Моё хвостатое (не) счастье (СИ)
Подставив лицо под падающий снег, прикрыла глаза. Становилось легче. Белые хлопья касались кожи и моментально стекали каплями по ней. В какой-то момент я поняла, что не все капли это растаявшие снежинки, там были и мои слезы. Я плакала, не сдерживая себя. Выплескивала все наружу. Напряжение за эти дни, сильный испуг за мальчиков, когда они не выплывали из ледяной проруби, открывшиеся тайны, правда обо мне и… Эдриан. О, Боги! Как же эта неизвестность и страхи разрывали мне сердце. Как тяжело! Как больно! Я так боюсь, что дела не в печати и просто я не являюсь той самой для него. Ведь мои чувства так сильны. А если инквизитор и русал в принципе не могут быть вместе?
Черт! Черт! Черт!
Слезы текли и текли. Я не могла их остановить. Так погрузилась в свои переживания, что раздавшийся шум оглушил и жутко напугал. Я вздрогнула и заозиралась.
– Натали, быстро ко мне, – в один момент мое тело сжали сильные руки Максима и он куда-то потащил меня.
– Что? Что происходит? – от его медвежьей хватки выбило воздух из легких и слова я не сказала, а прохрипела.
– Нападение, – короткий ответ, смысл которого до меня не дошел.
– Нападение? Какое нападение? – пыталась освободиться из цепких рук, но попытки были тщетны. Он даже на миллиметр не расслабил свою хватку.
– На нас напали, Натали!
– Что знач… – молниеносное движение и мир перевернулся. Я оказалась на плече у Максима, который бежал и это несмотря на груз, кило так в пятьдесят с копейками, в сторону ближайших домов.
– Тихо! – скомандовал мой охранник, ставя меня на землю. Я оказалась прижата к шершавой стене многоэтажки. Он достал пистолет, что покоился в кобуре на поясе и осторожно заглянул за угол дома. Другой рукой Максим пытался кому-то дозвониться. Стало страшно! Именно сейчас до меня дошла вся серьезность ситуации.
Сердце учащенно забилось где-то в районе горла и меня затрясло. Озноб пробрал все тело, ладони вспотели, адреналин ударил в кровь.
– Демон раздери, что происходит, – прошипел мой охранник, в который уже раз пытаясь дозвониться. Он посмотрел на меня и сказал ужасающие слова. – Рядом глушилки. Связь недоступна.
Метель разбушевалась, скрывая всех в своих белых крыльях. На улицах было пусто. Не уверена, что и взрыв услышали из домов. Возможно и услышали, но ничего не поняли, прячась от непогоды в теплых, безопасных домах.
– Будем уходить своим ходом, – раздался голос Максима, делающего еще одну попытку связаться.
– А ребята в машине? – почему их до сих пор не видно? Этот вопрос мучал меня все время, что мы прятались за углом многоэтажки.
Максим вновь посмотрел на меня, но ответа не последовало. Он еще раз заглянул за стену и приблизился ко мне. Я поняла, что пришло время убегать и скрываться.
Но не успели мы сделать и нескольких шагов, как из-за этого самого угла выскочило несколько мужчин в черном. Максим успел заметить их в последний момент, но нас это не спасло. Первый удар он отвел сторону, на второй успел выставить блок, а третий нанес сам. Кровь полилась на белоснежное покрывало зимы.
– Натали, беги! – выкрикнул Максим уворачиваясь от контратаки. Удар, еще удар. Он пропустил прямой в плечо, подставляясь, чтобы максимально приблизиться к врагу. Обманный маневр и вот Максим добрался до противника. Быстрый взмах и кулак моего охранника встречается с кадыком врага. Тот захрипел и схватился за горло, падая на колени.
Как бы ни была хороша подготовка моего охранника, но враги взяли количеством. Трое против одного. Каковы были шансы на победу?
Максим почти вывел из игры второго нападающего, но пропустил коварный удар ногой от третьего. Короткий хрип и мой защитник повалился вперед. Его нога не выдержала болезненного столкновения с ботинком нападающего. Видя, как падает Максим, я пришла в себя. Но вместо того, чтобы последовать его приказу, я ломанулась на того, кто одержал верх в схватке. Не ожидавший моего появления в бою мужчина, попросту не успел ничего сделать. Я последовала его примеру, но удар ногой пришелся ему в спину. По инерции тот повалился вперед. Дальше я не успела ничего сделать. Меня схватили. Цепкие руки больно сжали и я услышала самый ненавистный в этом мире голос.
