Вопреки друг другу (СИ)

— Давно уже спит, — я пожала плечами, делая вид, что не догадываюсь о том, к чему был задан этот вопрос.
Антон тихо выдохнул, всё ещё сомневаясь…
Подняла на него большие глаза, едва заметно смущённо улыбнулась и невинно поинтересовалась:
— А что?
— Ничего. Иди сюда…
Одна ладонь уверенно легла на мой затылок, сминая волосы в кулак, вторая перед моим лицом потянула вниз свободную резинку домашних штанов… Антон расставил ноги шире, и я подползла ближе, чувствуя, как внизу живота стремительно собирается тугой пылающий комок…
Облизнулась в предвкушении… Несмотря на давление мужской руки, стянувшей волосы почти до боли, нарочно медленно обняла губами полностью освободившийся член, едва не застонав от мгновенно вспыхнувшего возбуждения и мысленно посылая подальше и своё враньё, и ревность, и Тохино паршивое настроение…
Захлебнулась в первый момент от обилия собственной слюны, пытаясь дышать ровно и глубоко. Провела языком по гладкой горячей коже головки, моментально привыкая к её знакомому вкусу…
Соски напряглись и больно впечатались в край сиденья, но это ощущение только распаляло внутренний жар. Сидеть на коленях, упираясь ладонями в широко расставленные мужские колени, было неудобно, но в этот момент мне было всё равно — желание рвалось наружу слишком сильно, и по сравнению с ним неудобная поза, излишки слюны и слезящиеся глаза казались сущим пустяком…
Слишком поздно поняла, что Антон перешёл ту грань возбуждения, когда минет — просто прелюдия. Его кулак вдавливался в затылок всё жёстче, прижимая моё лицо к паху и не позволяя больше самой контролировать глубину проникновения…
Чёрт! Нет! Я так не хочу! Я хочу нормального секса…
Протестующие замычала, попыталась оттолкнуться ладонями от ставших каменными бёдер, стискивая пальцами хлопок тонких штанов…
Антон только глухо застонал, сам дёрнулся мне навстречу, вызывая безотчётный спазм в напряжённом горле… Ещё раз…
Слёзы разъедали глаза, губы совсем онемели, от нехватки воздуха в груди поднялась лёгкая паника… Уткнулась лбом в горячий твёрдый живот, понимая, что уже просто поздно. Остаётся только с каждым резким толчком всё сильнее сдерживать рефлекс и давить желание откашляться, мысленно мечтая теперь о том, чтобы Антон кончил как можно быстрее…
Чувствуя пульсацию на языке, задержала дыхание…
Антон наконец резко разжал кулак, отпуская мой затылок, и я по инерции отлетела назад, плюхаясь на задницу и судорожно сглатывая остатки спермы…
Размазывая по щекам слёзы, прохрипела срывающимся голосом:
— Скотина ты…
Антон приоткрыл помутневшие глаза, подтянул наверх штаны, рассеянно улыбнулся…
— Да ладно тебе, Анют…
Увернулась от его ладони, протянутой к моему лицу, не давая стереть со щёк слёзы — сама справлюсь. Отползла от стола, тяжело поднялась на ноги, чувствуя себя как минимум дешёвой шлюхой под тягучим взглядом Тохи, развалившегося на стуле. Будущего мужа между прочим, ага…
— Ань… Я просто устал…
— Иди ты к чёрту…
Выпрямилась в полный рост, наспех расчесала пальцами спутанные волосы, собирая их в высокий хвост и стягивая резинкой, привычно болтающейся на запястье. Вкус спермы сейчас реально вызывал тошноту…
Стрельнула в Тоху оскорблённым взглядом, давая понять, что после этой выходки ему ничего не светит как минимум неделю. Развернулась к крану, плеснула холодной водой в лицо, прополоскала рот…
— Посуду помой, сделай одолжение. Я спать.
Антон промолчал, исподлобья наблюдая за тем, как я ухожу по коридору в комнату, и прекрасно понимая, что сейчас со мной разговаривать просто бесполезно.
Не стала включать свет в спальне. Упала животом на кровать, чувствуя себя просто нереально уставшей за сегодняшний день…
Хотелось выть. Орать, ругаться матом, бить посуду…
Стиснула зубы. Просто устала.
Перевернулась на спину, глядя в чёрнеющий потолок. Мыслей не было. Только пустота и злость. На себя, на Тоху и… и почему-то уже привычно на Дениса. Нет, глупо, конечно, он здесь вообще ни при чём. Но…
А что было бы, если бы мы не развелись тогда, семь лет назад?! Что бы я чувствовала сейчас, если бы на месте Тохи был Денис? Обиду? Ненависть? Злость?
 
