Варвара начинает и побеждает (СИ)

И смотрит на меня – прямо, пристально. Ну, я тоже так умею.
- Я весьма благодарна тебе за помощь вчера ночью, - я поклонилась. – Ты рассказал изумительную историю, она стоит того, чтобы прислушаться к тебе и дальше. И как кто ты просишь себе Сирру – как подданный и родич Аль-Ахалиля? Или как подданный короля Годфруа?
- Как подданный и родич Аль-Ахалиля, если помянутый Аль-Ахалиль согласится признать меня… родичем и подданным.
- А что ты сделаешь с людьми Аль-Масуда, которые там уже прижились за последние годы?
- Пусть живут, только под моей властью, - Змей стоял смирно, уважительно наклонив голову в сторону обоих властителей.
Те переглянулись.
- Если Барбара… графиня Ливарио не возражает, то и мне не след, - сказал король.
- Раз родич сам пришёл с повинной головой, то такую голову, говорят, и меч не сечёт, - кивал эмир.
- Тогда и мне возражать не след, - согласилась я.
- А что у нас с Аль-Масудом? – меня весьма интересовал ещё и этот вопрос.
- Казнить, что там, - эмир даже бровью не повёл.
- Казнить, но не забыть рассказать о его деяниях, - согласился король.
Меня это полностью устраивало. Ибо нечего. Наверное, это будет считаться местью за графа?
- Ну а теперь, когда мы выяснили насущное и раскрыли тайны, расскажите мне, если знаете – где та самая Зубейда? – король внимательно оглядел нас всех.
Эмир развел руками – он-то знать не знал ни о какой Зубейде.
- Она была среди наложниц, которых подарили в день коронации, - пояснила я. – И потом ещё шпионила для, очевидно, вашего мага-предателя.
Я рассказала об эпизоде в архиве и о нападении после того.
- Аль-Махран хотел, чтобы Устикой правил мой средний сын, - сказал эмир. – Он сам сказал, что искал договор, заключённый между мною и королём Руджеро, и вероятно, та женщина помогала ему. Ещё он, как я понял, имел право приказывать кому-то из окружения вашей королевы и попробовал поднять смуту во дворце, пока наш юный друг сидел под моими воротами. Но какие-то из местных сил ему этого не позволили.
Мы с Лео переглянулись – что, граф дель Васто, да?
Дальше Лео рассказал о графе и том, что с ним вышло. Ничего так заговор, хороший, качественный. И что, творца этого заговора до сих пор земля носит?
Я не удержалась и спросила.
- Пока носит, - ответил эмир. – Но уже недолго. И наверное, одна из его лучших помощниц – при нём.
Годфруа заскрежетал зубами.
- Госпожа, госпожа! – закричали из большого зала. – Тут неладно!
Да что ж такое-то? Я поднялась с бортика фонтана и вышла. Мальчишка Маркус стоял и тяжело дышал – видимо, бежал издалека. Следом спешил рыцарь Боэмунд.
- Госпожа, пленный нечестивец Аль-Масуд обманул стражу и бежал.
 23. Белые чайки и чёрные ласточки 
 
Уж конечно, все мы пошли посмотреть – как так вышло, что главный и самый нужный из здешних пленников сбежал. Посмотреть и без того было, на что, потому что в том месте, где ещё ночью располагалась вражеская армия, теперь выросли белые шатры королевского войска. Вокруг них на высоченных шестах трепыхались на слабом ветерке флаги, кое-где валялись щиты, и детали доспехов. Вообще в лагере было не слишком оживлённо – потому что если люди едва разобрались с одними проблемами, а потом мы подкинули им других, то тем людям нужно поспать.
Однако же, мы прошли до шатра, в котором, очевидно, предполагалось решать судьбу пленных, и увидели что? У входа – двух молодцов с виноватым видом, а с противоположной стороны дырку в тканевой стене. Вырезанную ножом. А внутри – три бездыханных тела, очевидно – тоже охраны. И судя по их виду, стражники принадлежали к подданным дождевого эмира.
Тот оглядел тела, оглядел нас всех и ощутимо завис. А я пихнула в бок Рысь.
- Сможешь расспросить?
- Конечно, - пожала та плечами.
Ну да, пустяки, дело житейское. Сейчас, мол, поговорим.
- Дева – некромант? – заинтересовался эмир.
- Творец нашей непобедимой защиты, - сообщила я, пропуская Рысь вперёд.
Мужчины взглянули с уважением – надо же, как бывает.
 
