Убереги ее от злого глаза

- Вы знаете, что она была пьяна? Вы видели ее? Она же прибежала в ваш дом, не так ли? 
- Кажется, да, - костяшки его пальцев, сжимающих подлокотники, побледнели. - В тот день я не видел Марсию. 
- Вас не было дома? 
Вот тут Уилер посмотрел на Джерико. Ему удалось взять себя в руки. 
- Кто вы, Джерико, детектив-любитель? 
- Да, можно сказать и так. У меня появились сомнения. Я хочу их разрешить. 
Уилер выбросил окурок. 
- Вы - давний друг Марсии? 
- Нет. 
- Так вы ее совсем не знаете? 
- Нет. Но я вижу, что она страдала и страдает. 
- Вы ничего не боитесь, Джерико? 
- А что? 
Уилер опустил взгляд на укутанные пледом ноги. 
- Я был таким же. Ничего не боялся. Вас не удивит, если я скажу, что был капитаном футбольной команды в колледже, летал в Корее? 
- Я тоже воевал там, но на земле. 
- Приветствую тебя, брат мой! - невесело рассмеялся Уилер. - Мы принесли мир следующему поколению, если не обращать внимания на Вьетнам, Конго и полдюжины других стран. Тогда я ничего не боялся, Джерико. Все было по-другому. Я мог убежать. А сейчас прикован к этому креслу, - он стукнул по подлокотнику. 
- Это ужасно, - кивнул Джерико, - но давайте вернемся к Томми Поттеру. 
- Какой смысл? Мальчик утонул. 
- Не было ли у Марсии подруги? Близкой подруги? 
- С Марсией дружить опасно. 
- Почему? 
- Приходите как-нибудь еще, Джерико, и я прочитаю вам подробную лекцию о сущности дружбы. Но, если коротко, дело обстоит следующим образом. А друг Б, потому что А нуждается в Б. Б - друг А, потому что Б хочет, чтобы он был кому-то нужен. Так уж получилось, что Марсии никто не нужен, да и едва ли кто мечтает о том, чтобы его внимание потребовалось Марсии. Это чревато. Побудьте здесь подольше, и вы все поймете. Пьяные женщины, в доме которых ночуют незнакомые мужчины, считаются в Кромвеле персонами "нон грата". Если б у нее была подруга, она увезла бы Марсию отсюда. 
- Так почему она не уедет сама? Как я понимаю, у нее есть деньги. 
- Она остается, потому что ничем не отличается от большей части человечества. Она живет надеждой. Все на что-то надеются. Будь то блаженство в загробной жизни, мир, счастье, безболезненная смерть. Безнадежные надежды. Марсия девять лет прожила с таким ничтожеством, как ее муж, только потому, что их связывал ребенок. Она рассуждала просто: мальчик должен иметь отца и, возможно, мальчик поможет отцу стать мужчиной. А лишившись этой надежды, ухватилась за другую, крошечную, почти невидимую глазу. Когда-нибудь озеро отдаст ей тело сына. Как вам это нравится? Как будто она не знает, что, будь оно там, рыбы давно обглодали бы его. 
- Будь оно там? 
- О, оно там, Джерико. Не начинайте тешить себя надеждой. Жизнь трудна и сурова, и герои не в силах что-либо изменить. Я знаю. Я сам пытался изображать героя. Теперь я не могу ходить. Уезжайте отсюда, великан, пока жернова не перемололи вас, как они перемололи Томми Поттера. 
У Джерико дернулась щека. 
- Вы пытаетесь мне что-то сказать, не так ли? 
- Я пытаюсь убедить вас, что не стоит валять дурака, - Уилер засмеялся. - Меня уже ждут каша-размазня и стакан молока, другого я нынче не ем, - он развернул кресло-каталку к дому. - У меня сложилось впечатление, что уезжать вы не собираетесь, несмотря на мой совет, так что, полагаю, эта наша встреча - не последняя. 
И по залитой солнцем террасе он покатил к дому. 
Джерико проводил его взглядом, а потом двинулся вниз по склону к сосновой роще. Уилер заинтриговал его. Чувствовалось, что к Марсии он относится с симпатией. Он явно недолюбливал отца, отсюда и "знаменитый судья". А самое главное, он ясно дал понять, что к некоторым тайнам Кромвеля прикасаться опасно. 
Мужчина, убитый в пяти милях отсюда выстрелом в затылок, как бы подтверждал его правоту. 
И намек, возможно вырвавшийся случайно, что есть другая трактовка смерти Томми Поттера. Трактовка, известная этим деревьям, этим скалам, темно-зеленым водам озера. Но по прошествии пяти месяцев едва ли можно найти хоть какие-либо улики. Из леса убирают все лишнее, вода чиста и прозрачна, скалы умыты дождем и высушены солнцем. 
 
Посещение места смерти Томми Поттера утвердило Джерико в мысли, что мальчик не утонул, хотя он и не получил новых подтверждений ошибочности официальной версии. Интуиция редко подводила Джерико. 
В город он ехал медленно, гадая, узнал ли Кромвель об убийстве. Но не заметил никаких изменений в привычной сонной атмосфере. Во всяком случае, возбужденные горожане не собирались на перекрестках, обсуждая случившееся. И Джерико пришел к выводу, что о смерти Хилларда еще не сообщили в полицию. 
В квартале от муниципалитета Джерико заметил кубическое здание из красного кирпича с вывеской над белой дверью, указывающей, что за ней находится редакция "Кромвельской газеты". Джерико подъехал к тротуару, вылез из "мерседеса", вошел в редакцию. Тут же находилась и типография. Прессы, линотипы и другие машины мирно соседствовали с письменными столами. 
Машины не работали. Лишь один человек сидел за большим столом у окна, старик с коротко стриженными седыми волосами и аккуратными усиками. Он встретил Джерико взглядом серых, добродушных глаз. 
- А, мистер Джерико, - старик встал и протянул руку. - Я - Джедедия Стюарт, владелец, издатель и редактор старейшего еженедельника штата. 
- Добрый день. 
- Рад, что вы заглянули ко мне. Теперь не придется ехать к вам. 
- А вы собирались? 
- А как же иначе? Когда наш город посещает знаменитость, мы даем большую статью. Но, раз у нас еженедельник, я немного разленился. Решил, что поищу вас завтра, в мой выходной. Присядьте, сэр, присядьте. Чем я могу вам помочь? 
Джерико сел, достал трубку. 
- Маленькие городки живут по своим законам, с которыми я не знаком, мистер Стюарт. 
- Зовите меня Джед. Как все остальные. При официальном обращении я теряюсь, - серые глаза весело блеснули. - Маленький городок так же трудно понять, как и незнакомую женщину. По лицу и фигуре ничего не определишь, кроме как понравилась она тебе или нет. 
- Я, правда, выяснил, что новости распространяются здесь быстрее лесного пожара, - заметил Джерико. - Вам, Джед, должно быть, приходится печатать лишь то, о чем все и так знают.