Замуж на неделю
Но Ливина и не расстроилась. И хотя немного настораживал ее потерянный вид, но пока списывал все на нервотрепку последнего времени. Все-таки сразу после свадебной церемонии Элиза перестала притворяться милой и безобидной, во всей красе показала, свой злобный характер. Вчера даже слуги устроили праздник, что она уехала.
Что ж, осталось только поставить в этом деле точку, и можно забыть, что вообще этот временный недобрак был.
Уже сидя в карете, бойко катящей по заснеженным улицам города, Риан поймал себя на мысли, что почему-то с самого утра не по себе. Будто скребет в глубине души странное предчувствие. Словно чего-то очень ждал, безумно ждал, и это уже вот-вот, совсем близко… Неужели все только из-за развода? Но это уже и так вопрос решенный.
Тем более и других забот полно. И завтрашнее тайное собрание у короля, и прорва долгов, повешенных отчимом на имя их рода, и внезапное желание Ливины уехать на год в пансион в Хамплинге – и это все, не считая еще текущих дел с рудниками.
Временный брак был лишь одним из пунктов, которые пришлось выполнить, ну а теперь можно с чистой совестью об этом недолгом периоде жизни забыть.
Возле храма уже ждала карета с гербом рода Дамлис – наверняка родители сопровождали Элизу. Но тут оставалось только в который раз посочувствовать. В идеале поскорее бы им снова сбыть ее замуж, да еще и чтобы она уехала куда-нибудь. Только тогда, может, вздохнут спокойно.
Риан быстро поднялся по ступеням храма, ответил кивком на поклон караулящего у главного арочного входа стражника. В просторном холле пахло благовониями, и свечей скопилось столько, будто ими пытались отопить все здание. И, главное, царила тишина! А где же ожидаемая еще с порога и подхватываемая эхом под высокими сводами ругань Элизы? Или она уже связала первосвященника и теперь его пытает?
Миновав широкую лестницу и главный церемониальный зал, темный сейчас и пустой, Риан добрался до двери расположенного как раз за залом кабинетом первосвященника. Вот только здесь поджидал лорд Маврус. Неужели Элиза заставила отца опуститься до слезных уговоров?
– Лорд Маврус, не нужно, – остановил Риан его прежде, чем почтенный мужчина вообще заговорил. – При всем моем уважении, – а заодно и сочувствии, – к вам, этот вопрос решенный.
Но тот ответил почему-то шепотом, подойдя к Риану совсем близко:
– Это все, конечно, прискорбно, но я все же хотел спросить другое,– опасливо покосившись на дверь, добавил еще тише: – Что с Элизой такое? Она сама на себя не похожа.
– То есть? – Риан нахмурился. Совсем не хотелось подозревать этого честного человека в дешевых уловках.
– Словно подменили, – вот только нервозность лорда Мавруса не походила на поддельную. – Вчера она в истерике перебила в доме все, что вообще только можно было перебить, за исключением своих статуй. Сегодня полдня вообще не появлялась, но теперь тихая, молчаливая, только будто бы настороженная… Ты ничего странного за Элизой в последнее время не замечал?
Так и хотелось ответить, мол, вдруг у нее просто некий предел по злобствованию и она вчера весь его исчерпала, вот и утихомирилась теперь. Но Риан лишь покачал головой.
– Что ж, ясно, – лорд Маврус вздохнул. – Может, это как раз таки и нормальное поведение с ее стороны…
– Гэффин уже там?
– Первосвященника срочно вызвали во дворец, так что нас примет его помощник. Впрочем, вердикт в любом случае готов.
Он и сам больше не стал Риана задерживать. Друг за другом вошли в кабинет.
Здесь уже не пахло благовониями. Здесь пахло приправами и сдобой. Так и рисовалось, как втихаря первосвященник тут что-нибудь жует, усыпая крошками массивный стол и ритуальные свитки, пока никто не видит.
Фимис, заместитель Гэффина, тощий как жердь, что еще больше подчеркивал непомерных размеров ритуальный балахон, резво подскочил с кресла и поклонился при появлении Риана. Понурая леди Амирая кивнула в знак приветствия, а Элиза… А где, кстати, Элиза? Решила вообще не явиться, рассчитывая, что без ее присутствия брак не расторгнут?