Рысь же опустилась на ничем не прикрытый земляной пол и взяла за руку одного из лежащих, и я увидела лёгкое серебристое сияние, окутавшее его фигуру.
- Отвечай. Кто убил тебя?
- Пленник.
- Как его называли?
- Аль-Масуд из Сирры Подгорной.
- Как он убил?
- Лишил меня возможности дышать.
- Только тебя?
- Всех нас разом.
- Спросите, прекрасная госпожа, какой предатель развязал ему руки и ноги и вытащил кляп, - поинтересовался эмир.
Очевидно, покойный не слышал никого, кроме некроманта.
- Как освободился пленник? – спросила Рысь.
- Сжёг свои верёвки.
Тьфу ты, а так можно было? Почему ж ему не настучали по голове-то, чтоб не шевелился и проблем людям не создавал?
Дальше оказалось, что вообще-то пленник вчера дал клятву, что не будет пытаться сбежать, и по этому поводу некоторые прекраснодушные даже не хотели его связывать. Однако, эмир был зол, и велел связать. И судя по всему, ещё оказался милосердным, раз не велел побить прямо там на месте.
Эмир лишь вздохнул, и поблагодарил Рысь за работу.
- Как зовут вас, прекрасная госпожа?
- Сестра Рысь, - хмуро ответила прекрасная госпожа.
Впрочем, наверное, хмурое лицо для этой семейки – не такой уж и недостаток?
Пошли проверять других пленных – там были ещё некоторые командиры Аль-Масуда. Больше не сбежал никто, все прочие были на месте. Громко раскаивались в содеянном, уверяли, что их заставили и что-то там ещё. И что их выгнали из замка, хорошего замка, они в нём только-только расположились, думали, это теперь их замок, и так всегда будет, во всяком случае Аль-Масуд им так сказал.
Эмир переглянулся с королём.
- Думаю, выяснить, кто таковы, и откуда. Вернуть сеньорам, если найдутся сеньоры, готовые принять их обратно.
- А если маги? – спросила я.
- А с магов спрос другой, - кивнул эмир.
- А вассалы Аль-Масуда?
- Если вам их жаль, сестрица, забирайте себе, - рассмеялся Годфруа.
- Я пока ещё не знаю, жаль ли. Но вдруг у них где-то там семьи и дети, которым есть нечего?
- Назначим верных людей, которые разберут и рассудят, - сказал король.
Мы прошлись и посмотрели на пленных – там и впрямь кого только не было. И явные оборванцы, и прилично одетые и вооружённые люди. Один из младших командиров прямо попросил короля выслушать и попросился с отрядом в полтора десятка человек куда-нибудь в более приличное место и к приличному сеньору. Король кивнул и обещал найти такого, кто согласится взять.
Меня тронули за рукав, я глянула – незнакомый мальчишка.
- Госпожа, с вами желают поговорить, - и кланяется.
- Кто желает? – нахмурилась я.
- Младший господин Польо.
- Господа, я оставлю вас ненадолго, меня зовёт Арнульфо Польо, - сказала я важным лицам.
Важные лица закивали и попросили не задерживаться. Я же пошла следом за мальчишкой – в очередной белый шатёр.
И первым делом увидела растрёпанную и заплаканную Ласточку. Внутренняя Барбара, давно не дававшая о себе знать, зашевелилась внутри – кто посмел? Убить!
Вокруг походного складного сиденья, на котором сидела моя сестра по Ордену, стояли трое мужчин, и одного из них я видела совсем недавно в зеркале, а двух других – когда король устраивал смотр войск.
Фиделио Польо, значит.
- Кто посмел обидеть сестру Ласточку? – поинтересовалась я.
- Где это вы увидели здесь такую, госпожа? Эта бесстыдница в мужской одежде не может быть ничьей сестрой и ничьей дочерью, – Фиделио Польо даже поклонился, что, пытается играть в какую-то там вежливость?
Не выйдет.
- Не боитесь, господин Польо? Орден стражей – серьёзный противник.
Я огляделась – ну точно, двое старших сыновей смотрят, как бараны, а где младший?
Арнульфо сидел в углу, под глазом наливался синяк, и наверное, лицом дело не обошлось. Убью тварей.