Чужой (СИ)

— Слова очень дорого стоят. — наконец произносит она. — Особенно на том месте, где я нахожусь.
— Прошу вас, госпожа! Мне не к кому больше обратиться за помощью!
— Откуда ты узнала, что ЧжуВон поссорился со своим отцом?
— Он рассказал об этом помощнице, — госпоже ЁнЭ и попросил поторопиться в делах. Она сообщила мне.
— Встань, пожалуйста. — просит АйЮ. — Мне понятно, чего ты хочешь. Я подумаю, смогу ли выполнить твою просьбу. Когда я решу, то позвоню тебе.
СунОк встаёт на ноги и поднимает голову. На её щеках — дорожки от слёз.
— Прошу меня простить, но я удалила ваш телефон, когда вы меня заблокировали. Поэтому, я приехала к вам в агентство сама, потому что не могла позвонить.
— Как ты смогла добиться, чтобы охранники мне сообщили? — забрав свой телефон у помощницы главного менеджера, спрашивает АйЮ. — У них строгие инструкции для таких случаев.
— Сказала, что я сестра Агдан и мне нужно передать вам её просьбу.
Смотря в экран своего телефона, АйЮ делает движение головой, которое по-видимому должно означать, — «ну надо же»!
— Где тут у меня заблокированные номера? — сама себя спрашивает она и пару секунд спустя произносит. — Всё! Блокировка снята. Сейчас я тебя наберу.
(позже. зданиеSM«Enterthament»)
— АйЮ, я не вижу ничего положительного в твоём желании. — честно признаётся Чо СуМан. — Вижу только проблемы.
— Когда-то я обещала ЮнМи помощь, если она ей понадобится. — отвечает АйЮ. — Обещания нужно выполнять.
— Если они не выходят за рамки разумного. — ворчливо отвечает владелец агентства и добавляет. — Совсем недавно, наши вооружённые силы понесли безвозвратные потери в очередной приграничной стычке. Ты же собираешься встать на сторону дезертира. АйЮ, поверь, момент совершенно неподходящий для этого.
АйЮ в задумчивости делает несколько шагов вдоль зеркальной стены танцкласса и, остановившись, поворачивается к собеседнику.
— Её сестра сказала, что у них не будет больше возможности найти деньги на новый сбор подписей под прошением о помиловании. Бывший жених Агдан, поругался с отцом и тот лишил его финансовой поддержки. Вот причина, из-за которой ко мне обратились.
— Младшего наследника «Sea group» выставили за дверь? — удивляется СуМан. — Откуда такая информация?
— Он сообщил об этом своим помощникам.
Владелец агентства задумывается на несколько секунд.
— Интересно. — поразмыслив, признаётся он и, подняв голову, смотрит на АйЮ.
— У тебя ведь уже было совместное выступление с ЧжуВоном, не так ли?
— Я даже не думала об этом. — две секунды спустя, отвечает АйЮ. — Это не мой уровень.
— А вот Агдан, — думает. — неодобрительно произносит СуМан.
— И где она теперь? Счастья ей это совершенно не принесло.
— Её бывший оппа прилагает большие усилия для её освобождения. Какое–никакое, но удовлетворение за его поступок она должна чувствовать.
— Наверное, да. — кивнув, АйЮ соглашается с последней фразой. — Если поддержать его действия, то можно укрепить связь с младшим наследником «Sea group» для дальнейших хороших отношений.
СуМан размышляет.
— Семья указала ему на дверь. — напоминает он.
— Уверена, что ЧжуВон в конце концов будет ею прощён, а значит, все его союзники приобретут хорошие знакомства с владельцами «Seagroup», а также, — с ЮнМи, раз младший наследник так заинтересован в её судьбе.
— В твоём плане есть много труднопредсказуемых факторов. — говорит СуМан. — И я не стану работать с Агдан. Ты же знаешь, какое я сделал заявление после смерти СанХёна.
— Мне очень жаль, господин, что ваш друг умер. Но вам совсем не обязательно с ней контактировать. Это могу делать я.
Глава кампании и её звезда глядят друг на друга.
— ЮнМи пишет хорошие песни для зарубежной эстрады. Я могу купить у неё их несколько, которые мне понравятся. Думаю, для меня она постарается, если сейчас я окажу ей поддержку.
