Дело Кристофера (СИ)

— Ты почему ты не пришла спать? — спрашивает меня Брюс.
Даже глаз на него не поднимаю, продолжаю расставлять тарелки.
— Потому что я не выношу резких запахов. У меня очень острое обоняние, — произношу я негромко и спокойно.
— Я тебя не понял.
— Я об алкоголе. В спальне был запах алкоголя.
— Чушь, — хмыкает он уверенно.
— Что? То есть я вру? — ну вот, сейчас я взорвусь.
— Тебе показалось…
— Показалось что?! Что вся спальня спиртом провоняла? И рядом с тобой лежала пустая бутылка? По-твоему, у меня еще и визуальные галлюцинации?!
— Это не моя бутылка.
— А чья? Может, моя? После Керри ты…
— Я думаю, это бутылка прежних жильцов.
— Когда мы въехали, я вылизала каждый дюйм этих отвратительных зеленых стен, пола, потолка… Не говори ерунды, Брюс! Это твоя бутылка. Я не обвиняю, я тоже напилась тогда, с Керри, и ты имеешь право расстроиться и выпить, но зачем ты врешь?
— А ты зачем придираешься? Ты же делаешь это все время, придираешься. А теперь еще и причины придумываешь!
У меня шок. Срываю фартук, бросаю его на стол и ухожу. Запираюсь в ванной. Это какой же наглостью надо обладать, чтобы отрицать очевидное?! Сажусь на опущенную крышку унитаза и снова начинаю мрачно изучать колечко. В попытке успокоиться методично вожу пальцем по ободку, ищу линию сплава. Зачем я согласилась на эту гребаную помолвку? Из-за Шона и только. Не думай об этом. Не думай об этом. Сделанного не воротишь. Я же не хочу все вернуть назад. Очень не хочу.
Палец обводит ободок раз, второй, третий. Но швов я не чувствую. Смотрю даже у самого камня… Ничего вообще. Руки у Шона, конечно, невероятно грамотно приделанные, но кольцо безупречное. Линии сплава просто нет. Меня начинает трясти от обилия предчувствий. Я выскакиваю из ванной.
— Я скоро вернусь, — кричу я уже от дверей, даже видеть Брюса сил нет.
Выскакиваю на улицу, хватаюсь за телефон и залезаю в приложение "Карты". Набираю в поиске: ломбард. Несколько минут у меня уходит на ориентирование на местности, пару раз я сворачиваю не туда, огибаю лишний квартал, но в итоге оказываюсь перед заветной вывеской. Они уже почти закрылись, влетаю в помещение. За прилавком стоит старик с водянистыми глазами. И выглядит он весьма ушлым, значит, придется и мне схитрить.
— Я пришла не продавать, просто спросить. Мне нужен честный ответ на вопрос: переплавлено ли кольцо.
— Сколько? — спрашивает он без тени интереса.
Неохотно выкладываю сто баксов. Удовлетворенно кивает и берет в руки кольцо.
— Ну, либо ваш мастер наравне с Богом. Либо его плавили в той форме, что сейчас.
— А бриллиант настоящий? — выпаливаю я порывисто.
— Еще сто.
Вот гад! Картеру хватило одного пристального взгляда, чтобы сообщить мне подробности.
— У меня только шестьдесят с собой, — признаюсь я. И это чистая правда. У меня останется доллар и двадцать пять центов…
— Пойдет, — ничуть не расстраивается мастер и сгребает все, что я ему предложила. — Камень подлинный. Чистейший.
Выхожу из ломбарда и хватаюсь за перила, ибо иначе упаду. Я окончательно запуталась. Вопрос с Шоном решается явно не так, как хотелось бы. Какого черта он делает?! Я обязана выяснить! Хватаю телефон и набираю номер Картера. Не знаю, что сказать. Какого черта ты мне подарил помолвочное колечко вместо того, которое у меня уже было, и даже не сказал? Сбрасываю звонок. Я в бешенстве, в ярости. Снова набираю его номер. А ноутбук, такого черта ты сломал мне ноутбук и купил новый? И колечко, на кой черт ты это сделал? Ты же явно не собирался мне ничего предлагать. Снова сбрасываю звонок и закрываю лицо руками, пытаюсь отдышаться. Но тут раздается входящий.
— Первый раз я подумал, что ты ошиблась номером, но на втором понял, что ты просто трусишь. Решил упростить тебе задачу, — меланхолично сообщает мне Шон. — Ну? Я слушаю.
