Эндервелл: Проклятье Найтири (СИ)

Повернувшись, он склонил голову на бок и оценил:
— А тебе идет.
— Спасибо. Знаешь, весьма удобно. Действительно, на удивление легкая и приятная ткань, — произнесла я, осматривая на себе одежду.
— Только, когда войдем в город, накинешь сверху мой камзол.
— Зачем еще? — не поняла я.
— Ты выглядишь слишком вызывающе. Наши женщины обычно не носят брюки. Поэтому будешь притягивать излишнее внимание мужчин, — с недовольством закончил он.
Я прищурила глаза и, ухмыльнувшись, спросила:
— Скажи, а ты это из конструктивных соображений, или просто ревнуешь?
Инар медленно подошел ко мне и, склонившись над лицом, отвел прядь волос от моей щеки, тихо произнеся:
— А самой бы тебе чего хотелось? Чтобы я в первую очередь думал о деле, или ревновал тебя?
Смутившись, и опустив взгляд, я тихо ответила:
— Выжить. Вот чего бы мне хотелось, — и, отвернувшись от этого искусителя, спросила, — Куда мы теперь направимся?
— В Ладон, это провинциальный городок. Там мы сможем переночевать, купить другую одежду, и остаться незамеченными для императора.
— Хорошо. Сколько до него идти?
— Идти? — усмехнулся Инар, — Идти нам не придется, я открою портал.
Я удивилась:
— Ты и такое умеешь?
— Анита, такое умеет любой, у кого в Эндервелле есть достаточно средств. Мы перенесемся при помощи портального артефакта.
— Надо же. А у вас тут, оказывается, тоже главную роль во всем играют деньги…
— Как и в любом мире, в котором существует иерархия и централизация, — спокойно ответил Инар, доставая из кармана брюк какой-то медальон на цепочке с прозрачным камнем, внутри которого вспыхивали фиолетовые искры.
Василиск прокрутил несколько раз основание цепочки, в месте, где оно крепилось к медальону, и искры из камня, вылетев перед нами, стали разрастаться и закручиваться в портал. Инар взял меня за руку и произнес:
— Ладон.
После этого он шагнул в проход, утащив меня за собой.
Я думала, что портальный переход — это что-то более фееричное. На деле же казалось, как будто я шагнула за порог двери, и просто вышла с другой стороны.
Когда портал за нами захлопнулся, я открыла глаза и увидела, что мы стоим на мощеной дороге, посреди узенькой провинциальной улочки. Жителей городка не было видно, на дороге мы были абсолютно одни.
— Почему так пусто?
— Этот город находится слишком близко к горам, и с сумерками с них часто спускаются гримы. Чтобы не попасть в их когти, жители с закатом прячутся по домам.
— Кто такие гримы?
— Огромные черные псы, пожирающие душу.
Меня передернуло от ужаса.
— Жуть какая. А мы тогда какого черта торчим здесь посреди дороги?
Инар довольно улыбнулся.
— Не переживай, в одиночку ни один грим в здравом уме не решится напасть на василиска, а группами они с гор не спускаются.
Я закатила глаза. Вот выпендрежник!
— Идем, здесь недалеко есть приличный постоялый двор. Снимем там комнату, — сообщил василиск, накидывая мне на плечи свой камзол. Через несколько секунд он добавил, — Ах, да! Чуть не забыл — по легенде мы с тобой молодожены, которые после свадьбы отправились в путешествие по империи. Меня на людях зови Роден, а ты будешь, например… Магнолия.
— Это еще зачем? И что за идиотское имя — Магнолия? — возмутившись, спросила я.
Инар тяжело вздохнул.
— Ты можешь не оспаривать каждую мою фразу? Легенда нужна для того, чтобы мы не вызывали подозрений и могли ночевать в одном номере. Вскоре император объявит нас в розыск, поэтому нужно оставаться незаметными и не привлекать внимания. А Магнолия — это весьма распространенное имя в Эндервелле.
— Хорошо, бог с ней с Магнолией, да и с императором тоже, но для чего нам ночевать в одном номере? — упорно не понимала я.
Инар раздраженно зарычал:
— Ты порой просто невыносима! — наклонившись ко мне, так чтобы наши лица находились на одном уровне, он спросил, — Скажи, ты сможешь защитить себя от разбойников, которые частенько совершают набеги на постоялые дворы в глубинках? Или может, ты способна отбиться от императорских стражей? А я, представь себе, все это могу!
