Госпожа Печалей (СИ)

— Плохо, — прошептал Омид и показал на мазки эктоплазмы. — След тянется к тем ступеням. Значит, склеп под храмом.
Тревога Омида, рассматривающего грязную лестницу, ведущую в подполье здания, была прекрасно понятна Яхангиру. Бельвегродцы, у которых не было семьи, что позаботилась бы о них, или те, кого приносили в жертву Нагашу и его мортархам, становились собственностью храмов и помещались в ниши подземных усыпальниц, подобных лабиринтам.
— Фамильные катакомбы могут вмещать с полдюжины неупокоенных духов, — заметил Яхангир. — Но здесь, где бросали мертвых и резали живых…
Сорайя расширившимися глазами смотрела на запретного идола.
— Может, уйдем? Мы узнали, где логово. Вернемся завтра…
Яхангир покачал головой.
— Риск слишком велик. Обитатели ночи тоже знают, что мы нашли это место. Самые сообразительные из них переберутся куда-нибудь еще. Они рассеются, и мы, возможно, никогда не отыщем их всех.
Ничего хуже, чем рассеявшееся гнездо призраков, для Гробовой стражи не было — особенно когда речь о целом рое духов, что могли населять храмовый склеп.
Командир повернулся к патрулю:
— Меченосцы, двоим из вас придется оставить тут снаряжение и бежать назад, к сторожевому посту. Необходимо сообщить о нашей находке и том, куда мы отправились. Если мы потерпим неудачу, охоту продолжат другие. — Он указал на двух солдат. — Отдайте им лампы.
Как только гонцы отправились в путь, Яхангир распределил оружие из оставшихся без носильщиков корзин. Каждый солдат взял по запасному мечу, а рекруты разделили между собой прочие клинки. Впрочем, Яхангир подозревал, что лишнюю тяжесть таскать им придется недолго.
— Да направит и защитит нас Зигмар, — произнес Яхангир в начале спуска и последовал за кляксами горящей эктоплазмы во мрак под храмом.
Лестница привела их в просторный подвал. Вдоль стен усыпальницы тянулись ниши, в каждой из которых громоздились остатки того, что было когда-то гробами: хрупкие деревянные обломки, проржавевшие петли и ручки, расколотые древние кости. Все это можно было разглядеть благодаря белому мерцанию, исходящему от большой пылающей лужи. Гремящий цепями, которого Сорайя присыпала священной солью, добрался досюда — но не дальше. Яхангир осторожно приблизился к тлеющим останкам призрака и остановился над лужей эктоплазмы, разглядывая стены. Между нишами чернели арки, ведущие в другие подземелья.
— От этой гробницы ответвляется еще восемь склепов, — сказал командир. — И кто знает, сколько там еще таких развилок. — В воздухе витал привкус сверхъестественного, и по спине снова бегали мурашки. — Ночные охотники здесь, — предупредил он патруль.
Сорайя перехватила копье и потыкала одну из окаменевших груд концом древка, подняв тучу пыли. Засохшая пена, трухлявое дерево, старые кости рассыпались мгновенно. Женщина отступила и крутанула копье, готовая сорвать с железного пера резные ножны.
— Где же они? — пробормотал Омид, шаря глазами по темным аркам.
— Рядом, — напряженно ответил Яхангир.
Он тоже озирал арки. Царящая вокруг тишина отнюдь не успокаивала. Низшие, самые опустившиеся из духов были подобны бешеному зверью — они бездумно набрасывались на живых, ничего заранее не прикидывая. У сохранивших же толику разума сознание стало кривым отражением их рассудка при жизни. Эти были по-настоящему опасны, они умели подкрадываться и выжидать благоприятного момента для атаки. Высшие призраки доминировали над низшими духами и заставляли их подчиняться своей воле. Внезапное нападение ночных охотников, конечно, кошмарно, но Яхангир понимал, что здешняя тишина означает куда более серьезную опасность.
— Посмотрим там, — решил наконец Яхангир и указал на арку справа. — Меченосцы в центре. Омид, возьми пятерых в заслон.
Как только отряд построился, командир повел людей в следующий склеп.
Здесь тоже было тихо. Плесенью пахло сильнее, чем во внешнем помещении, а гробы в нишах находились в лучшем состоянии, вероятно, из-за отсутствия циркуляции воздуха. Яхангир с отрядом провели короткую инспекцию гробницы. Сорайя проверила еще один гроб, пытаясь спровоцировать какую-нибудь реакцию. Спихнутая древком копья крышка упала, но разгневанный призрак из гроба не поднялся.
