Она умеет смеяться (СИ)

— Не нравится мне это, — вздохнул Павел, набрав мне.
— Взаимно, — ответила хмуро, — вчера все было как обычно?
— Не совсем. Открыла молодая девушка, сильно нервничала, но это херня. Я услышал шорох в соседней комнате, напрягся, а она отмахнулась, мол, кошка опять на стол залезла. Какая, к черту, кошка? На дверной ручке на кухню висел детский слюнявчик. Розовый, со слоном и желтым воздушным шаром.
— Какая точность, — пробормотала, прибавив скорости.
— Да он как бельмо на глазу был. Вот и думай теперь. Давай к тебе, посмотрим, она ли на документах. Я не вскрывал конверт, — я хотела притормозить на светофоре, но проскочила на красный, а Паша выругался: — Твою мать, Линда!
— А у меня тормозов нет, Паш, — ответила, чувствуя, как холодеет все внутри.
— Да я вижу!
— Пашенька, — повторила ласково, — у меня буквально нет тормозов.
— Твою мать! — рявкнул и пошёл на обгон. — Без паники, сейчас тормозну, — перестроился передо мной, но начал стремительно удаляться. Тихо выругался матом, а я поняла, что мы попали. — На ближайшем светофоре направо, — сказал вкрадчиво, — я проскочил, но там в горку, — я резко крутанула рулем, перестраиваясь в правый ряд, и едва успела повернуть, но машину занесло на скользкой дороге и пока я сосредоточенно пыталась не вылететь на тротуар, услышала в гарнитуре жуткий скрежет металла и звук бьющегося стекла.
— Пашка! — взвизгнула, отчаянно крутя рулем из стороны в сторону.
Справилась с управлением, задев несколько припаркованных машин, начала замедляться, благодаря приличному уклону на улочке, вновь позвала друга, но в гарнитуре была тишина. Впереди был перекрёсток, внезапно появилась газель и преградила мне путь, а водитель выскочил из салона и просто остался стоять на тротуаре. Я ещё раз надавила на тормоз, просто из принципа, понимая, что деться мне тут совершенно некуда. Отстегнула ремень, открыла дверь и выпрыгнула из салона, покатившись кубарём по грязному асфальту и радуясь при этом, что движение одностороннее и однополосное. Когда мир перестал вращаться, я подскочила на адреналине и успела увидеть, как тот водитель забирается в салон моей машины, через пару секунд вновь показывается, держа в руках конверт, садится обратно в газель и просто уезжает.
— Девушка! — услышала встревоженные возгласы с разных сторон. Кто-то даже подбежал и попытался взять меня под локоть, но я выдернула руку и упрямо ковыляла дальше.
— Вы в порядке?! Кто-нибудь, вызовите скорую!
— Девушка, у вас кровь!
И прочая чушь. А в голове лишь одна мысль — «надо забрать сумку». И я ее забрала, поковыляв во дворы. На ходу обмоталась шарфом, потеряв в круговерти шапку, прикрыла лицо и подняла воротник. Повезло, что ничего не сломано. Чертовски повезло.
— Пашка… — всхлипнула тихо и набрала его, но услышала лишь долгие гудки. Посмотрела на название улицы на доме, набрала Эмира и с ходу выпалила адрес.
— Еду, — ответил коротко, — семнадцать минут.
Эмир любил точность во времени, а я его за эту особенность. Села на лавку у подъезда и поняла, что без помощи уже не встану. Посмотрела карту в телефоне, прикинула район, где разбился Пашка, и набрала Андрея, нашего человека в ГИБДД.
— Линда, рад слышать, — отозвался весело.
— Где-то в районе старого города. Шоссе, на пересечении с Первомайской или дальше, — сказала тихо. — Узнай, жив ли…
— Черт, Линда… — ответил тоскливо, — кто?
— Куманов, — голос дрогнул, нижняя губа задрожала, я с трудом сдерживала слёзы и старалась не думать о худшем.
— Все сделаю, — ответил коротко и отключился, а я попыталась откинуться на лавке, но поняла, что лучше вообще не двигаться. Через десять минут он перезвонил, сказав глухо: — Получили вызов, ещё не доехали. Наберу позже.
— Спасибо, — ответила чуть слышно.
— Линда, что происходит? — спросил с волнением. — Как ты узнала? Ты в порядке?
— Да, я… в норме. Жду звонка.