– Какая ты бойкая оказалась, – раздалось у самого уха, отчего по телу поползли мурашки страха и отвращения.
– Не смей, – единственное, что я смогла из себя выдавить, под гнетом удерживающего.
– Надо было слушать своего охранника, Натали, – еще ближе ко мне прозвучали слова. И я на своей коже почувствовала прикосновение языка, который прочертил влажную дорожку от середины шеи до уха. – Ммм… сладкая.
Меня передернуло от отвращения. Я попыталась закричать, но предвидя мои действия, губы накрыла шершавая ладонь. Я смотрела в глаза Максима, наполненные отчаянием и злостью. Его в очередной раз ударили по лицу и он упал на спину, раскинув руки в стороны. Рядом растекалась алая кровь.
– Вот ты и добегалась, девочка, – по щекам потекли слезы и ладонь убрали, позволяя наполнить легкие морозным воздухом. Я несколько раз глубоко вдохнула и с ненавистью прошептала:
– Зверев!
– Он самый, – с хрипотцой в голосе ответили мне, продолжая крепко удерживать в медвежьих объятиях. – Долго я тебя ждал, девочка моя.
Глава 26
От последних слов по коже пробежали мурашки страха. Меня выворачивало от близости сына бандита. Того, кто сам был мерзким, гадким и отвратительным. Перед глазами пробежали воспоминания о нашей первой встрече. Той встречи, после которой меня отвернуло раз и навсегда от Богдана. Как он похабно и нагло вел себя, как унижал других и этим наслаждался, упивался своим статусом и превосходством.
– Я не твоя! – прорычала в ответ и вновь дернулась. Но куда уж там, стало даже хуже. Меня крепче сжали, лишая воздуха. – Что ты творишь, Зверев? Ты совсем лишился рассудка?
Злость переполняла меня, как и страх за Максима. Ему сильно досталось. Похоже, мой охранник потерял сознание. Еще эти взрывы… не верилось, что это все устроил Богдан, но это было самое логичное, что мне сейчас приходило в голову. Но! Такое творить - это верх безрассудства. Люди наверняка вызвали полицию. Всех участников схватят. Зачем это Звереву? Что он преследует? Зачем такой риск?
– Что я творю? – засмеялся мой мучитель и развернул к себе лицом, чтобы следующие слова произнести уже глядя мне в глаза. – Я лишь восполняю справедливость, сладкая. Твои дружки - федералы принесли очень много проблем. Схватили моего отца, многие погибли при столкновении. И это я молчу о ущербе.
– Какие федералы? – слова выскочили раньше, чем я успела обдумать полученную информацию.
– Ой, вот не надо мне тут дуру из себя строить! Я их видел. И ухажера твоего, и дружка его. Они в командовании. Не пешки. А знаешь ли ты, что это значит? И какова твоя роль? – он упивался своим успехом - тем, что схватил меня, тем что дальше в его больной голове зарождалось. Это пугало!
– Богдан, прошу тебя! Давай успокоимся. Еще не поздно. Все будет хорошо. Прошу, – мой взгляд скользнул к Максиму, что также неподвижно лежал на снегу. Рядом стояли верзилы моего похитителя, охраняя свою добычу. Безысходность подкатывала к горлу, вызывая слезы. Я понимала, что мои просьбы и уговоры бесполезны, но…
– А-ха-ха-ха, – раздался утробный смех и на моих руках сжалась хватка, вызывая вспышку боли. – Да, ты права, Натали. Все будет хорошо, но… не для тебя!
Последнее слово он выплюнул и прижал меня к себе, впиваясь жалящим поцелуем. Я замычала и в очередной раз попыталась вырваться, чем вновь все усугубила. Он рвался подчинить, унизить, показать свое превосходство и дать понять кто главный. Больно кусая мои губы, Зверев наслаждался этим. Урод!
– Наконец-то я получу то, что давно желал - тебя! Тебя, сладкая! Даааа… – он облизнул свои губы, сверля меня взглядом. – Да, ты - сладкая девочка. Как я и предполагал.
– Богдан… – попыталась заговорить с ним, но меня перебили.