Впрочем, я не искала ответ на этот вопрос. Вместо этого зачем-то отчётливо представила себе, что это Денис только что рывками толкался в мой рот, стонал и сжимал в кулаке мои волосы… Нет, с ним всё было бы не так, я знаю — он заставил бы меня смотреть ему в глаза, он контролировал бы каждое движение, чётко следя за тем, когда я начну задыхаться, но не для того, чтобы тут же отпустить и дать глоток воздуха, а лишь затем, чтобы пошло усмехнуться и неторопливо убрать с моего лица разметавшиеся волосы… И только потом, на единственный краткий миг, позволить отклонить голову и отдышаться… Он всегда знал, что я трусиха, что просто притворяюсь, что на самом деле воздуха мне хватит ещё на пару десятков секунд, и именно поэтому не отпускал сразу…
Слышала, как в кухне зашумела вода. Загремела посуда…
А сейчас? Делает ли Денис так, трахая в рот свою новую жену?!
Антон придёт не раньше, чем через десять минут…
Закусила губу… Ладонь сама потянулась к животу, задирая футболку, скользнула под резинку шорт, коснулась горячей мокрой промежности, будто налитой свинцом… Было почти больно от перевозбуждения…
Всего пара давящих движений пальцами вдоль изнывающей скользкой поверхности, и по телу разлилась долгожданная пульсирующая судорога… Мало! Слишком мало… Но хотя бы так…
Зато когда Антон наконец зашёл в спальню, подкрадываясь к кровати на цыпочках на тот случай, если вдруг я уже успела задремать, я даже не шелохнулась. Я уже минут пять как безжалостно выкинула из головы образ бывшего мужа и больше совершенно не чувствовала ни обиды, ни злости, ни возбуждения. Только усталость после насыщенного дня и реальное желание крепко уснуть…
  
*5*
 
Утром за завтраком я совершенно игнорировала Тоху, общаясь исключительно со Славкой. Глупо, конечно, но… Я, в конце концов, всё могу понять, кроме вот такого скотского эгоизма в сексе. И Антон это прекрасно знает. Ладно бы я ему отказала, сославшись на головную боль или усталость, тогда можно было бы просто потерпеть, если бы он стал настаивать. Но вот так, когда я сама напросилась… Лучше бы вообще сделал вид, что не замечает моих жирных намёков…
Впрочем, виноватым Антон совершенно не выглядел, видимо, полагая, что пара помытых тарелок после ужина с лихвой компенсировали моё неудовлетворение. И за одно это невозмутимое выражение лица, с которым Тоха спокойно вёл машину, желание стукнуть его тупым тяжёлым предметом по затылку увеличивалось в масштабах и крепло с каждой секундой.
Правда, стоило вспомнить о том, что я без его ведома собираюсь уйти на другую работу, и это желание немного смягчалось…
***
Написала заявление по собственному, повергнув в шок директрису и главного бухгалтера Лену… Стойко выслушала кучу рассказов о том, как знакомые их знакомых бросали вот так же работу, устраивались чёрт знает куда, а потом заканчивали все одинаково — безденежьем, сломанными судьбами, разводами и алкоголизмом. Боже…
Ну безденежье точно мне не грозит — Антон мою зарплату кассира за деньги вообще не считает, прокормит нас со Славкой в любом случае. Если захочет…
Привычно сидя за кассой в течении дня, испытывала сожаление. Острое и стойкое. Не ожидала даже…
Всё-таки я слишком привыкла за столько лет к своему гипермаркету. Пережила с ним бесконечное количество перестановок в торговом зале, миллион поломок морозильных камер на складе, массу ругани с поставщиками… И, кажется, персонал сменился сто тысяч раз за то время, что я тут работаю, даже директорский состав уже раз пять претерпел изменения… И мне есть чем гордиться — я здесь не просто старший кассир, а действительно имеющий свою нишу уважаемый работник.