— Неизвестно, что покупаешь. — буркает СуМан. — Может, она не напишет больше ничего?
 
— Да, некоторый риск есть. — соглашается АйЮ. — Но сейчас он мне обойдётся совсем недорого. А если же всё получится, то результат будет замечательным. Вы ведь помните, сколько принесла «Joe le taxi»?
— Как же погибшие военные?
— Разве есть какая-нибудь вина ЮнМи в том, что они умерли?
— Нет. — подумав отвечает СуМан. — Она вообще служит в другом роде войск.
— Думаю, если на этот факт акцентировать немного внимания, то он объяснит, почему я говорю за неё.
СуМан молчит, обдумывая варианты.
— Только следует торопиться. — говорит АйЮ. — Тюрьма плохо действует на людей, да и с каждым днём, времени, отведённого на сбор подписей, становится всё меньше. Мне нужно встретиться с Агдан, услышать о её раскаянье и только после этого я смогу просить людей отдать голоса за её амнистию.
— Ну хорошо. — произносит СуМан. — Я прошёл путём твоих мыслей. Выглядит он не так уж и плохо. Однако мне нужно ещё раз всё взвесить, прежде чем принять окончательное решение. Думаю, если отвечу тебе завтра, то за это время ничего не случится?
— Скорее всего, — ничего. — с улыбкой отвечает АйЮ и кланяется. — Благодарю вас, сабоним.
Время действия: двадцатое января
Место действия: исправительное учреждение «Анян».
День пошёл плохо прямо с самого утра. Сначала меня поставили в известность, что через три дня состоится суд, на котором мне будет определено наказание за учинённую драку в «Анян». А затем у меня было короткое «свидание» с представителем адвокатской конторы, который сообщил, что в связи с возникшими обстоятельствами, контора больше не сможет оказывать мне юридические услуги. Мол, — так вот у них получилось. Дядечка, принесший мне эту «радостную» новость, передал письмо от ЧжуВона, из которого стало ясно, что остался я без юридической поддержки накануне всех судов, по причине его траблов с семьёй. Просто офигительно! Где этот «деятель», — там проблемы. Не, он конечно пообещал решить возникшие трудности и у меня будут новые адвокаты. Но когда именно это случится, — не уточнил. А суд уже вот, — через три дня!И как я там буду? Сам по себе или мне выделят обязательного государственного защитника? Как пить дать, в обоих вариантах на оправдательный приговор рассчитывать не стоит. Впрочем, если не кривить душой, то обосновать, почему решение суда может оказаться положительным, я не могу. Ибо просто не имею для этого ни одного внятного довода, но найти возможность смягчения окончательных формулировок процесса, — на это вполне можно ведь было рассчитывать! А тут, защитник-дилетант, проходящий свою первую практику на реальном деле. Возлагать надежды на что-нибудь хорошее в такой ситуации, — совершенно бессмысленно. Да уж, подсуропил мне компаньон… а ведь сегодня ещё нужно будет показать базовые движения БонСу и её девчонкам! Несомненно, день будет тяжёлым…
Время действия: двадцатое января, вечер
Место действия: дом мамы ЮнМи.
— Доченька, почему ты выглядишь такой грустной? — удивлённо спрашивает мама, глядя на вернувшуюся домой СунОк.
— Просто устала. — отвечает та, стаскивая с себя кроссовки.
— Ничего не случилось? — уже встревоженно задаёт мама следующий вопрос.
— Да нет, ничего, всё нормально. Просто измоталась. Тяжело стоять на улице весь день.
— Как работа? — внимательно наблюдая за лицом СунОк, интересуется мама. — Всё получилось?
— Да, всё в порядке.
— Хорошо. Иди скорее, мой руки, садись ужинать. Там тебя столько всего вкусного ждёт!
— Мамулечка, спасибо тебе огромное! Последние два часа я просто мечтала оказаться дома и поесть!
— Ну так проходи скорее! — враз подобрев, восклицает мама и спохватывается. — Ой, постой дочка! Сегодня принесли три письма на иностранном языке. Посмотри, кому они и, может, это что-нибудь значит. Вот.