит, что это я делаю. Могу пригласить тебя с собой и представить.
- У тебя ещё кто-то в рукаве?
- Идём, - я взяла его за руку и потянула в сторону внутреннего двора.
Там сбросила сапоги и прошлась вокруг бассейна – всё верно, пусто. И на всякий случай зачаровала проход – чтобы никого нелёгкая не принесла.
Дополнительный человек – это ещё и дополнительные возможности. Я подхватила забытый кем-то на бортике бассейна кубок, выплеснула из него остатки воды деревьям под корни и поставила обратно.
- Дай нож или ложку, пожалуйста.
Я-то сегодня исключительно декоративная, ни ножа, ни ложки, ни чашки, ничего. Всё наверху.
Лео изумился, но нож дал. Я тихонько ударила кончиком по краю бокала – звук есть, отлично.
- Скажи мне, друг мой дорогой, можешь ты отбивать ритм вот таким образом? – и задала его несколькими размеренными ударами.
- Могу, дело нехитрое, - Лео оказался вполне готов поддержать меня.
 
- Вот и отлично. Начинай и держи, и ничему не удивляйся.
Он только рассмеялся, и принялся ритмично звенеть кончиком ножа о край бокала. А я стряхнула ноги и руки, и вытянулась. Достала руками не до неба, конечно, но – куда смогла. И пошла на полупальцах легко – вокруг бассейна, завивая траекторию петлями и расплетая обратно.
Сегодня во мне не было ни сил, ни каких других ресурсов на полноценную разминку или энергичный танец, но лёгкую пластичную импровизацию я сотворить смогу. Постараюсь.
Звук выходил негромким и немного монотонным, но он задавал настроение. Я плыла вокруг Лео и вокруг воды, вместе со мной в небе плыли невероятно яркие здесь звёзды. И мне казалось, что листья на деревьях тоже движутся в такт со мной.
Последняя петля, достать до звезды, поклон… выдох.
- Нож, пожалуйста, - протянула я руку Лео.
Он безропотно дал, я проколола палец и капнула кровью на мраморные плиты.
- Радуйтесь, древние!
- И ты радуйся, последняя Либрия, - прошелестело в ответ, и призрачная Хранительница предстала перед нами.
Лео только что не подпрыгнул от неожиданности. Протянул руку, взял нож и тоже дал своей крови.
- Приветствую вас, кто бы вы ни были, - и поклонился ей учтиво.
- Кого ты привела? – сущности было любопытно.
- Это мой жених, Руджеро из дома Отвилей. А эта сущность хранит здешнее святилище с незапамятных времён.
- Постойте, святилище же где-то возле Сирры Подгорной?
- Там храм Величайшего, - Хранительница произнесла эпитет с почтением. – А здесь издавна славили владычицу урожая и богатства.
Тьфу ты, у неё ж на голове венок из колосьев, просто колоски небольшие и аккуратные, вот я сразу и не разглядела.
- Потому здесь и жили богато, так? – уточнила я.
- Жили, - кивнула Хранительница. – Когда не забывали и почитали, или хотя бы когда не гнушались делать руками и вкладывать свои силы. Как ты.
- Да куда там, я только и знаю, что приказы раздавать, потому что само не работает, - отмахнулась я.
- Но если нужно – становишься и делаешь.
- Благодарю за добрые слова, - поклонилась я. – Но скажи, если ты знаешь что-то об урожае – что нам делать с оврагами на полях? И кто их топчет по ночам, это началось ещё до войны с Дождями?
- Овраги посмотрим, если ещё остались – уберём, - раздумчиво сказала Хранительница. – Незачем они теперь, раз нашлась смертная, поклонившаяся и пришедшая с добром и уважением. А топчут, я думаю, кони. Я гляну и скажу, чтобы не топтали, нечего. И птицы чтоб не разоряли, и саранча.
Вот и правильно, нечего. Какие бы там кони или птицы ни были, нечего.
- Благодарю тебя, Хранительница. Скажи, а если я пойду в храм Величайшего, меня пустят?
- Отчего ж не пустят? Это ж не затворённые ото всего храмы ваших новых богов, там – и солнце, и луна, и ветер, и молния.
- И со мной… будут говорить?
- Это вероятно, - кивнула она.
- Благодарю, - снова поклонилась я. – Я буду пробовать, скорее всего.
- Похвально, - согласилась она. – Ты не из тех, кто только требует, ты с пониманием и с почтением. Тебя выслушают.
- И это очень хорошо, - сказала я. – А сейчас я, с твоего позволения, пойду, мы пойдём. Завтра будет новый день.
- Верно, - Хранительница тоже склонила голову. – Ступай, добрых тебе снов и доброго пути.
- И тебе всего хорошего.
Мы в молчании поднялись наверх, я отворила дверь… и чуть было тут же не закрыла её обратно. Потому что над стоящей на столе чашей висел Аль-Салах, а напротив него на лавке восседала Барбара. И они спорили.
- Ты столь же красива, женщина, сколь и неумна. Будь иначе, Творец свидетель, не взялась бы указывать мне, где быть и что делать.
- Ты тоже не очень-то умён! Почему ты не сопровождаешь мою сестрицу и не помогаешь ей? Её сегодня чуть было не похитили и не убили предатели Польо!
- Не звали – и не сопровождал. Вот ещё. Там множество людей, каждый третий – маг, каждый второй – великий герой. Сами справились. А ты глупа и ничего не понимаешь.