 
— Ой, кто бы сомневался! И вообще, не кричи на меня! Лучше пошли, давай на этот твой двор, — не дожидаясь Инара, я пошагала вперед по дороге.
Через минуту поняв, что не слышу шагов за спиной, обернулась. Василиск стоял на том же месте, сложив руки на груди, и подняв одну бровь.
— Кхм… Не в ту сторону, дорогая Магнолия.
Я насупилась и, подавив чувство стыда вперемешку с раздражением, потопала обратно к Инару. Он, прикрыв глаза, устало выдохнул и, взяв меня под руку, повел в противоположную сторону.
До местной гостиницы мы шли минут десять. Попутно я рассматривала архитектуру городка, которая оказалась весьма занимательной. Все было отделано в оливковых и коричневых цветах. Дома, в основном, были двухэтажными, и на первых этажах часто встречались различные лавки, магазинчики и таверны. Стены домов были увиты каким-то растением, похожим на плющ, но на нем росли белые крупные цветы наподобие пионов. Выглядело все это очень красиво, и к тому же, по городу витал сладкий цветочный аромат.
— А что это за цветы на стенах? — спросила я Инара.
— Это рициниум. Не вздумай их трогать — они ядовитые.
М-да, красота обманчива, — подумала я, вслух спросив:
— Для чего же их тогда выращивают?
— Их запах не нравится гримам, — пояснил Инар.
Дальше мы шли, молча, пока за поворотом не показалось единственное в городе здание на целых четыре этажа с большой вывеской, гласившей — “ Постоялый дом матушки Родсон”.
Инар остановился у крыльца, и произнес:
— Ты помнишь легенду?
— Да, возлюбленный мой муж, — с недовольством протянула я.
Инар на мгновение задержал на мне странный взгляд, а потом приобнял за талию, и повел внутрь, шепнув на ухо:
— Постарайся не показывать лишний раз свой характер, и не болтай лишнего.
Я лишь фыркнула в ответ.
Внутри здания обстановка была очень уютной. На первом этаже находилась таверна столиков на двадцать, и что-то типа стойки администратора, за которой, похоже восседала сама матушка Родсон.
Это была тучная дама средних лет, одетая в льняное длинное платье с глубоким декольте, выставляющим ее немалую грудь на всеобщее обозрение. На плечи была накинута бирюзовая шаль с кистями, а волосы забраны на манер тюрбана шелковой косынкой того же цвета. В ушах и на пальцах светились крупные камни, похожие на топаз. В общем, колоритная дамочка.
Как только мы вошли, хозяйка, радостно раскинув руки, вышла к нам из-за стойки, и начала что-то говорить Инару. Но вот проблема, я ни слова не поняла. И тут до меня дошло, что язык в Эндервелле явно другой! Стоп, но как я понимаю тогда Инара? И как я тут буду жить, если, конечно, меня не прибьют в ближайшие несколько дней? Неужели нужно будет изучать язык с нуля… Мои размышления прервал Инар, который вслед за мадам Родсон, прошел к стойке. Женщина выдала нам ключ от комнаты, а василиск взамен отсыпал ей серебряных монет из кошелька, прикрепленного к ремню брюк.
Женщина, пересчитав монеты, остановила взгляд на мне, и что-то спросила. Я скосила взгляд на Инара, и не нашла ничего лучше, чем просто улыбнуться пошире. Мужчина бросил пару коротких фраз хозяйке, а после повел меня по деревянной лестнице наверх. Поднявшись на третий этаж, он открыл комнату в конце коридора, и втолкнул меня в нее.
— Что все это значит? — не выдержала я. — Почему тебя я понимаю, а ее нет?
— Она говорит на вейлле. А меня ты понимаешь, потому что я разговариваю на твоем языке, благодаря специальному заклинанию. Не переживай, сейчас обустроимся, я активирую на тебе такое же, и ты тоже сможешь понимать наш язык и говорить на нем.
— А ты раньше предупредить не мог? Я выглядела, как немая дурочка, которая только и может, что улыбаться! Что эта матушка Родсон вообще у меня спрашивала?
— Прости, как-то из головы вылетело. Она спрашивала, понадобятся ли тебе услуги личной служанки.