Посмотрела на свои грязные джинсы и пальто и поняла, что не хочу знать, что под ними. Все тело ломило, каждый вдох причинял боль, холодный ветер пробирал до костей и я ещё никого в жизни не была видеть, как приехавшего через девятнадцать минут Эмира. Он пробежал вдоль дома, ища меня, подошёл и присел рядом на корточки.
 
— Я опоздал, прости, — сказал тихо, — пробка из-за аварии, — я кивнула и приподняла руку, а он с готовностью поднялся и осторожно взялся за неё, помогая встать. — Ты очень сильная женщина, Линда, — сказал с чувством, — я впечатлён и обескуражен.
— Паша разбился, — ответила тихо, а он кивнул:
— Я понял. Минус тормоза?
— Глупо, да? — усмехнулась, неловко переставляя ноги.
— Нет, — ответил серьезно, — об этом не подумал никто.
— Ну, кто-то все-таки подумал, — сказала зло, стиснув зубы, — и эта мразь ответит.
— Не сомневаюсь, — хмыкнул в ответ, а тупая ярость придала мне сил и я пошла, практически не хромая, — не горячись, — сказал мягко, с этим своим акцентом, — нужно, чтобы кто-нибудь тебя осмотрел. Не я, хотя я не прочь. Врач.
— К Сафроновым на дачу, — поморщилась в ответ, — я покажу.
— Линда… — посмотрел укоризненно, а я слегка повысила голос:
— На дачу, — села на заднее сиденье, а когда он устроился за рулем, добавила мягче: — Мне просто нужно отлежаться.
— Судя по тому, что я успел увидеть, ты выпрыгнула. И парой дней не обойдёшься. Неделя, может, две.
— Значит, неделя, — отмахнулась, непрерывно глядя на телефон. — Ну давай, звони… — пробормотала, постучав ногтем по дисплею и он тут же ожил. — Да! — ответила нервно.
— Жив, — быстро сказал Андрей, а я шумно выдохнула, — состояние пока неизвестно, увезли на скорой во вторую, она ближе. Арсений в курсе?
— Сейчас наберу, — сказала торопливо и отключилась.
Арсений трубку не брал, я позвонила трижды, начала паниковать и набрала Лене.
— Я тут малость занята, — проворчала подруга.
— Где Арсений? — спросила резко.
— Наверняка еще там же, где ночевал, — ответила беспечным голосом.
— Когда объявится, пусть наберёт Эмиру. У меня телефон скоро сядет, зарядки нет.
— Что случилось? — спросила загробным голосом.
— Паша едет во вторую городскую, я к вам на дачу.
— Ключи где обычно, — ее голос звучал непривычно отстранённо, — я во вторую, узнаю детали. Дай вводные.
— Авария.
— Поняла, — ответила тихо и отключилась, а я попыталась расслабиться, но на каждой кочке морщилась от боли.
На даче нас ждал сюрприз в виде ее хозяина, о чем мы узнали лишь ввалившись в гостиную. Сафронов-старший потягивал виски, сидя в кожаном кресле напротив камина в одном банном халате, окинул меня взглядом и сурово сдвинул брови.
— Простите, — сказала тихо, — мы уже уходим.
— Замри, — сказал строго и повысил голос: — Одевайся, я вызову такси.
— Что? — услышали мы писклявый голосок, а следом и его обладательницу, появившуюся из кухни с бокалом шампанского в руке.
— Ты слышала, — прошипел в ответ и девушку как ветром сдуло. — Игорь в курсе? — спросил уже у меня, а я отрицательно мотнула головой. — Наберу. Второй этаж, вторая дверь направо.
Дальше хаос. Через полчаса приехал Игорь, начав расхаживать по комнате и действовать мне на нервы задавая бесконечные вопросы на которые я не знала ответа, ещё через час меня долго и чрезмерно тщательно осматривал врач под руководством того же Игоря, чем раздражал уже нас обоих, а когда второй удалился, ему на смену пришёл Арсений, заглядывая в глаза и вымаливая прощение за то, что не брал трубку. Через три наконец-то появилась Лена и со счастливой улыбкой заявила с порога:
— Везучий стервец! — я улыбнулась и прикрыла глаза, а она продолжила: — Пытается свалить, но его пока не отпускают. Риск внутреннего кровотечения или какая-то прохожая лабуда. А так — выглядите вы примерно одинаково. Андрюша прислал фото тачки — всмятку. Пять раз перевернулся, подушки не сработали, хотя, их там походу и не было, а из увечий только порезы от стекла, синяки да ссадины. А, ну ещё пара сломанных рёбер ремнём, но он это вообще не считает. Так что у тебя скоро будет сосед. Батя сказал его тоже сюда приволочь.