Бриллиантовые кандалы

Он произнёс это таким тоном, что Марина похолодела.
«Опель» пересёк МКАД и покатил по подмосковному шоссе.
— Заявлять в милицию Карелин не пойдёт, — продолжал бандит. — Костя, наверно, сказал тебе, что Карелин эти бриллианты у «Де Бирс» украл? Если он действительно их украл, а всё говорит именно за это, то он будет помалкивать в тряпочку.
— А вдруг камни фальшивые?
— Принесёшь какие есть, я сам разберусь.
— И попробуй только не принести или стукнуть ментам, — подал голос Холодец. — Тогда хана и тебе, и всей твоей семейке. Перемочим под корень, и до покоса не доживёте!
Марина невольно вздрогнула.
— Я же согласилась украсть для вас эти камни, что вы ещё от меня хотите? — проговорила она. — При чём тут моя семья? Не собираюсь я вас обманывать, и камни эти я вам отдам, не нужны они мне. Лишь бы вы отвязались от меня.
— Не надо нервничать, никто тебя заранее не обвиняет в обмане, — спокойно сказал Борода. — Станислав, — он кивнул на Холодца, — иногда бывает несдержан. Это у него от постоянных стрессов, не обращай внимание… Я, например, сразу, как увидел тебя, понял, что такая девушка просто не может подвести. — Он улыбнулся. — Я правильно понял, да?
— Да, — ответила Марина, не разжимая зубов.
В машине установилось молчание. Борода глядел в окно.
— Не знаю, получится или нет, — нарушила тишину Марина. — Я никогда не занималась такими вещами.
— Ничего, это всё не так сложно, — сказал Борода. — Кокос, сверни-ка вон на ту полянку и тормозни за деревьями.
— Зачем? — испугалась пленница.
— Ты должна пройти небольшой инструктаж, — главарь достал из кармана упаковку с таблетками. — Вот это — клофелин. Спрячь подальше, тебе понадобится.
«Опель» остановился. Справа и слева встали «Мерседес» и «Ауди».
— А теперь слушай сюда, — Борода повернулся к Марине. — На даче, кроме Карелина, находятся два охранника и домработник, он же повар…
  
Глава 5
 
Бандиты вылезли из «Опеля», оставив Марину в машине одну. Она села за руль. Борода, Кокос и Холодец заняли места в «Мерседесе», Кубометр и Константин — в «Ауди». Сначала обе машины следовали за «Опелем», а потом, в сотне метрах от ворот карелинской дачи, отстали и свернули в придорожные заросли. «Мерседес» затаился напротив главного входа, «Ауди» подъехал к даче с противоположной стороны, где имелись ещё одни ворота.
«Опель» затормозил перед металлическими створками. Марина дважды коротко посигналила. Никто не отозвался. Она смотрела на ворота, зная, что сейчас, через скрытую камеру, её разглядывает охранник. Конечно, он узнал Марину и наверняка уже сообщил о ней хозяину дачи.
На воротах зажёгся зелёный сигнал, и створки начали разъезжаться в стороны. Марина въехала на территорию дачного участка.
Машину она припарковала, как всегда, слева от веранды. Из пристройки у ворот вышел охранник и приветливо махнул ей рукой. Она узнала Сергея. Значит, напарником его сегодня был Никита. Что ж, эта парочка была не лучше и не хуже других бригад, которые, сменяясь, дежурили на даче Карелина. Правда, второй охранник, Никита, почему-то не вызывал в ней особенной симпатии, но выбирать не приходилось.
Сердце её взволнованно стучало, когда она вылезала из машины и шла к крыльцу. Ей сразу не понравилось, что почти все окна в доме светились. Это могло означать, что у Григория гости.
Предупреждённый о её появлении, он вышел ей навстречу.
— Марина, в чём дело? Почему так неожиданно? — Здороваясь, он задержал её руку в своей. — Могла бы предупредить.
— Но мы же вчера договорились, что я приеду.
— Что-то я не помню.
— Разве? По-моему, ты сказал, что будешь ждать меня.
— Всё-таки мне кажется, что ты напутала. Но коли приехала, то проходи. У меня тут гость… — заговорил он тише и мельком оглянулся на дверь. — Представь себе, вчера из Штатов прилетел сын.
— Виктор? Восходящая кинозвезда?
— Прибыл на три дня, послезавтра улетает…
Марина знала, что у Карелина, потерявшего в автокатастрофе жену и дочь, оставался сын, который с двенадцати лет почти безвыездно живёт в США. Год назад Виктор закончил экономическое отделение Гарвардского университета, получил американское гражданство и в подарок от отца — десятимиллионный счёт в банке Нью-Йорка. Однако стезе банкира Карелин-сын решительно предпочёл карьеру киноактёра, чему особенно способствовала его женитьба на голливудской звезде Джудит Кэри. Отец возражал против их брака, как и против увлечения сына актёрским ремеслом; дело дошло до крупной ссоры, о которой в своё время судачил весь «Омега-банк». Марина видела свадебные фотографии Виктора и Джудит. Молодой блондин был безумно привлекателен, его рыжая супруга в бело-розовом платье тоже смотрелась на все сто. Даже незаметно было, что она старше мужа на одиннадцать лет.
 