Видно, день сегодня какой-то особенный, звезды, там, Луна, все не в тех фазах, и я моментально выхожу из себя. Хотя это неважно, Шона-то обидеть не страшно…
— Кольцо не переплавлено! Ты больной на всю голову! Какого черта, Картер?! Ноутбуки и колечки, что дальше? Обменяемся паролями от фэйсбука?!
 
— Не обольщайся, — сухо говорит он.
— Слааааава тебе Господи! — ядовито выдыхаю я в трубку.
— Обращайся. — Шон отзывается на Господа! Какая, чтоб его, неожиданность! — Действительно жаждешь со мной пообщаться, Конелл?
— Не против бы выслушать развернутое объяснение хоть какому-нибудь из твоих гипернелогичных поступков!
— Жди, я скоро подъеду.
— Я…
Я не уверена, что встретиться с Шоном — хорошая идея. Но я должна выяснить про кольцо. Не пойду на уступки — ничего не скажет.
— Хорошо… — вздыхаю я.
Я стою в домашней одежде посреди весьма оживленного перекрестка и мерзну, надо сказать, здесь весьма прохладно. Шон приезжает минут через пятнадцать, значит, был где-то поблизости. Где? У своей голубоглазки, с которой ночью встретиться не удалось из-за моего колечка? Наверное, вы уже догадались, что я в бешенстве. Сажусь в машину и смотрю на его профиль. Даже головы ко мне не повернул!
— Зачем ты это сделал? — раздраженно спрашиваю я, пока он без труда вливается в поток машин. А ведь стоило бы спросить, куда мы едем. Я не рассчитывала на масштабное путешествие.
— Ну что ты, это ведь так мило — носить стекляшку не по размеру! — хмыкает он. — Считай это… моим свадебным вам подарком. Я, кстати, приглашен? А дату вы назначили?
— Нет еще, — сквозь зубы шиплю я. Вот гад. Он еще и усмехается!
Шон останавливается на светофоре, снимает руки с руля и проводит ими по бедрам. Нервничает? Ой! А куда это я смотрю?
— А ноутбук? Зачем ты убил мой ноутбук?
— Он старый и не раз с ФБР пообщавшийся.
— И все? Для этого не обязательно было проливать на него кофе, достаточно было меня припугнуть, и я бы побежала за новым.
— И купила бы дешевое дерьмо. А тут я хоть за процессом проследил.
Сжимаю зубы так, что они грозят разрушиться.
— Куда ты меня везешь? — Еще пара в пух и прах разбитых аргументов, и я точно выйду на тропу войны! Типа, какого хрена ты меня то на журнальный столик бросаешь, то подарочками осыпаешь, притворяясь, что все идет в точности как нужно?
— Увидишь, — бросает Шон, даже не глядя.
— Не увидишь, а отвечай, или я ухожу!
Однако, он хмыкает и резко трогается с места, так как загорается зеленый. Я ударяю по приборной панели ладонью. Боль чуточку успокаивает, и только благодаря ей до странного офисного здания, на парковку которого заруливает мазда, мы доезжаем без потерь. Ну что ж, он меня привез не к себе и не в отель, а то он ведь может тонко намекнуть на продолжение банкета. Только вот я чувствую облегчение или расстройство?
Машин на стоянке почти нет, здание, судя по всему, пока не используется. Мы заходим в лифт, и Шон прикладывает к панели магнитный ключ. Кнопки отсутствуют. Обалдеть, это куда ж мы едем-то? Остается только удивляться. Наконец, двери лифта открываются, и мы входим в круглое абсолютно пустое громадное помещение с отштукатуренными стенами и полной панорамой на Сидней. Отсюда видно воду. Красота!
— Где мы, Шон?
— В будущем офисе Бабочек.
— Серьезно? — у меня на лице появляется совершенно идиотическая счастливая улыбка. Шон, однако, моим эмоциональным состоянием не интересуется, он плюхается на пол и достает из кармана сложенный лист. Разворачивает. И я вижу чертеж. Присаживаюсь рядом. На мне спортивные бриджи и старый растянутый топик, волосы кое-как убраны наверх эластичной лентой. Вряд ли стоит расстраиваться, если на этом великолепии останется строительная пыль.
— Основное помещение, — сообщает мне Шон. Присматриваюсь к чертежу повнимательнее. В центре суперкомпьютер, а по кругу — столы хакеров. — Я невольно улыбаюсь. — Стены будут круглыми, без окон, чтобы машина была в безопасности. А тут будет мой кабинет, — гордо объявляет он, тыкая пальцем в сектор схемы. — Конференц-зал. Уголок отдыха с кофе.