И что за темноволосая девушка сидит впереди в кресле? Причем даже не соизволила обернуться при его появлении.
– Доброго дня, Ваша Светлость! – Фимис, видимо, на всякий случай, даже дважды поклонился. – Раз вы уже здесь, прикажете начинать?
Риан ответил не сразу. Лишь чуть пройдя вперед, убедился, что девушка в кресле – все-таки Элиза. Только почему-то теперь волосы темные…
Правда, тут не столько цвет волос удивлял, а сама ее реакция. Элиза хоть и взглянула на него, но будто бы с толикой любопытства, даже изучающе… И все! Никаких больше эмоций! А как же драма века из-за того, что она так и не станет герцогиней? А как же трагичное заламывание рук и себе, и окружающим? С чего вдруг она не только присмирела, но словно бы и вовсе потеряла всякий интерес к происходящему?
Отчего-то все усиливалось то странное предчувствие, и ведь именно от взгляда на уже почти бывшую супругу… Нет, с чего вот у нее волосы темные? И почему его-то это так цепляет?..
– Начинайте, – Риан не стал садиться в кресло, так и остался стоять.
С улыбкой столь сияющей, словно собирался сочетать кого-то браком, а не наоборот, помощник первосвященника выдал:
– Итак, мы собрались здесь по торжественному… – запнулся, – ну или не очень торжественному…поводу, и раз именно мне выпала честь…
– Можно сразу же ближе к сути? – перебил Риан, стараясь все же не показать раздражения. Его и раньше никогда не впечатляли долгие вступительные речи, а тут и подавно поскорее хотелось со всем этим покончить.
– Да-да, конечно, Ваша Светлость, как скажете, – Фимис так суетливо принялся разматывать свиток, что чуть в собственных не в меру длинных рукавах не запутался. Быстро пробежал глазами по строчкам и в итоге прочел: – За сим постановлено отложить расторжение брака на срок равный одной неделе, дабы дать сторонам время прийти к соглашению и не разрушать священные узы свадебной церемонии…
Как ни странно, но первой среагировала именно Элиза.
– Простите, я правильно поняла, развод откладывается на неделю? – и что-то никакого восторга в ее голосе по этому поводу не слышалось.
– Да, именно так, – Фимис быстро кивнул. – Таково решение.
Риан забрал у него свиток, сам все перечитал. Нет, не то, чтобы это была какая-то невидаль, порою и вправду откладывали расторжение уз на некоторый срок. Но в их-то случае зачем?!
– Меня это не устраивает, – решительно возразил он, возвращая свиток.
– Вы в полном праве обжаловать решение господина Гэффина, Ваша Светлость! Правда, на рассмотрение жалобы уйдет как раз неделя… – бросив еще более оробевший взгляд на Риана, продолжил читать: – К тому же супруги обязаны весь установленный им срок жить под одной крышей, сохранять свадебные обеты, дабы не вызывать в обществе пересуды и сплетни. И для соблюдения этих условий устанавливается магический надзор. В случае нарушения вышесказанного отмерянный на примирение срок будет продляться… – и тут же добавил уже от себя, даже чуть голову в плечи втянув: – Ваша Светлость, простите, но все по закону…
Как будто сам не знал! Вот только Гэффин должен был обойтись без всего этого! Неужели лорд Маврус подсуетился под давлением истеричной дочери? Да только что-то сама Элиза не похожа на осчастливленную происходящим.
– То есть мы неделю должны изображать супругов, иначе нас и вовсе не разведут? – глянув на Риана с таким сомнением, словно даже пробежавший по стене таракан у нее бы вызвал больше энтузиазма, уточнила она у Фимиса.
– Выходит, что так, – тот аккуратно свернул свиток. – Господин Гэффин рассудил, что всего месяц вашего брака – это слишком рано, чтобы принимать столь поспешные решения. Вам дана неделя на примирение. И ровно через неделю ждем вас снова здесь, чтобы либо все же расторгнуть брачные узы, либо чтобы снять этот вопрос. Да и, кстати, с того момента, как вам зачитаны все эти условия, начинается магический надзор. И если вы не будете эту неделю жить в одном доме, не станете появляться в светском обществе как супружеская пара, о нарушении будет сразу же нам известно. И на сколько еще тогда продлится ваш срок на примирение…даже не знаю.