К настоящему времени Виктор успел сняться в четырёх фильмах. В трёх исполнил роль второго плана — одна из них была номинирована на премию «Оскар», — а в четвёртом, имевшем шумный успех, выступил в главной роли. О нём говорили как о восходящей кинозвезде. И вот он в Москве. Марина поняла, что с отцом он помирился, иначе бы его здесь не было. При одной мысли, что сейчас она увидит Виктора Карелина — мужчину с глянцевых журнальных обложек, Марина забыла и о бандитах, и о бриллиантах, и уж конечно не подумала о том, что этот гость мог оказаться помехой в её авантюре…
— Понимаешь, он может подумать о нас с тобой что-нибудь не то… — говорил хозяин дачи, входя вместе с ней на полутёмную веранду.
Ясно, что он не в восторге от предстоящей встречи Марины с его сыном. Мало того, что она слишком хороша собой, чтобы быть просто знакомой, она ещё и очень молода. Даже моложе Виктора.
Марина сделала вид, что не замечает его недовольства.
— Но я же твоя секретарша, — произнесла она как можно беспечнее. — Могу я приехать по неотложному делу?
— В одиннадцатом часу вечера?
По полутёмному коридору они направились к дверям гостиной. За дверями послышались шаги им навстречу и двери раскрылись, залив пол коридора ярким светом. В освещённом проёме возникла высокая стройная фигура. Светлоглазый блондин, остановившись на пороге, вгляделся в полумрак.
Виктор был одет по-домашнему — белую майку с английской надписью «Гарвардский университет» и кремовые брюки. Он окинул Марину взглядом, и у неё на миг перехватило дыхание. Она вспомнила, что, выйдя из машины, не поправила причёску и не посмотрелась в зеркальце. Наверное, она ужасно выглядит. Но сейчас лезть в сумочку за косметичкой было в высшей степени глупо.
— Виктор, познакомься, — сухо кашлянув, сказал отец. — Марина Вячеславовна Илюшина, моя секретарша.
Виктор широко, по-голливудски, улыбнулся и шагнул навстречу гостье.
— Карелин, Виктор Григорьевич, — Он с лёгким поклоном протянул ей руку. — Можете звать меня просто Виктор.
Она едва коснулась его пальцев, изобразив пожатие. Рука у неё дрожала, и ей вовсе не хотелось, чтобы он заметил это.
— Я читала про вас, — сказала она, чтобы заполнить возникшую паузу. — Кино с вами, конечно, тоже видела.
— Да, я стал киноактёром, теперь это факт, — он кивнул, продолжая улыбаться. В его голосе слышался заметный английский акцент. — Кое-кого это, кажется, не слишком радует, — он оглянулся на отца.
— Всё-таки лучше бы ты стал финансистом, — пробурчал тот. — Это гораздо более стабильный бизнес.
— Ты пригласишь гостью к столу? — Виктор снова обратил взгляд на Марину.
Она не могла не отметить, что в жизни он выглядит привлекательнее, чем в кино и на обложках журналов. Такое бывает нечасто.
— Марина Вячеславовна приехала на пять минут по неотложному делу, — сказал отец. — Я сейчас завизирую одну бумагу, и она расстанется с нами. Ей нужно срочно вернуться в офис.
Марина испуганно посмотрела на него.
— Но дело не такое уж и срочное… — сказала она и потупилась.
Ну вот, теперь они решат, что она напрашивается в гости. Но что ей делать? Бандит предупредил, что второй попытки не будет!