 
— Может, они уже сбежали? — предположила Сорайя.
Яхангир покачал головой.
— Они здесь, — сказал он. — Мы найдем их. — Он окинул взглядом дюжину выстроившихся в нишах гробов. — Или они найдут нас.
Покинув правое крыло подземелья, патруль вернулся в главный склеп. Огонь, порожденный священной солью, ослабел. В луже эктоплазмы подрагивали робкие вспышки, кляксы поменьше уже погасли и быстро исчезали. Вид умирающего огня вызвал у Яхангира дурное предчувствие — и желание увести отсюда патруль. Но потом он подумал о том, сколько еще невинных станут жертвами обитателей ночи, если твари переберутся в новое логово.
— Следующее крыло, — приказал Яхангир и махнул рукой в сторону арки, соседствующей с той, из которой они только что вышли.
С прежней осторожностью Гробовая стража двинулась в склеп. Сорайя вновь проверила один из гробов, отпрянув, когда тот рассыпался от ее прикосновения. Солдаты напряженно ждали.
— Похоже, их все-таки нету дома, — пробормотал Омид. Слова его звучали легкомысленно, но в голосе чувствовалась затаенная тревога.
Яхангир подождал еще несколько секунд. Он знал: что-то приближается. Что-то опасное и злобное следит за каждым их шагом. Опять-таки вопрос — они ли найдут его или оно найдет их?
— Назад, в гробницу. — Командир кивком приказал патрулю отступить.
Первый стражник шагнул под арку — и вдруг закричал, задергался, извиваясь, как присоленная жаба на сковородке. Со своего места Яхангир видел, как тело солдата высыхает, стремительно теряя жизненные силы. Из каменных стен высунулись бесплотные руки, и призрачные когти вцепились в человека.
— Враг атакует! — выкрикнул Яхангир. — Держитесь подальше от стен! — Он повернулся к Омиду и указал на висящую на его поясе склянку. — Окропи пол, чтобы они не подобрались к нам сзади!
Омид быстро выдернул пробку и принялся расплескивать по земле жидкость: святую воду из купели храма Зигмара, смесь вод из рек Азира и морей Шаиша. Повредить ночным тварям она не могла, а вот отпугнуть — вполне. Ненадолго.
— Они лезут из стен! — крикнула Сорайя и сорвала ножны с наконечника копья. Острие полыхнуло золотистым светом, вырывая из мрака призрачные фигуры, выплывающие из толщи камня. То были Гремящие цепями, много Гремящих, подобных тому, которого преследовали стражи. Хор стонов, испускаемых привидениями, терзал разум смертных, склоняя живых присоединиться к мертвым.
— Зигмар есть наша броня и наш щит! — Яхангир выхватил меч. — Мы — воины Западного Предела! Наши жизни принадлежат не нам, но тем, кого мы оберегаем!
Некоторые меченосцы и даже кое-кто из солдат уже дрогнули, нарушили строй, устремляясь к ночным охотникам. Но речь командира прогнала охвативший людей морок. Солдаты быстро очнулись. Стражники обнажили клинки и копья, рекруты поставили корзины с оружием и подняли щиты.
Зловещий вой, ужаснее которого Яхангир никогда не слышал, пронесся по помещению. С потолка медленно сползала очередная тварь — только не туманная, как Гремящие цепями, а сияющая серебристым светом. Тощее, морщинистое, иссохшее тело было оболочкой мумии, но от сверкающих в глубине черепа глаз исходила чудовищная сила. Нет, это был не безмозглый призрак — этим существом двигал злобный разум. На саване духа виднелся знакомый символ, говорящий о том, что при жизни эта тварь была жрицей Нагаша.
Банши вскинула костлявые руки и издала еще один ужасающий вопль. И тут же Гремящие цепями ринулись на Гробовую стражу. Десятки мстительных призраков окружили патруль Яхангира. Зачарованные мечи рассекали окутанные саванами тела, копья протыкали духов, повисающих на остриях подобно старой ветоши. В считаные секунды солдаты уничтожили дюжины привидений.
Кладбищенский вой грянул снова: банши призывала новых Гремящих цепями. Призраки стали выползать из стен и потолка, оглашая своды голодными стонами. Просачивались они и сквозь пол — в тех местах, куда не попала святая вода, разлитая Омидом. Костлявые, когтистые пальцы тянулись к людям.