Отлюби меня (СИ)

Улыбаюсь ему самой искренней улыбкой, которая у меня есть в ассортименте и начинаю стягивать этот костюм с себя. Медленно, чтобы он заметил каждый мой шаг и уловил каждый мой жест. И я вижу то, что и ожидала. Мужчина явно не думал, что я осмелюсь на такой шаг и на пару секунд я увидела замешательство в его глазах. Но это всего лишь продолжалось пару мгновений, потому что уже в следующую секунду он раскинулся на той лавочке и созерцает мини стриптиз в моем исполнении.
Вы когда-нибудь видели, как зебра танцует стриптиз для льва? Вот и я никогда такого не видела, но вот сейчас это выглядит именно так, потому что царь зверей жадно всматривается в то, как я возвращаюсь к нему задом, наклоняюсь и начинаю медленно стягивать эти копытца с себя. Мне даже кажется, что я слышу его громкое сопение в этой тишине. Мужчина еле сдерживает себя, чтобы не наброситься, но вероятно его сдерживает то, что неподалеку Александр, и он может в любой момент зайти сюда и увидеть все это безобразие, которое я уверена Марат Александрович уже там себе нафантазировал в голове.
Разобравшись с ногами зебры перехожу к туловищу и медленно стягиваю его через ноги, все еще повернута к мужчине спиной. Вернее уверена, что моя спина его сейчас мало волнует, потому что взгляд устремлен на мои ягодицы, вид на которые уже сейчас открыт, после того, как я скинула костюм полностью и отбросила его в сторону.
Поворачиваюсь головой в сторону этого хищного самца и вижу картину маслом — красный как рак, сопит в две дырочки и едва не подскакивает на скамейке.
— Что ты хищник, проголодался? — Подмигиваю ему и направляюсь к стене в противоположную сторону от него, чтобы сделать самый откровенный шаг в этой моей затее. Не знаю откуда, но у меня проснулось дикое желание его разозлить и наслаждаться тем, как он сдерживается и не может успокоиться.
Медленно снимаю сначала одну лямку бюстгальтера, потом другую и обняв свою грудь руками стряхиваю волосами, чтобы еще больше привлечь внимания к себе. Вроде бы ничего и не видно сейчас, потому что я стою спиной к мужчине, но если учесть то, что я сейчас только в одних трусиках и даже без бюстгальтера нахожусь с возбужденным мужчиной в замкнутом помещении, то ситуация уже не выглядит такой безобидной.
Правда долго простоять я так не смогла, потому что уже в следующее мгновение я услышала слова, которые он прорычал во всю раздевалку:
— Ты сама виновата, сучка! Нечего было крутить мясом перед голодным львом!
Как только я услышала это, то хотела обернуться и опередить его, но… У меня ничего не получилось, потому что Марат за пару шагов преодолел то расстояние, которое разделяло нас и которое я считала безопасным, и прижал меня к стене таким образом, что моя грудь столкнулась с холодной стеной, а моя задница почувствовала, насколько этот зверь заведен и как желает сейчас наброситься на добычу…
— Что ты делаешь? — Едва шепчу губами, потому что в шоке от того, что сейчас происходит, и пытаюсь как-то высвободиться и повернуться лицом к этому грозному льву, но он вероятно настроен серьезно, потому что не дает мне сделать ничего, кроме, как и дальше сливаться со стеной и чувствовать каждой частицей своего тела тот жар, который все больше разгорается сзади.
— Я делаю то, что ты так сильно хочешь, но боишься озвучить. — Наклоняется он максимально близко ко мне и говорит над ухом, а у меня от этого обычного действия муравьи начинают танцевать ламбаду по телу и проникать в самые сокровенные места. Куда и он, судя по всему, настроен попасть.
— И с чего ты взял, что я… — Не успеваю договорить, потому что Марат перемещает одну руку к моему соску и начинает играть с ним, а другой двигается к моим трусикам, а дальше недолго думая ныряет в них, как мастер спорта по плаванию в бассейн. И я готова поставить ему все пять баллов, потому что получилось у него это так умело, что чувствую сразу, как моя тайная часть тела в его власти.
— Тише, девочка, ты ведь не хочешь, чтобы Саня присоединился к нам и мы здесь устроили тройничок? Или все же хочешь? — Все еще так близко находится ко мне его лицо, откуда прилетели эти слова, а я нахожусь в ступоре. То ли от того, какую бурную деятельность он разворачивает в моих трусиках, то ли от осознания того, что действительно Александр неподалеку, а дверь в раздевалку ни черта не закрыта.
 
Но вероятно смущает этот факт только меня, потому что мужчина уже за это время пока я в прострации находилась, сбросил костюм, хоть я этого и не вижу, но чувствую, как что-то твердое упирается в мою попку и желает прорвать ту слабую оборону в виде трусиков.
— Думаю, это будет нам мешать, — не только я вспомнила об этом моем единственном атрибуте из одежды, потому что вместе с этими словами мужчина одной рукой стягивает с меня трусики, а другой играет со мной там… Да таким образом это делает, что я уже даже сама не хочу вращаться или спорить с Маратом, сейчас я только все больше извиваюсь в его руках и чувствую, как между ног становится так влажно, что даже стыдно… Это же нужно было дожиться до того, чтобы течь в театре… Почитатели высокого искусства явно бы не поддержали такой моей страсти и излили бы полно грязи на меня за то, что оскверняю такое святое место.
Но мысли сразу выветриваются к чертям, как только мужчина справившись с трусиками нажимает на мою спину и я припадаю сосками к холодной стене раздевалки. Они были только что так возбуждены, а сейчас касаются такой приятной прохлады, что по телу проносит волна наслаждения, от которого я закрываю глаза и просто ныряю с головой в мир забвения.
— Не рыпайся! — Звучит где-то отдаленно позади меня, а как только я начинаю осознавать смысл сказанного и желаю как-то еще возразить, из последних сил показать, что я тоже не пальцем сделана, как что-то разожженное входит в мое лоно…
— Ах… — вылетает из моего рта само собой, как только мужчина входит в меня на полную и начинает двигаться взад-вперед, а его губы в этот момент осыпают мои плечи, шею и спину поцелуями.
Такой необычный контраст происходит, что я не могу ничего больше делать, как наслаждаться и просто двигаться навстречу своей попкой к факелу, который с каждой секундой все больше разгорается и становится больше. Марат совершает такие резкие и властные движения в нижней части тела, а вот сверху он так нежно целует мое тело, так соблазнительно играет с моими сосками, что я бы никогда не поверила, что он на такое способен. Его манера поведения и общения больше похожа на движения его внизу — властные, такие, которые не будут терпеть возражений… Поэтому кайфую и от этой приятной неожиданности.
Вскоре мужчина полностью выходит из меня и убирает руки от меня и отходит. Неужели все? Почему он закончил? Что не так?
Оборачиваюсь к нему и не толково созерцаю это довольное лицо, которое наверняка и ожидало такой реакции с моей стороны. Он все просчитал — это я сразу понимаю, как только Марат резко подходит ко мне и поднимает на руках. И это еще и с одной рукой, находящейся в гипсе. Хотя, я легенькая, поэтому для этого мужичка со стальными мышцами я вероятно как какая-то пушинка.
— Хочу смотреть в твои глаза, когда кончу, — скалится этот олух и насаживает меня снова на свой агрегат, а я хоть и зла на него, но требую разрядки. Мне это необходимо, как глоток воды в засушливой пустыне.
Марат придерживая меня за ноги, а я обвила его как змея, направляется к стене и прижимает мое тело к ней. А потом начинает набирать такие обороты, что я только свожу голову к потолку и стараюсь сама чем глубже насадиться. И у меня выходит, к звездочкам в глазах, к бесовой дрожи в теле, к стонам, которые то и дело срываются с моего языка…
 
— Кончи для меня, Мели-Сунели, — рычит мужчина, и до того момента, пока мне доходит догадка, где и когда я слышала об этом странном прозвище, я финиширую взрываясь на тысячу мелких кусочков, которыми можно засыпать каждую частичку этой комнаты, а если их собрать и посмотреть, что из этого вышло, то можно получить слово — "блаженство".